Медицина Древнего

Пасти Тифона приближались словно в замедленной съёмке. Я перекатился назад, через голову. Вскочил на ноги. Отпрыгнул в сторону. Упал и перекатился вновь.

Бум! Бум! Бум!

Головы, одна за другой, ударились в землю там, где я был несколько мгновений назад.

Бум! Бум! Бум!

Упали туда, где я только что был. Прямо у моих ног. Я, даже, как заправский футболист, смог пнуть одну.

После удара головы взвились вверх. Но не стремительно, а извиваясь и прогибаясь, как канат, когда дали слабину, чуть его вытравив.

Да он в нокауте, понял я. Тихий рокот от змеиных голов подтвердил мою догадку. Шеи Тифона, явно дезориентированные, покачивались из стороны в стороны.

Я бросил взгляд по сторонам. Весло сломано. Половинки валялись далеко от меня, да и толку сейчас? Чем нанести добивающий удар?

В глаза бросился склон горы и…. Камень, мне нужен камень!

Подскочил к Харону, стукнул его по плечу и прокричал:

— Перемести меня туда! — я указал рукой на склон.

Старик что-то буркнул. Я ощутил его магию, и меня толкнуло в нужную сторону. Сам же Харон отпрыгнул назад. Без меня ему не выстоять против чудовища.

Со всех сторон засвистел воздух. Гора приблизилась и я рухнул на пологий участок склона. Руки и ноги отсушило от удара. К горлу подкатила дурнота.

Я стиснул зубы, взял себя в руки и огляделся. Нужный булыжник оказался чуть ниже меня. Абсолютно круглый, он напоминал слона. Только без головы.

Подскочил к нему. Упёрся спиной, толкнулся ногами. Камень не хотел поддаваться. Тогда я присел ниже. Раскачал вес и мощно выпрямился.

— Эй! — закричал кто-то, а булыжник покатился, полетел по склону, точно в Тифона.

— Ты зачем это?! — крикнул кто-то, и я увидел старика в одной лишь набедренной повязке. Он стоял ниже меня и, потрясая в воздухе узловатыми, мощными руками, грозно топорщил чёрную от грязи бороду.

— Зачем? — повторил он, — я же катил его к вершине.

— Ничего, снова докатишь, — отмахнулся я от него и помчался вниз. — Тебе не привыкать, Сизиф!

— Очень смешно! — донеслось мне в спину, но я не обратил на это внимания. Камень как раз достиг приходящего в себя Тифона и разом придавил все шеи.

Тифон завизжал. Где-то в недрах горы его кривые лапы и другие шеи замолотили по стене и воротам. Земля задрожала. Но задрожала не только из-за Тифона. Из тёмной дымки, что рваным туманом клубилась вдали от нас, выскочили стражи Тартара. Сторукие, пидесятиголовые великаны Гекатон (Уран их папа) хейры.

Наконец-то! Где они вообще были?

Великаны добежали до Тифона. Застучали по змеиным головам кулаками, подпёрли ворота. Земля стала чуть меньше дрожать.

Около ворот мы с Хароном оказались одновременно. Паромщик замедлился, я же тормозить не стал. Заметил на зеле вырванные из створок прутья. Подхватил их и, метнув одно в Тифона, вторым проткнул глаз одной из голов.

Чудище заревело. Задёргалось. Камень подлетел вверх. Сторукие великаны попадали с ног, но я не остановился. Вырвал прут, ткнул им другой глаз, затем ещё один, ещё. Ещё.

Откуда-то сзади мимо меня промчались Керры. Налетели на головы. Захлопали крылья, замерцали длиннющие когти. Керры резали Тифона, будто боевые мясорубки.

Они как-то не вовремя появились. Вроде и нужны, но великаны Гекатонхейры прекратили контролировать чудище, не успели подняться на ноги, и Тифон сбил несколько девчонок на землю.

Над ними, как и надо мной недавно, зависли на миг пасти. Керрам оставалось жить мгновение.

— Ша, тварина! — заорал я, и на оставшихся зрячими головах отразился страх. Они дёрнулись назад. Зашипели.

— Ага, бойся! — я бросился вперёд, орудуя прутом, как копьём.

Отличная бронза. Закалённая в водах Стикса, она стала продолжением моей руки. Разила змея. Заставляла его истекать кровью. Отогнала его от Керр, но я не остановился. Продолжил разить направо и налево.

Я бил и колол неутомимо и методично, словно паровой молот. Удар, укол, ещё удар.

Ещё чуть и победа будет за нами. Тифон уже попытался влезть обратно. Но головы запутались и не смогли убраться в щель.

Я воспользовался моментом и метнул прут в один из двух оставшихся глаз. Попал, но остался без оружия. Тифон это заметил. Рванулся ко мне.

— Ага, сейчас! — засмеялся я. Увернулся от слепых атак. Подскочил к обломкам весла, схватил их и подпрыгнул вверх.

Пробежал по одной из шей. Запрыгнул на другую и воткнул обломок весла в очередной, как оказалось последний глаз.

Тифон заверещал. Шеи вздыбились, выгнулись, и я спрыгнул на землю. Миг и перед воротами никого, кроме нас. Только лужи крови, копоть, да выбитые клыки напоминали о схватке.

— Благодарю, — я протянул Харону второй обломок весла и поднял с земли несколько клыков Тифона. Взмахнул ими. Нет неудобно, слишком большие. Раза в три длиннее моего меча.

Хотя.

— Предлагаю починить ими ворота, — я обернулся к Харону и столкнулся с его пылающим взглядом.

— Ты сломал моё весло, — голос его клокотал, борода топорщилась. — Зачем?!

— Так получилось, — я пожал плечами и развёл руками.

— Зачем, Кириллос?! — рваный, красный плащ на его плечах ожил, взметнулся без единого порыва ветра.

— Ты сам видел, — махнул я рукой, — других вариантов не было.

— Ты….

— И как мне теперь катить это?! — возглас Сизифа прервал речь Харона, — какой из них?

Мы обернулись на голос грешника. Сизиф стоял рядом с камнем, который раскололся надвое, и держался руками за голову.

— Ты вредитель, Кириллос, — Сизиф осуждающе ткнул в меня пальцем, — зачем ты сломал мой камень?