Чтение онлайн

— Так они мне сказали. Они боятся за себя и за Хельбу и, я думаю, что и за кота Хельбы. Они только мальчишки, моложе Филиппа.

— Им по двадцать четыре года, — сказал Мор. — Они становятся старше на один год за каждые четыре года. Они только выглядят на шесть лет.

— Так говорят. Но они хотят капитулировать, и это важно. Что мне сказать им?

Мор посмотрел на чисто вымытый пол и раздавил муху, которую принес на себе.

— Ты мог бы сказать им, что согласен. А как только война закончится, мы сможем избавиться от Зоанны и ее супруга.

— Надеюсь. Ведь раньше это было трудновато сделать, правда?

— Да. Мне ужасно не хочется снова устраивать революцию, на этот раз без круглоухого.

— У меня тоже круглые уши, — напомнил ему Сент-Хеленс.

— Да. Да, верно. Но, Сент-Хеленс, ты ведь все-таки не Келвин.

— Непохоже, чтобы он, его отец и сводный брат собирались вернуться назад. Хорошо, если они вообще вернутся.

— Не хочется мне это говорить, но кажется, что их исчезновение и появление зла может быть не простым совпадением.

Они сидели в мрачном молчании несколько долгих секунд. Затем Мор высказал вслух свою мысль:

— Если они побеждают, то не будут сдаваться.

— Конечно, нет. Но ведь они только дети.

— Колдунья не допустит этого.

— Не знаю. Она опекает их и шлепает по задницам, но может быть они и имеют право на окончательное решение.

— Ты так думаешь?

— Нет. Думаю, что они только дети. — Сент-Хеленс подобрал свой ботинок и запустил им в крысомышь, снова промахнувшись. Грызун недовольно посмотрел на него, ухватил еще одну хлебную корку и юркнул в свою нору. Сент-Хеленс пожалел, что не может сделать то же самое.

— Хорошо. Хорошо. Если они предложат капитуляцию, я приму ее. Если она законна, то положит конец войне.

Крысомышь снова вылезла из норки.

Хелн держалась за живот и, наклонив голову набок, прислушивалась к разговору в отдаленной части дворца. Ее слух становился более острым, чем раньше. И было что-то еще. Что-то, о чем она едва осмеливалась подумать.

— Вы действительно так хотите меня, ваше величество?

— Конечно. А кто бы не захотел? Ты такая хорошенькая.

— Но королева. Ваша супруга, ваше величество!

— Что Зоанна не узнает, то ее и не обидит, правда? Ну, а теперь повернись, и я расстегну…

Хелн плотно зажала свои круглые уши, притиснув их к голове так, что стало больно. Но это не помогло заглушить игривого хихиканья распутной девицы. Она не была по-настоящему оскорблена тем, что услышала. Когда-то, помнилось ей, это могло бы ее возмутить.

Хе-хе-хе, как в старые добрые времена! Обработать девицу, пока королева дремлет. Эта несколько толстовата, но могу поспорить, что она неплохо запрыгает!

О, боже, я хотела быть добропорядочной девушкой! Но он же король. Кто может отказать королю? Кроме того, его жена пропала, бедняга, и она была злой и бросила его в темницу. Узнает ли он, что я уже делала это раньше? О, боги, он меня кусает! Что он делает там внизу? Ой! Ой! Ой! Ой!

Хелн знала свои мысли, эти же совсем не походили на них. Она закричала.

Джон проснулась от испуга.

— Джон! Джон! Я слышу голоса! И я думаю мыслями других людей! Я знаю, о чем думают другие люди!

Бедная девушка, она безумна!

— Все хорошо, все хорошо, Хелн. Тебе только что приснился еще один плохой сон.

— Лицемерка! — в неожиданной бессильной ярости воскликнула Хелн. — Ты думаешь, что я сошла с ума!

— Это просто плохой сон. — «Мне необходимо поговорить с доктором Стерком. Она не в порядке. У нее все смешалось в голове, она безумна! Не сможет ли он ей помочь? Может ли ей вообще кто-нибудь помочь? Боги, как мне хотелось бы, чтобы здесь был Келвин!»

Понимая, что все на самом деле безнадежно, Хелн позволила себе издать такой крик, который, казалось, угрожал обрушить стены всего дворца.

Они стояли на краю болота, наблюдая, как подходят нагруженные медными жалами лягушкоухие. Двойники Крамбов и их братия с недоверием смотрел, как груда меди перед транспортером становится все выше и выше. Наконец позже, днем, вся медь была собрана, и вот-вот должна была начаться вторая стадия операции.

— Будет ли этого достаточно? — спросил Келвин у здоровяка Буханки. — Достаточно ли здесь меди, чтобы купить армию, необходимую, чтобы сбросить вашего тирана?

— Сынок, — сказал Марвин, сильно побагровев. — Если мы потерпим поражение, имея столько меди, то мы того и заслуживаем! Я и не думал, что где-то есть столько меди. Я знаю, что у нас дома этого нет. Можем ли мы начинать пересылку?

Келвин кивнул. Надежды Буханки начали работу в темпе, который совсем не соответствовал их прозвищу: лодыри. Охапка за охапкой исчезала в транспортере. Когда жала отправлялись к месту назначения, полыхала багровая вспышка. На другом конце люди, которые отправились обратно, вероятно, разгружали транспортер так же быстро, как прибывал груз жал.

Неожиданно в голову Келвину пришла неприятная мысль: могли ли они быть уверены в том, что люди, которые должны получить медь, на самом деле получают ее? Гвардейцы могли появиться с новыми силами и одолеть тех, кого они отослали назад. Следовательно, король-тиран мог заполучить эту медь и еще прочнее окопаться в стране, которая почти ничем не отличалась от родины Келвина, только река здесь была пошире, а гора повыше.

— Келвин, ты снова беспокоишься!

— Да, Мервания, ничего не могу с собой поделать.