Чтение онлайн

Так темно.

Тихо к тому же, благодаря Бесплатным Ушным Затычкам «Гладиатор». Только слабенький шум зверств и развлечений, где-то там. Слабенький пульс. Смутные тени марионеток на шторах то ли любят, то ли губят – не разберешь.

Так тихо и темно под простынями, когда мужчина вкатывается внутрь женщины, оба ту часть ночи, когда это может произойти, не вполне бодрствуют.

Она говорит: «Хорошо».

Она это шепчет. Он ее не слышит.

Он говорит: «Иногда я улавливаю проблески».

Она говорит: «Я все еще жива».

Их влажные лица приплюснуты друг к другу, глаза открыты в кромешную темноту.

Они говорят, не слышимые, одновременно, сквозь зубы.

Он говорит: «Хорошо?»

Она говорит: «Это могла бы быть моя история».

И это правда.

Он говорит: «Я даже не делаю фальшивки. Я только их разрабатываю».

Она говорит: «Я видела тебя. Каждый раз, когда была беременна».

Он говорит: «Ты понимаешь, что я имею в виду?»

Она говорит: «Я видела, как ты ждешь, что я засну, потом подползаешь под простынями к моему животу с маленьким фонариком и смотришь. Часами».

Он говорит: «Чуть подвинься в эту сторону».

Она говорит: «Я только притворялась, что сплю. Я знала, что ты делаешь. Часами сморишь на мой округлившийся животик, едва касаясь его пальцами и губами».

Это все похоже на сон, но это не сон. «ВиброДремы Плюс» и АнтиПодушки нигде не видно.

Она говорит: «По радио ведущий ток-шоу сказал мне, что это жуть, и мне следует с тобой развестись».

Он говорит: «Развестись?»

Она говорит: «Но это было так славно, и я любила тебя за это».

Семь шейных позвонков, двенадцать грудных позвонков, пять поясничных позвонков, пять крестцовых позвонков, и четыре хвостовых или копчиковых позвонка.

Мужчина и женщина перекатываются со знанием дела.

Он говорит: «С Кертисом все будет в порядке».

Она говорит: «Еще не поздно».

Мужчина покусывает ухо женщины, высасывает Бесплатную Ушную Затычку.

Он говорит: «Так хорошо?»

Она говорит: «Да. Ларри, да».

Девять часов до «Медведя-пр. – Акулы II».

Чувствуете напряжение? Что скажете, воздух наэлектризован? Что скажете – искрит?

Утром пациент открывает глаза, что хороший признак. Он идет в туалет. Он встал, передвигается – это хорошо. Он не разговаривает. Он расплескивает на себя искусственный сок. У него несколько нарушено равновесие. У него большая припухлость сзади на черепе.

Шишка на башке.

Микобактерия вызывает распухание головы.

М-с Норман говорит: «Кертис, ты в порядке?»

М-р Норман говорит: «Керт прошлой ночью упал с кровати. Я встал и уложил его обратно».

Это ложь, но.

Мэтью говорит: «А, я помню, как он снова ложился».

Странно, как быстро и легко ложь находит подтверждение.

М-р Норман говорит: «С ним все будет в порядке».

М-с Норман говорит: «Может, отвести его к доктору?

Настоящие фальшивые гонки колесниц по вестибюлю отеля, где Норманы наслаждаются своим Континентальным Завтраком. Стоические кадры обслуживающего персонала выходят из лифта в реющих тогах.

М-р Норман боится докторов, а кто их не боится? Машины. Ты их включаешь, и они что-нибудь говорят – рак или инсульт – и вот у тебя завелся рак или инсульт, и ты начинаешь себя чувствовать ужасно. Говорят машины, а доктора просто их переводят, и спорить не о чем. Приговор окончательный, и ты можешь умереть. М-р Норман решает занять выжидательную позицию.

Мэтью говорит: «Кертис, можно я возьму твое заварное кольцо с кремом, если ты его все равно не будешь?»

Кертис говорит, в общем, молчит.

Знаешь, этот доклад, что я писал по «Медведю-пр. – Акулы»?

Тот, что ты сдернул с Интернета?

Да.

Там, где медведь – это «эго», а акула – это «ид»?

Ага.

Фрейд.

И получил «Д».

Господи, это был из всех докладов лучший.

Учитель сказал, что не может проследить за ходом моей мысли.

Что за ход мысли?

Мой ход мысли – он так сказал.

Ход. Мысли.

Ага, и он не мог за ним следить.

А он хотел?

Следить?

Ага.

Наверно.

Он хотел последить за твоим так называемым ходом мысли и не смог.

Подожди, мне тут еще звонят.

Ход мысли, похоже, – штука положительная. Человеку нужен ход мысли, чтобы другие за ним следили. Как у поезда. Ход поезда, а в хвосте – учителя.

Я снова на проводе, ты там?

Кстати, что вообще за лабуда?

При чем тут поезд?

Поезд – устаревшее транспортное средство

Про что я и говорю.

Он медленный и дымный.

Тяжелый и шумный.

Ну, если медленные и дымные мысли – это хорошо, тогда я, черт побери, – идиот клинический.

Это точно.

Чертов юный гений, если у нас дымное мышление – мерило всех мерил.

Вот то, о чем мы говорим, – это номер раз, на кой бы мне ход мыслей, номер два – это на кой бы ему за ним следить, а номер три.

Номер три – это на кой тебе, во-первых, этот чертов мысленный поезд, когда полным-полно мысленного транспорта, который и побыстрее, и поэффективнее, и специально спроектирован для современного читателя.