Медоед
Шрифт:
Рывком поднимаюсь на колени и заряжаю орудие.
– Бронебойный! Заряжено!
– Выстрел! Есть!
Крикнув, наводчик, пару раз толкнул командира, и тот начал двигаться. Видимо и его контузило при попадании. Михаил что-то кричал мне. Еле-еле понял, что он хочет, чтобы я выбрался наверх и помог вытянуть командира.
Высунувшись из люка, я тут же нырнул обратно. Пули с противным визгом ударили по броне.
– Из-за дома автоматчики стреляют. Кажется, их там двое.
– Давай с картечью!
Вот тут у меня был в знаниях провал!
– Они жёлтые! Быстро!
Таких в укладке я увидел только два.
– Картечь! Заряжено!
– Выстрел! Есть! Прикрываю из пулемета! Вытаскивай комбата!
Как только я выбрался, Чевалков за ноги подтолкнул наверх капитана.
– Дальше сам!
Я стянул командира на моторный отсек. Следом за ним из башни вылетели на землю сначала ППШ, а потом и подсумок с гранатами, который я забыл взять с собой.
Нацепив на себя оружие, быстро осмотрелся, ища, куда перетащить контуженного. Таким местом были развалины сарая, через который прошел наш танк.
Танковый пулемет бил длинными очередями. Я волок капитана, боясь разогнуться. Неудобно. Да еще и автомат стволом норовит попасть между ног. И все время страшно, хотя я и Игрок! Постоянный свист пуль и звуки выстрелов неслись со всех сторон.
Наконец развалины. Один угол здания и часть длинной стены устояли. Хоть и хлипкое укрытие из самана и обрушившихся с крыши досок, но все же прикрывает и от пуль, и от вражеских глаз.
Осматриваю командира. На форме крови нет. Только из носа вытекала, перепачкав нижнюю часть лица, но уже почти не течёт. Он даже смотреть пытается. И что-то пытается сказать, беззвучно шевеля губами.
А где же мехвод и радист?
Высунувшись из-за края стены, осматриваюсь. Михаил все еще стреляет. Немцев я не наблюдаю. А вот возле танка замечаю в траве тёмное пятно. Точно кто-то из экипажа.
Оглянувшись, вижу, что с тыла подтягивается наша пехота, а немного правее сильно дымит еще один наш танк. Это не «тридцатьчетверка».
Я не знаю, что мне делать дальше ни как Игроку, ни как бойцу. ППШ для меня пока неведомое оружие. Только гранаты.
Открываю подсумок. Пять Ф-1. И Средний кристалл! Этого не может быть! Я же осматривал танк «сканером»! Но успокоившись, вспоминаю, что в том положении подсумок был за моей спиной! «Минус» мне за наблюдательность.
Уже не в холостую сходил! Кристалл в хранилище.
А пока готовлю гранаты, выкручивая из них пробки, и наворачивая на взрыватели.
Рядом падает мой старшина.
– Живой, Коновалов! Хорошо! Что тут у тебя?
– Комбата контузило.
– Ясно! Назад хода пока нет. Там мотоциклисты их снуют. Обошли нас в этой суматохе! Будем в селе закрепляться.
Разговаривая, он отсоединил магазин, и вскрыв его, набивал патронами, которые доставал из кармана брюк. Получалось у старшины это быстро.
– Ловко выходит у вас!
– Опыт, Коновалов! Вот зимой, когда руки коченеют и дрожат, там и опыт не помогает! А летом хорошо! Все! Я ко взводу, а ты тут пока будь!
Старшина рывком поднялся, и бросился правей, обходя танк. Я обратил внимание, что огонь из него уже не велся.
А на месте, где только что сидел командир взвода, в примятой траве блеснул Малый кристалл. Еще один плюсик мне в хранилище и минус как Игроку за наблюдательность. Война войной, стресс стрессом, а сканировать местность надо постоянно.
Включаю специальный взгляд. Есть три кристалла в шаговой доступности! И кучно расположены! Но они все не прикрыты развалинами со стороны, где должен быть противник.
«Победить и выжить». «Пять Средних и двадцать Малых кристаллов».
И мне сейчас не до победы! Выжить бы! И, опять же, двусмысленность понятия «победить». Когда будет засчитана победа? Отражение атаки? Захват села? Приход основных сил? Ну, уж точно не подписание акта о капитуляции! Тогда бы квест был длящийся! Очень, очень долго длящимся!
Посему, откладываю боевые действия, и сосредотачиваюсь на сборе камней!
Но только высунув нос, отскакиваю, жмуря глаза от поднятой глиняной пыли, выбитой из стены несколькими пулями. Уже потом слышу звуки очереди.
Решил, что как только доберусь до компьютера, буду изучать по видео все виды вооружений, которые мне могут встретиться в третьей попытке. Но и вторую просто так провалить не хочу!
В сторону, откуда по мне стреляли, бросаю две гранаты, и, не дожидаясь разрывов, бросаюсь к кристаллам. Есть! Подхват и тут же перекат обратно. Пятая часть альтернативной задачи выполнена!
– Коновалов! – капитан пришел в сознание.
Первым делом подношу к его потрескавшимся губам свою фляжку. Знаю, как в таком состоянии трудно шевелить языком.
Несколько глотков он сделал. И я тоже. Волнуюсь.
– Коновалов! – голос едва слышен.
– Откуда ты про самоходку знал?
– Не знаю, капитан! Предчувствие было, что слева в нас прилетит.
– Но ты сказал именно о самоходке!
От ответа меня отвлекли немцы. Резко защелкали выстрелы винтовок. Стреляли не в нашу сторону, но стрелки были совсем рядом! Буквально на другом конце сарая. Метров пять или шесть! Если они пройдут хотя бы десяток шагов, просто наткнутся на нас. Командира может и возьмут в плен, а меня пристрелят, чтобы не отвлекаться во время боя на конвоирование рядового.
Руки шарят по ППШ, но не могу разобраться с предохранителем! Где он вообще тут находится? Мой револьвер без патронов! Я так и забыл из спросить! Бросаю в ту сторону еще две гранаты, и достаю ТТ комбата.
Может все-таки бросить бота тут, а самому отползти подальше в кусты. Наткнувшись на него, подумают, что это он гранаты бросал. Оттуда пара криков после взрывов донеслось. Кому-то шкурку я все-таки подпортил.
Еще два винтовочных выстрела. И звук треснувшей доски или сухой ветки под весом человека ноги за углом! Три шага от меня! Дослав патрон в патронник, перекатываюсь в ту сторону, и, высунув голову, с левой руки расстреливаю двух вражеских солдат.