Медиавирус
Шрифт:
Сложив руки на животе, Даля вдруг подумала, что из Данила получится замечательный отец. Он никогда не позволит своим детям пройти через то, через что прошел сам. На него можно положиться. А все проблемы, аннигиляторы, интерполы… Даля вдруг ощутила уверенность в том, что вместе с Данилом они преодолеют все невзгоды опять, и потом все будет прекрасно! Как в сказке!
Женщина приблизилась, спросила о чем-то по-японски. Таро-кун ответил. Обитательница Картонной крепости кивнула, знаком приказала следовать за ней. Даля проводила взглядом ее фигуру. В сером платье до пят, она выглядела намного старше своего возраста.
– Что это за хиппи? – шепнула Даля.
– Сама ты хиппи, – огрызнулся Дикарь обиженно. Однако все-таки признался: – Черт ее знает…
Они спустились по лестнице, под ногами зашуршал влажный от конденсата гравий. У Дали вдруг перехватило дыхание. От Картонной крепости шел такой «аромат», что в горле запершило! Размокшая бумага, раскаленный пластик, амбре немытых тел. Все это смешивалось с сильной влажностью, канализационной вонью и запахами готовящейся пищи. Даля постаралась не кривиться, но, видимо, и так было все понятно, ибо Дикарь при взгляде на нее густо покраснел.
Они миновали кольцо опутывающих крепость проводов, зашагали между картонных вигвамов. Их стены были оклеены стикерами фирм-производителей компьютерного «железа», групп, защищающих свободу информации и права человека. Где-то слышался сухой, неприятный кашель, где-то отрывистый, будто лающий, мужской голос. В небольших проулках стояли разобранные системные блоки и прочий инженерный хлам. Все это очень напоминало секту. Группу эскапистов, поклоняющуюся никому не известным богам…
Женщина подвела их к поставленным стоймя коробкам из-под холодильников, указала на вырезанный внизу проход. Таро-кун первым разулся, отставил кроссовки и на карачках заполз внутрь.
– Ну что? – смутился Дикарь. – Женщины вперед, что ли?
Даля усмехнулась криво:
– Ну спасибо…
Она села, неуклюже расстегнула длиннющую молнию на сапогах-ботинках, с наслаждением потерла стопы. Кажется, обувь оказалась на полразмера меньше. Японка-гримерша действительно не любила иностранцев.
Оправив юбку, Даля повернулась к лазу. Оттуда несло затхлостью, кофе и полуфабрикатами.
«Гики…» – вздохнула она мысленно и мужественно двинулась вслед за японцем.
– Таро-кун не принадлежит к числу жителей Картонной крепости, – перевел Дикарь. – Он доверенное лицо: помогает с продуктами и лекарствами, организовывает доставку всего необходимого, включая предметы гигиены и комплектующие компьютеров. Он один из немногих, кому известно о существовании этого места. И он прекрасно понимает всю его важность, чтобы сохранить свое знание в тайне.
Говорила та самая женщина, которая встретила их первой. Таро-кун переводил на английский, а Дикарь – уже на русский, ибо произношение японца было примерно одинаково для русского и английского. Вдобавок он еще тараторил и глотал слова, а не просто коверкал, как в случае с падежами или буквой «л», которой нет в японском языке.
Внутри картонное сооружение оказалось неожиданно уютным. Здесь царил полумрак, создаваемый лишь фонарем Таро-куна. Воздух теплый, может быть, слишком влажный, но, в общем-то, было терпимо. Даже к запаху удалось привыкнуть. Или же это просто сказывалась усталость после тяжелого дня.
Вообще, помещение напоминало гостиную или какую-то особую Коробку-Для-Заседаний. Пол укрывали расползшиеся от времени татами из когда-то влагоустойчивой пены, кое-где валялись затасканные подушки. И больше – ничего.
Даля грела руки о приятную на ощупь деревянную чашку с травяным чаем. Она впервые почувствовала укол любопытства. Очень интересная выдалась поездка, ничего не скажешь. Если бы только Данил был рядом…
Неожиданно она поняла, как соскучилась по его неожиданным комментариям и ремаркам, по его заботливости и поддержке. Все-таки насколько она, оказывается, сильно его любит! Чрезвычайно умный, харизматичный и обаятельный, уверенный и целеустремленный. Эти качества делали его сильным мужчиной, идеальным кандидатом, какого может себе представить современная женщина! А как сладко засыпать, когда его ладонь покоится на ее бедре, как спокойно в душе, когда слышишь его дыхание, как легко, когда он любые сложные задачи щелкает, как орешки!!
Даля вдруг заметила, что мир перед глазами расплылся. Да что ж такое – опять расплакалась! Так, глядишь, и женское фэнтези начнет читать…
– Вы… мы можем оставаться здесь столько, сколько потребуется, – переводил Дикарь. – Единственное условие – не выходить за пределы Картонной крепости.
– Почему? – спросила Даля заинтересованно.
Женщина улыбнулась и двинулась к выходу. Таро-кун ушел следом.
– Кажется, – сказал Дикарь с неуверенностью, когда они остались одни, – она имела в виду какую-то защитную систему. Вроде минного поля.
– Понятно.
– Странно, – задумался Дикарь. – Я вроде бы ничего не заметил.
– Что ж тут странного? – удивилась Даля. – Разве вы сами не мастера невидимые стены возводить?
Польщенный, Дикарь улыбнулся:
– И то правда.
Через несколько минут вернулся Таро-кун, поставил перед ними пластиковые судочки с мисо [36] и опять ушел.
– Приятного аппетита, – пожелал Дикарь, передавая Дале ее порцию. – Кажется, кулинарных изысков мы здесь не увидим.
36
Мисо (яп.) – продукт традиционной японской кухни, чаще всего в виде густой пасты. Мисо производится путем ферментации соевых бобов, риса, ячменя, пшеницы или смеси из них с помощью специального вида плесневых грибов. В тексте имеется в виду суп мисо (блюдо из мисо, водорослей вакамэ, тофу, лука и абураагэ), представленный в виде широко известных готовых обедов.
Даля с сомнением оглядела довольно массивную фигуру хакера. Видно, что бывал в спортзале, но на диету он явно никогда не садился. А было бы полезно. Впрочем, эти мысли она решила оставить при себе. Обижать зря человека, даже невинными подколами, не в ее правилах.
Мисо, как и любой полуфабрикат или готовый обед, приправленный специальными добавками, оказалось неожиданно вкусным. В подземной тишине, с чашкой травяного чаю и горячим ужином, все стало умиротворенным, расслабляющим. Поэтому следующий вопрос Даля произнесла легко, как уже решенное дело: