Чтение онлайн

Ветер и липкий снег ударяют в лицо, как только я открываю дверь подъезда.

– Только не стать японским привидением, – бормочу я, пытаясь прикрыть руками глаза от ветра и снега, пока бегу к машине Алии. – О! Ты не за рулем! – восклицаю я, целуя и обнимая Алию.

– Решила, что сегодня лучше воспользоваться услугами водителя, – не уверенно улыбается Алия. – Я почему-то нервничаю. И побоялась вести в таком состоянии.

– Правильно, – откидываюсь на кожаную спинку, когда машина мягко трогается с места. – Я тоже нервничаю.

Алия принимается руками обмахивать раскрасневшееся лицо.

– Как будто самое важное свидание в жизни. – Так и есть! – Я больше за вечеринку переживаю. Никогда не была на мероприятии, где есть знаменитости.

– И я… я даже и представить не могла, до сих пор не верю.

Я качаю головой. Алия смеется, глядя на мое растерянно – изумленное лицо, и ободряюще сжимает мою руку. Не в силах рассмеяться и даже улыбнуться в ответ, кладу голову на ее плечо, Алия прислоняется щекой к моей макушке. Видимо, волнение, оказывает на нее такое же угнетающие действие, как и на меня, лишая сил и желания говорить.

Автомобиль мчится вперед, за окном мелькают огни, люди, машины, витрины, реклама. Я не замечаю, как постепенно расслабляюсь, почти засыпая. Пытаюсь представить нашу с Егором встречу. Что я скажу? Что скажет он? Улыбнется или будет холоден? Просто вежлив? Я ему понравлюсь? А что я почувствую? Мое сердце перевернется? Будет стучать в груди, как сумасшедшее? Или остановится? Как тогда в школе ниндзя-дедушки, когда я увидела серые глаза с изумрудными искрами. Он сказал…

Если упадешь, я подхвачу тебя.

С радостным волнением, граничащим с изумлением, я вспоминаю откуда эти слова…

Дикий визг тормозов… крики… мой, Алии, водителя… меня и Алию отбрасывает назад… столкновение… нас подбрасывает вверх, вперед, вдавливает в заднее сидение… скрежет метала о металл… бьется стекло…осколки врезаются в лицо, руки… острая боль пробегает по всему телу, но я не выпускаю ладонь Алии…

Наверное, я на несколько секунд отключаюсь, так как прихожу в себя от дикого крика Алии, зовущей меня по имени. Я открываю глаза и вижу испуганное лицо Алии. По ее лбу струится кровь, из уголка губы тоже.

– Я в порядке, – пытаюсь коснуться раны на ее лбу, чтобы понять насколько все серьезно. Глаза Алии затуманиваются, лицо становится бледным, и она падает на сидение.

– Алия! Алия!!!!! АЛИЯ!!! – кричу навзрыд. Я понимаю, что она в сознании, но… – Наверное, в шоке… Просто в шоке… – я ощупываю руками ее тело, не обращая внимания на бегущие по моим щекам слезы. Вроде, серьезных травм нет, но руки липкие. Почему?! – АЛИЯ! АЛИЯ! – кричу я, пытаясь нащупать рану. Откуда же кровь… ОТКУДА КРОВЬ…

Кто-то открывает переднюю дверь. Я оборачиваюсь, вижу окровавленное лицо водителя, который без сознания лежит на руле.

– Живой! – кричит незнакомец, проверив его пульс.

Меня вытаскивают из машины. Человек в ярко-желтой куртке осматривает Алию. Слышу: «Видимых повреждений нет. Скорее всего, в шоке». А потом другой окрик: «Не трогайте! Вдруг, травма головы!». Ответ: «Хорошо, ждем приезда скорой».

– Девушка, вы как? – я понимаю, что обращаются ко мне, но ничего не могу сказать. В оцепенении смотрю на Алию.

– Девушка?!

Я киваю.

– Все в порядке. Я в порядке.

Оглядываюсь по сторонам, пытаясь понять, где произошла авария, ищу мобильник. Перекресток. Не знакомый. Машина, врезавшаяся в нас, сильно помята, дверь со стороны водителя снесена, стекол нет.

– Телефон? – я умоляюще гляжу на мужчину, все еще взволнованно смотрящего на меня. – В машине.

– Сейчас, – он на миг исчезает в салоне, а потом протягивает мне две сумочки.

Я достаю свой мобильный, звоню Лизе, говорю, что попали в аварию и протягиваю трубку мужчине, который мгновенно понимает, что надо сказать адрес. Затем достаю сотовый из сумочки Алии, звоню ее отцу.

Красно-синие сирены. Три кареты скорой помощи подъезжают практически одновременно. Сначала увозят пострадавших мужчину и женщину из другой машины. С ними садится бледный подросток. Затем нашего водителя, а третья скорая забирает меня и Алию. Вжавшись в двери, смотрю, как врач и медсестра снимают с Алии пальто, осматривают ее.

– Девушка…. Вы родственница? Сестра?

Я не понимаю, что он говорит, вижу только бледное лицо Алии со следами крови, ее закрытые глаза, бескровные губы.

– Травма головы? – выдавливаю я.

– Что? Ах, нет… С ней все будет в порядке. Серьезных повреждений нет. Вы родственница?

Я чувствую, как спадает дикая волна напряжения. На мгновение перед глазами все становится черным, а потом все расплывается. Я пытаюсь ухватиться за дверь, стараясь не упасть, и чувствую сильнейшую боль в руке.

– А кровь… откуда была кровь… – шепчу я.

Холодные руки подхватывают меня, усаживают на кушетку.

– Девушка, господи… что ж вы молчали… Девушка…

Чувствую, как с меня пытаются снять пальто. Перевожу взгляд на руку, с пальцев стекает кровь. Я улыбаюсь, понимая, что кровь была моя, а не Алии. Все будет в порядке.

Глава 12

Я смотрю в окно, за которым уже три дня, не переставая, идет снег. Все вокруг белое. Улицы, деревья, дома. Стены больницы. Халаты врачей. Лицо Алии. Она все еще без сознания.

Зимний холод белого безмолвия проникает в душу, вытесняя из сердца все чувства, страхи и надежды. Если бы я сейчас могла нарисовать наполнившую меня пустоту, то изобразила бы девушку с бледной, почти белой кожей, которая сидит на одинокой льдине, дрейфующей посреди серого океана, сливающегося с черным небом. Она сидит на коленях, запрокинув голову назад, безвольные руки раскрытыми ладонями вверх лежат на льду. Красное платье разорвано на груди, открывая взору стеклянную кожу, под которой синими кристаллами искриться снег, словно из нее вынули все внутренности, заполнив образовавшуюся пустоту льдом и холодом.