Чтение онлайн

— Гавр такой же враг йездов, как и ты. Попросив у него помощи, ты не предашь своей мести.

— Нет, — повторил Ариг. — Туризин — правитель большого государства. У меня с нам разные заботы. У него могут появиться свои причины заключить с Иездом мир. Что, если намдалени снова вцепятся ему в горло, как это случилось в прошлом году? Сейчас я слишком слаб, чтобы идти на такой риск. Видессиане свяжут меня договорами по рукам и ногам, лишат свободы действий. Если бы у меня было хоть что-нибудь, что я мог бы предложить Гавру… Тогда, возможно, все было бы иначе. Но сейчас… — Ариг вздохнул. — Я знаю, что все вы желаете мне добра. Но сделаться командиром имперских наемников -незавидная участь. Это немногим лучше, чем стать вожаком шайки грабителей. Что будет с моим кланом, если место кагана займет Дизабул? Я должен вернуться со своими людьми в Шаумкиил!

Виридовикс поразился тому, как возмужал и вырос его друг. Всего лишь за один год Ариг превратился из буйного юноши, который кутил в Видессе, в умного, дальновидного вождя.

— Он повзрослел и далеко обошел меня в этом, — удивленно пробормотал кельт, обращаясь к самому себе. — Я пошел бы на край света, чтобы только отомстить, и будь я проклят, если бы стал при этом думать о последствиях. Каким смелым и мудрым правителем он станет! Он всегда сначала думает о людях, а уже потом о самом себе.

Горгиду Ариг напомнил величественного героя старинной трагедии. Сколько же вождей эрзерумцев клялись вернуться из Йезда с победой! И все они были побеждены и отброшены в горы Эрзерума. Теперь же и Эрзерум остался далеко позади. В горах Дилбата Ариг оказался в ловушке, как загнанный охотниками кабан.

— Что предрекают духи твоему шаману? — спросил Арига Агафий Псой. Видессианский офицер достаточно долго прослужил на самом краю степи, чтобы серьезно относиться к ясновидению энари кочевников. Скилицез хмуро посмотрел на своего соотечественника. Глубоко верующий человек, он не слишком терпимо относился к языческим культам.

— Толаи несколько раз вопрошал духов, но не слишком хорошо понял их ответы. Мы чересчур приблизились к этому… — Ариг указал на едкий дым, поднимавшийся над пирамидой. Не было нужды продолжать; Горгид сразу узнал запах горящего мяса — однажды грек помогал выносить трупы из сгоревшего здания…

— «Сама земля под нашими ногами полнится ловушками», так сказал Толаи, — добавил Ариг.

— Языческие предрассудки. — Скилицез осуждающе сдвинул брови, однако вынужден был признать: — Вероятно, заявление шамана можно принять в качестве метафоры. Зло действительно окружает Машиз со всех сторон.

Скилицез тоже без труда понял, чем пахнет в столице Иезда, -видессианская армия нередко применяла для своих катапульт горючие смеси.

— Метафора? — Гуделин иронически приподнял бровь. — Я не мог даже помыслить, чтобы столь грубый солдафон, как ты, Ланкин, в состоянии был определить в чьей-либо речи метафору.

— В таком случае, кто из нас двоих сейчас явил невежество, Пикридий?

Виридовикс нарисовал пальцем в воздухе значок, как бы отмечая удачное попадание в цель:

— Хороший удар, Скилицез!

Булыжник, на который опирался Ариг, внезапно заскрежетал. Песок и маленькие камешки посыпались аршауму под ноги. Вскрикнув, Ариг отскочил в сторону.

— Это еще что такое? Неужели даже камни в этой проклятой стране ополчились на нас?

— Землетрясение! — тут же сказал Ракио. Горгид, Скилицез и Гуделин повторили его слова мгновением позже.

Но земля под ногами оставалась неподвижной. Камни осыпались только с большой гранитной скалы. Сама эта скала задрожала, точно живая.

— Мета… как ты там сказал? — торжествующе произнес Ариг, обращаясь к Скилицезу и хватаясь за саблю. — А мне так кажется, что это самая обычная ловушка. Нам останется только захлопнуть ее. Похоже, наши враги выбрали неудачное время для засады.

Товарищи аршаума также обнажили мечи.

Заскрежетав, валун стал плавно отодвигаться.

— Там внизу какая-то тропа, — сказал Ракио. Узкая темная щель под камнем уходила под землю. — У них тут, похоже, потайной ход!

Виридовикс отпрянул. Кельт сразу же вспомнил энари Липоксая в шатре Таргитая. Хаморский шаман разглядел в своих пророческих видениях пятьдесят глаз, дверь в горах и два меча. Первая часть предсказания оказалась такой страшной, что кельт добросовестно постарался забыть о том, что оно имело вторую и третью части.

Отверстие у основания скалы было достаточно широким, чтобы туда мог пройти взрослый человек.

— Кто бы там ни скрывался, я разрублю этого мерзавца до пупа!
– крикнул Виридовикс. Высоко подняв меч и толкнув по дороге Ракио, он бросился к скале. Но едва кельт приблизился к отодвигающемуся камню, символы друидов на его клинке вспыхнули золотым огнем. — Осторожнее! — крикнул Виридовикс своим друзьям. — Похоже, там Авшар или кто-то из его колдунов.

Из недр подземелья донесся чей-то странно знакомый голос:

— Похоже, я свихнулся, Скавр. Мне показалось, что там, наверху, разоряется этот дубина-варвар.

Виридовикс едва не выронил меч на землю. Они с Горгидом обменялись ошеломленным взглядом. Затем кельт стал изо всех сил отодвигать камень. Грек бросился к нему на помощь. Каменная «дверь» зашаталась и покатилась вниз по склону.

Моргая от яркого света походных костров, двое римлян и их товарищ-кочевник кое-как выбрались из тоннеля. С диким криком радости Виридовикс широко раскрыл друзьям медвежьи объятия. Гай Филипп охотно обнял кельта, но Марк уклонился и поморщился.

— Прости — я ранен, — пояснил он. Даже сейчас, усталый, покрытый грязью и кровоподтеками, с ввалившимися щеками, Скавр оставался сдержанным и вежливым.

— Да хранит меня Фос, если это не Скавр! — прошептал Гуделин.

Насколько мог припомнить Горгид, это был первый случай, когда чиновник очертил знак солнца на груди.

Грек почти не слышал, как Ариг кричит своим воинам, что люди, выкарабкавшиеся из-под земли, противу всех ожиданий, оказались друзьями. Не требовалось быть врачом, чтобы заметить, что римляне еле живы от голода и лишений.