Чтение онлайн

– Майк…

– Ты сама сказала, что собираешься снова сойтись с другим Майком. Может, все это понадобилось, чтобы свести нас вместе. Но суть в том, что раз ты собираешься сойтись с ним, так почему бы нам не сойтись сейчас? До несчастья мы были парой, можем быть парой и теперь.

– Майк, это разные вещи. Ты потерял жену. Я – не она. Я что-то непостижимое, для чего и слова не придумано. И ты на самом деле – не мой муж. Мой муж лежит в лекарственно-индуцированной коме.

– Ты сама знаешь, что все это не важно.

– Для тебя.

– И для тебя не должно быть важно. И твой муж, между прочим, на это согласился. Он точно знал, что так будет. И ты знала.

– Я просто подумала, что будет приличнее, если бы между нами сохранилась дистанция.

– Ты так говоришь, будто мы в разводе.

– Майк, мы ведь и в самом деле расстались. Мы не общались. Не могу я забыть, что было до того происшествия, как будто ничего и не было.

– Я понимаю, что тебе нелегко.

Они в неловком молчании шли по городским улицам, по которым тысячи раз проходили прежде. Майк предложил Андреа кофе, но она ответила, что уже пила в конторе. Может быть, попозже. Они задержались, чтобы перейти улицу перед одним из любимых бутиков Андреа, и Майк спросил, не купить ли ей что-нибудь.

– Не нужно мне ничего покупать, Майк, – изумленно возразила Андреа. – Сегодня ведь не день рождения какой-нибудь.

– Приятно было бы что-нибудь тебе подарить. На память.

– Мне не нужно о тебе помнить, Майк. Ты и так всегда будешь рядом.

– Хоть маленький подарок. Что-нибудь, что ты иногда будешь носить и вспоминать обо мне. Об этом, а не о том, который вернется в это тело через несколько дней.

– Ну, если ты настаиваешь… – (Он по голосу слышал, что Андреа старается говорить с энтузиазмом, но душа у нее к этому не лежит.) – Я на прошлой неделе присмотрела сумочку…

– Надо было сразу покупать.

– Я экономила на парикмахерскую.

Майк купил ей сумочку. Мысленно отметил стиль и цвет, чтобы на следующей неделе купить себе такую же. Поскольку в своей мировой линии он не покупал Андреа подарка, возможно, там он выйдет из магазина с двойником этой самой сумочки в руках.

Они снова прошли в парк, потом полюбовались картинами в Национальном музее Уэльса и вернулись в город пообедать. По сравнению с последними днями в небе собралось больше облаков, но их хромовая белизна только оттеняла голубую эмаль неба. Самолетов видно не было: ни единого следа. Выяснилось, что вчерашний в самом деле принадлежал военному ведомству и направлялся в Польшу со спасательной командой на борту. Майк вспомнил, с каким раздражением смотрел на самолет, и ему стало стыдно. В нем летели отважные мужчины и женщины, готовые рискнуть собой, чтобы выручить отважных мужчин и женщин, заваленных в глубокой шахте под землей.

– Ну вот, – сказала Андреа, когда они расплатились по счету. – Кажется, настал момент истины. Я обдумала твои слова и… – Она сбилась, уставившись в недоеденный салат, и начала сначала: – Если хочешь, можно пойти домой. Если ты действительно хочешь.

– Да, – кивнул Майк. – Я действительно хочу.

Они доехали до дому на трамвае. Андреа открыла дверь своим ключом. Солнце стояло еще высоко, но в доме было прохладно, шторы и жалюзи остались опущенными. Майк встал на колени, подобрал упавшую на коврик почту. Большей частью счета. Он сложил их на столик в прихожей, испытав мимолетное чувство свободы. Скорее всего, дома его ждали такие же счета, но здесь, об этих, должен побеспокоиться кто-то другой.

Он сбросил ботинки и прошел в гостиную. На минуту его выбило из равновесия ощущение, будто он попал в чужой дом. Ширма не у той стены, обеденный стол передвинут на другую половину комнаты, и диван и кресла тоже переставлены.

– Что такое?..

– Ох, забыла предупредить, – сказала Андреа. – Мне захотелось перемен. Ты подъехал и помог мне все переставить.

– И новая мебель…

– Нет, просто чехлы другие. И тоже неновые, они у нас уже давно. Ну, вспомнил теперь?

– Кажется, припоминаю.

– Брось, Майк, не так уж давно это было. Нам их подарила тетушка Джанис, помнишь? – Она с отчаянием смотрела на него. – Я расставлю все как было. Наверное, я должна была подумать. В голову не пришло, как странно это тебе покажется.

– Нет, все в порядке. Честно, так даже лучше.

Майк осмотрелся, стараясь закрепить в памяти расположение мебели и украшений. Как будто собирался воспроизвести их, вернувшись в собственное тело, в собственную версию этого дома.

Может, он так и сделает.

– У меня для тебя кое-что есть, – сказала вдруг Андреа и потянулась к верхней полке с книгами. – Нашла сегодня утром. Сто лет искала.

– Что? – спросил Майк.

Она протянула ему находку. Майк увидел ламинированные розовые корочки, в пятнах, с обтрепанными уголками. Только уронив папку на пол и увидев вывалившиеся из нее сложенные листы, он узнал карты.

– Черт возьми, никогда не догадался бы там искать!

Майк сложил рассыпавшиеся карты и стал рассматривать обложку. Это были старые крупномасштабные карты гор, той части Брекон-Биконз, по которым они когда-то ходили в походы.

– Я просто подумала… ты так загорелся… может, нам и не повредит выбраться из города. Только имей в виду, я не ищу приключений.

– Завтра?

Она озабоченно взглянула на него:

– Я хотела завтра. Ты будешь в порядке, нет?

– Никаких проблем.

– Тогда устроим пикник. В «Теско» продают отличные корзинки для пикников. Кажется, у нас где-то остались два термоса.

– Термосы ладно, а вот как насчет походных ботинок?

– В гараже, – успокоила его Андреа. – И рюкзаки там же. Я их вечером откопаю.

– Жду не дождусь, – сказал Майк. – Честное слово. Ты очень добра, что согласилась.

– Только не рассчитывай, что я взберусь на Пен-и-Фан не запыхавшись.

– Ты еще себя не знаешь!

Чуть погодя они поднялись наверх, в спальню. Жалюзи были приоткрыты, и на постель падали полоски света. Андреа разделась, потом помогла Майку выбраться из его одежды. Как ни хорошо он владел телом, сложные действия вроде расстегивания пуговиц и молний требовали тренировки, а времени на это у него не было.