Чтение онлайн

– Не надо его слишком утомлять. Он может уйти от нас в любую минуту, но оставшиеся нам мгновения его присутствия нецелесообразно растрачивать впустую.

– Вы останетесь?

– Не думай обо мне. Я буду рядом.

– Очень жаль. – Серхио опять подавил усмешку. – Очень жаль, что вам надо уйти, хотел я сказать…

Когда очевидник удалился, Серхио подождал несколько мгновений, пока глаза не привыкли к сумраку. Ему ни разу не приходилось видеть существо столь близкое к смерти, как Иван. Было поистине чудом, что в этом дряхлом теле еще протекают какие-то метаболические процессы. Каждый вздох был слабее предыдущего. У Серхио затекла рука, и он опустил сумку на пол. Наверное, при этом произвел едва слышный звук или возмутил воздушные течения в комнате, – как бы то ни было, старик открыл глаза. На это действие у него ушло столько же времени, сколько у розы – на то, чтобы раскрыться с рассветом.

– Менендес. – Губы Ивана едва шевелились. – Ведь тебя так зовут? – И после паузы: – Как прошел полет из Викингвилля?

– Тепловые потоки превосходны, – ответил Серхио.

– Обычно для этого пользовались глайдерами. Параглайдерами, ну да ты знаешь. Я прыгал с тепуи [3] в Венесуэле. На Земле. Еще до появления кивидиноков. При этом… недолго и штаны обмарать.

– Вы вольны доверять своим воспоминаниям, Иван.

– Господи, а я-то думал, что Беллармин – упрямец. Расслабься. Почтение мне нужно не больше, чем скейтборд. Ты захватил рекордер?

– Он готов. Я не вполне понимал, чего вы от меня хотите. В Диоцезе мне ничего не сказали.

– Это потому, что у них нет ни малейшего понятия, о чем я думаю. Ага! Сумка. – Руки Ивана выпростались из-под одеяла и ощупали сумку, вытащили освященный старинный магнитофон и с неожиданной аккуратностью поставили у кровати. – А вот и оно. Молодец, Менендес! Какой же ты молодец! Думаю, мне стоило лучше к тебе относиться. – Дрожащими пальцами он нашарил бутылочку виски, откупорил ее и подержал у носа. – Это клановое пойло, да? Ты рисковал, доставляя его.

– Не совсем. Я настоял, что у этой бутылочки символическая функция.

– И ты прав, сынок. – Иван глотнул и поставил бутылочку среди личных вещей с другой стороны ложа. – Ты помог и себе. Ты вправе кое на что рассчитывать. Садись.

– Я по-прежнему не понимаю, зачем я здесь.

– Никаких секретов. Я должен поведать тебе кое-что. И только тебе. Никому из старших по чину очевидников я не могу доверять.

Серхио сел рядом с ложем, нервно озираясь. На миг ему показалось, что в тенях и сиянии свечи отливает бронзой лицо Беллармина. Но только показалось.

– То, что вы желаете открыть мне, имеет касательство к… кивидинокам?

– К кивидинокам, Погибели и всему остальному!

Иван замолчал, облизал губы, изучая Серхио сквозь полусомкнутые веки.

– Я не такой реакции от тебя ожидал.

– Я… – Серхио покачал головой.

«…думал об Индрани».

– Как по-твоему, когда все это зародилось? – Старик повел рукой вокруг. – В тот день, когда я прекратил убирать дерьмо в Смоленске.

– Я…

– В тот день, когда явились кивидиноки. Октябрь две тысячи семьдесят восьмого. Нулевой Год. Да, я знаю, ты думаешь, что тебе все это известно. Этот эпизод-де хорошо задокументирован. Так-то оно так, однако…

Иван нашел в себе силы сменить горизонтальное положение на более близкое к сидячей позе. Серхио подскочил к нему и подложил подушки под спину.

– …впоследствии оказалось, что не так уж и хорошо. Если бы я просто выложил тебе все, сынок, ты бы наверняка счел меня маразматиком, утратившим контакт с реальностью.

– Я никогда не смел подвергать сомнениям истинность сказанного вами. И никто из нас не смел.

– Посмотрим, будешь ли ты так же стоек в этом, когда я закончу рассказ, сынок. – Иван пригубил еще кланового виски, протянул бутылочку в сторону Серхио, не дождался реакции и продолжил: – Сколько тебе стандартолет, сынок? Двадцать четыре, двадцать пять? Ты не мог быть старше меня в тот день. Мы тогда еще не называли их кивидиноками. Это слово вошло в обиход значительно позже, когда они перешерстили наши культурные слои и сами выбрали себе имя. Оно из языка чиппева, означает «принадлежащие ветру». Возможно, имело какое-то отношение к способу их перемещения в пространстве.

– Возможно.

Они прибыли восемьдесят четыре года назад, ворвавшись в Солнечную систему на околосветовой скорости. Их корявый, грубо-ромбической формы корабль, бывший некогда маленьким астероидом, выставил солнечный парус, долетев примерно до Плутона. Предположение, что гости пересекли межзвездную бездну в ошибочной уверенности, будто солнечный ветер замедлит их движение, любому показалось бы смехотворным. Тем не менее уже через три часа кивидинокийский корабль практически остановился, затем аккуратно сложил парус и направился к Земле.

Пригласили дипломатов. Немногочисленные имевшиеся изображения представляли кивидиноков ангелами из стали и неона, гуманоидами, чьи формы расплывались и двоились, будто у спускавшейся по лестнице Обнаженной Дюшана. Представляли стройными, как кинжалы, и крылатыми, причем светоносные массивные крылья, казалось, угасали и таяли где-то в нижней части фигуры, будто сшитые из тончайшего шелка. Лица кивидиноков отличались болезненной красотой, но вместе с тем походили на маски, а ротовые щели и сверкавшие ярче алмазов глаза выражали бесстрастное спокойствие. Очень быстро выяснилось, что дипломаты имеют дело с машинами. Кивидиноки утверждали, что изначально им была присуща органическая форма, но от нее отказались десятки миллионов лет назад.

«Наше миропредставление отличается от вашего, – заявили они на одной из редких публичных дискуссий о своей природе. – Наше восприятие квантового уровня реальности расходится с вашим. И когда мы обладали формой вроде вашей, оно тоже было иным».

– Как думаешь, что они имели в виду? – спросил Иван, процитировав Серхио эти фразы и тем прервал повествование. – Да нет, оставь магнитофон. Пускай крутится.

– Не могу даже предположить.

– Это должно иметь отношение к процессу их трансформации в машинное обличье, разве нет?

– Ваше предположение, несомненно, имеет смысл. Но разве это… значимо сейчас? Поверьте, я бы не хотел, чтобы вы утомлялись разговором.

Рука Ивана сжала запястье Серхио.

– Это гораздо важнее, чем ты можешь себе представить. – Старик отчаянно закашлялся и, утихомирив дыхание, с трудом продолжил: – Ты должен осознать: ключ к разгадке – в квантовом измерении. В том, как именно суперпозиция состояний квантовой системы коллапсирует в единственную реальность. Пойми это – и пойми, почему это такая проблема. Тогда поймешь все остальное.