Чтение онлайн

Теперь не имело значения, убил ли он Павека на площади красильщиков или в своем воображении; он использовал для этого самую настоящую магию. Из-за своей страстного желания отомстить он выкачал еще немного жизни из Атхаса, и этого нельзя вернуть. Он стал осквернителем, безвозвратно осужденным за один единственный бездумный и бесполезный акт.

— Теперь Звайн один из нас.

Павек побежал, как только увидел обширную зеленую рощу на горизонте, и он бежал до изнеможения, пока не сообразил, что сколько бы он не бежал, ближе он не становился. Тяжело дыша и чувствуя себя дураком — в который раз — он упал на колени. Он мог только ждать, покрытый потом, который капал с его лица на тыльную сторону ладоней, ждать пока холодный ветер из центра подует опять.

Он был уверен, что это произойдет. Из того, что он видел совсел недавно, Телами не упустит возможность посмеяться над ним лицом к лицу в ее роще. Ему не пришлось ждать долго. На этот раз он следовал за ветром неуклонно, даже если приходилось поворачивать в сторону от рощи, и его ноги оказались на зеленой траве тогда, когда солнце было только в нескольких спанах над зелеными кронами деревьев. Друидская роща была наполнена самыми разными звуками, но один из них был очень характерным. Павек косил глаза налево и направо на каждом шагу, и наконец заметил капли воды, падавшие сверху, ударявшиеся о листья и ветки, а потом исчезавшие в траве. Он никогда не видел и не слушал ничего подобного. Повернувшись лицом к дереву, он встал под мягкий дождик, обращая больше внимания на листву, чем на то, что у него под ногами.

— Как же ты выжил, темплар, в городе льва? — Он продемонстрировал свое умение, подпрыгнув в воздух не хуже какого-нибудь эрдлу, потом приземлился в компактном полуприседе, кулаки сжаты, зубы обнажены, мышцы расслаблены и готовы ответить на любой вызов.

Телами полулежала на другом берегу ручья с кристально-чистой водой. По меньшей мере он полагал, что это была Телами. Глава Квирайта сняла свою вуаль. Солнечные лучи, пробивавшиеся через крону деревьев, освещали не молодую, но и не слишком старую женщину. Во всяком случае не старую каргу. Привыкший на протяжении всей жизни иметь дело с темпларами, он воспринял ее небрежную, свободную позу и иронический тон как попытку устрашения и немедленно ответил наглостью: погрузил свое лицо в на удивление холодную воду так, как будто уже делал это десять тысяч раз.

— Да, да, Павек. Располагай своим временем так, как хочешь. Ведь ты уже знаешь все, чему я собираюсь научить тебя.

Еще больше запугивания, и на этот раз успешного — и это заставило его скрыть боль от ее слов, не показать ни единым движением лица, что он испугался. Он перепрыгнул через ручей.

— Во всяком случае я знаю достаточно, чтобы дойти до сюда, разве нет? — спросил он, усевшись на землю. — Ты и Руари думали, что я буду бросить вечно, пока не умру. Но я следавал за твоим холодным ветром из центра, и теперь я готов научиться всему, чему ты можешь обучить меня.

Телами ответила удивленным поднятием бровей. — Ты бежишь в хорошем темпе, Просто-Павек, но ты не умеешь побеждать. Не имеет значения, хочешь ли ты вырастить дерево или получить очередную красную нить на свой рукав — в конце концов дело тут не в силе, а в желании, которое стоит позади нее. Здесь, если ты заметил, сила заставляет капли падать с деревьев. Протяни твою руку и она потечет на тебя, но можешь ли ты поймать ее, Просто-Павек? Можешь ли ты говорить на ее молчаливом языке? Можешь ли ты согнуться под ее волей?

— Это именно то, чему я хочу научиться здесь.

Друид махнула рукой, ручеек воды потек по ее щеке. — Я не могу научить тебя, как овладеть собственной волей! Кем ты меня считаешь? Еще одним королем-волшебником? Драконом в зародыше? А я скажу тебе: дух Атхаса вокруг нас. Поговори с ним. Заключи с ним сделку. Призови его. Ты или можешь сделать это, или не можешь. Забудь о своих свитках. Начни со света; это самое простое заклинание. Зажги свет, Просто-Павек, пока солнце еще светит. Заставь воду потечь перед собой, пока она течет позади тебя. Призови птицу или пчелу с верхушки дерева. Ты знаешь заклинания. Они те же самые для друида, для жреца солнца или темплара Короля-Льва — ведь ты знаешь это, Просто-Павек? Итак, сделай так, чтобы хоть что-нибудь случилось. Что-нибудь, неважно что. Покажи мне, что ты можешь сделать.

Телами опять уселась на траву и приготовилась ждать и смотреть. Она приготовилась ждать несколько дней; впрочем этот чужак уже удивил ее, найдя ее рощу в тот же самый день, когда она послала его на поиски. Хотя она и решила, учитывая кто он такой, не добавлять свой голос к холодному ветру. Она добавила для Йохана, которому, даже с такой помощью, потребовалось три дня, чтобы найти ее рощу в первый раз.

Йохан мечтал о магии, как и этот юный темплар.

Йохан пытался сделать все, что в его силах, хотя и не так театрально, как Павек, который кричал, рычал, напрягал каждый свой мускул, стараясь добиться успеха. Он пролил уйму пота и подергал-таки сознание стража Квирайта. Впрочем дух Квирайта не впечатлился его усилиями и не подчинился, но узнал о нем.

Если странник будил стража — а бедному Йохану это никогда не удавалось — она отчаянно хотела, чтобы он или она преуспели. Цена за неудачу здесь, где дух Квирайта сильнее всего, неотвратимая смерть. Если Павек не сумеет навязать духу свою собственныю волю, земля откроется вокруг него и его тело присоединиться к нескольким дюжинам других тел, оплетенных мириадами корней. О хотя это была судьба, которая служила ее цели — добавить жизненных сил Квирайту — Телами предпочитала питать Квирайт живыми друидами, а не мертвыми телами.

С другой стороны Павек был не просто лишенный всех гражданских прав темплар, странствующий по Пустым Землям. Если вдруг короли-волшебники умрут или исчезнут, то вся эта проклятая свора из их городов-государст потеряет заимствованную от них силу. Она знала, что будет спать спокойнее, если Павек продемострирует, что сознание, когда-то бывшее проводником исковерканной магии короля-волшебника, не сможет освоить честный вызов стража Квирайта.

Она терпеливо сидела, надеясь на один исход, но понимая, что будет удовлетворена и другим. И тут Павек, совершенно неожиданно, перестал бороться.

— Это невозможно, — объяснил он с недовольным ворчанием, вырывая пригорошню травы и бросая ее в поток. — Нет никого молчаливого голоса, мне нечего слушать. Нет даже этого проклятого «холодного ветра», вслед за которым я пришел к тебе. Я знаю, что я должен отыскать, и этого здесь нет. Ты соврала мне, старуха. Обманула и сбила меня с толку. Ты знала, что это невозможно, но ты хотела посмотреть как я взорвусь, стараясь сделать невозможное. Ты хотела, чтобы я сам сломал мое собственное сознание, сошел с ума, а твои руки остались бы кристально чистыми. Хорошо, я уже видел людей такого рода раньше: из них состоит все сообщество темпларов. И я научился не играть в их игры. Я не хочу выставлять себя дураком ради твоего развлечения. Я ухожу и не пытайся меня задержать!