Мечи Самурая
Шрифт:
Глория внимательно посмотрела на лицо убитого и после секундного замешательства прошептала.
– Шрам! Я его уже видела. Это он угрожал мне пистолетом и запер в сарае сегодня утром.
– Асато, – Глория посмотрела на молодого человека. – Я думаю, что все это не случайно. Да, нет, сейчас я в этом просто уверена. Нам нужно быстрее бежать отсюда. Пошли! Скорее…
Она схватила Асато за кисть и потянула к двери, но тот мягко перехватил ее тонкую руку.
– Нет, миссис Мейсон. Я убил человека. Нужно вызвать полицию.
Глория усмехнулась.
– Здесь нет полиции. Здесь милиция. А поскольку в деле замешан иностранец, то делом будет заниматься совершенно другая организация. И поверьте мне, ничего хорошего нам от встречи с ней ждать не приходиться. Пошли, я подразумеваю, что они сами уже едут сюда, чтобы схватить вас. Пошли, я знаю, что говорю!
Она раздраженно топнула ногой, но Асато решительно тряхнул головой.
– Нет, я не чувствую себя ни в чем виноватым. Я должен остаться. Мои действия могут расцениваться лишь как самооборона.
Глория, видя, что его не переубедить, в нерешительности замерла в дверях.
– Ну что ты будешь делать с этим упрямцем! Ладно, может вы и правы. Оставайтесь, если хотите, но отдайте мне все карты и документы. Я их сумею как следует спрятать. После того как все закончиться, вы мне позвоните.
Асато внимательно посмотрел на женщину. Странно, но после всего происшедшего он все же ей верил.
– Хорошо. Лишняя предосторожность не помешает. Он быстро сунул ей в руки тоненький конверт.
– Вот здесь все. Идите и будьте осторожны.
***
Из черного динамика доносились голоса.
– Идите и будьте осторожны.
Альберт Валленштейн, дослушав фразу, наклонился вперед и выключил подслушивающую аппаратуру. На его отвислой губе как всегда висела сигарета. Откинувшись назад в кресло, он грязно выругался, выплюнул окурок на пол и раздавил его каблуком тонкой туфли. Затем развернулся и посмотрел на своих волкодавов, которые сидели на диване за его спиной.
Их было трое. Тупые животные, безжалостные убийцы, слепые исполнители его воли. Их лица уже давно потеряли все человеческое. Поняв движение 'патрона' как сигнал к действию, они без лишних слов встали и вереницей направились к двери.
– Да, стойте вы, кретины! – Альберт матюгнулся.
– Вы двое, останьтесь здесь, – сказал он широкоплечим парням с фигурами штангистов-тяжеловесов. – Все равно не умеет ходить тихо.
– А ты! – он ткнул пальцем в грудь угрюмого мужчины со сломанным носом, по видимому отставному боксеру. – Как только девка уйдет, сразу же поменять номерки на дверях. Сделать так, как было. И смотри, чтобы тихо!
Он снова выругался.
– Черт бы побрал этого Пеле. Я же его предупреждал, что парень прыткий. Да ничего…
Конец ознакомительного фрагмента.