Медведь
Шрифт:
Смотрю на Медведя. Собираюсь сказать что-нибудь дерзкое и резкое, чтобы скрыть свое смущение.
Но ловлю его взгляд, и мне уже не хочется дерзить. Он смотрит на меня с такой нежностью… И с каким-то умиленным восторгом. Так обычно смотрят на котят и щеночков.
Я быстро надеваю длинную футболку и выдергиваю из-под нее полотенце. Михей разочарованно вздыхает. И мы идем на кухню.
— Что ты обычно ешь на завтрак? — спрашивает он.
— Кашу. И тосты с сыром.
— У меня есть овсянка, рисовые хлопья, пять злаков.
— Давай сварим пять злаков.
Я открываю холодильник, достаю молоко. Михей подставляет кастрюлю. Мы вместе хлопочем у плиты, причем все получается так синхронно и слаженно, как будто мы вместе готовим завтрак годами.
— Я тоже люблю пять злаков, — говорит Михей. — Каждый день ем. А во сколько ты встаешь по утрам? Как придется?
— Ну почему, у меня режим.
— Ты же на удаленке.
— Но это не значит, что я не работаю! А то все думают, раз я дома сижу, то прохлаждаюсь и ничего не делаю.
— А ты хотела бы прохлаждаться и ничего не делать?
— Нет! Это скучно.
— Понял. Значит ты встаешь…
— Где-то в восемь.
— А я в семь. Буду варить тебе кашу. И делать тосты.
Я растерянно хлопаю глазами.
— В смысле? Ты о чем?
— Да так, о своем.
Я не поняла, это что, был намек на совместную жизнь? Да нет, конечно! Он что-то другое имел в виду.
Какая совместная жизнь? Мы просто… я не знаю. Не хочу ни о чем думать. Эти выходные мы проведем вместе. И, похоже, это будут самые счастливые дни в моей жизни…
Или меня просто захлестывают эмоции. Опять.
47
— Это очень легко.
Я насыпаю в турку молотый кофе.
— А мне кажется, тут нужна магия. Сколько не пробовал — то убежит, то перекипит…
— А сколько раз ты пробовал?
— Ну, два.
— Рано сдался, — говорю я.
— Вообще я очень терпеливый, — отзывается Медведь.
— Я заметила…
Ставлю турку на плиту, включаю газ. И поворачиваюсь к Михею, который намазывает тосты творожным сыром.
— Надо купить сюда кофе-машину, — говорит он. — На неделе съездим, выберем. Заодно купим гамак, я давно собирался. И фен. Тебе же нужен фен?
— Мне? — растерянно переспрашиваю я.
— Мы часто будем тут бывать, — не спрашивает, а утверждает Медведь. — Ты будешь мыть голову. Твои шикарные волосы надо сушить. Я прав?
— Да… Их надо сушить, — не могу не согласиться я.
С этим пунктом все понятно. А с остальными… вообще нет.
— Джем или мед? — спрашивает Михей, заглядывая в холодильник.
— Не знаю…
Я вообще ничего не понимаю! Он ведет себя так, как будто между нами уже что-то решено. Как будто мы о чем-то договорились.
А я где была в это время? Почему я не в курсе?
На самом деле он ничего не говорил… Вообще!
А сейчас он подходит ко мне и обнимает. Кайф… Вообще, мне каждую секунду хочется, чтобы он меня обнимал. Или держал за руку. Или сажал к себе на колени. Я все время хочу его чувствовать…
Когда мы вдвоем варили кашу, наши бедра соприкасались. И Михей периодически поглаживал меня то по плечу, то по попе. Я тоже его постоянно касалась, как бы невзначай.
Между нашими телами как будто идет какой-то диалог. Они в очень близком контакте, прекрасно понимают и чувствуют друг друга. Но головой я мало что понимаю…
Как только начинаю пытаться думать и анализировать — сразу возникает неуверенность, появляются тревожные мысли — в общем, я загоняюсь.
Поэтому мне так приятно просто растворяться в объятиях Михей, выбросив все из головы.
А как он целуется… Я тянусь губами к его губам. Потому что снова хочу это почувствовать. Это головокружение, в которое я проваливаюсь, теряя себя. Я как будто кружусь на карусели…
Михей нежно касается моих губ, отстраняется, наблюдает за моей реакцией, улыбается, снова целует меня, не переставая смотреть мне в глаза. И в этот момент мне вдруг кажется, что он — самый близкий и родной человек на всем белом свете…
А в следующую секунду за спиной раздается шипение. Мы вместе оборачиваемся и наблюдаем, как плиту заливает убежавший из турки кофе…
— Ну вот. Я же говорил — это невозможно, — смеется Михей.
— Медведи же не отступают перед трудностями, — вспоминаю я его фразу. — Попробуем еще раз?
— Что именно? — спрашивает Михей.
И меня опаляет жаром его взгляда… Он хочет меня. А я хочу его. Очень! Просто невыносимо. В теле такая истома…
Я теперь постоянно этого хочу. Того, чем мы занимались ночью. Это мое новое хобби. Запретное удовольствие.
Не надо мне ни шоколада, ни моего любимого какао с маршмелоу, ни новых туфель, ни цветов, ни подарков… Ничего другого из того, что раньше доставляло мне удовольствие.
То, что мы делали с Михеем — приятнее всего на свете. И люди этим занимаются… Почему я раньше никогда?
Да я и сейчас… Не знаю, как намекнуть Михею. Который прямо сейчас хочет кофе. А не меня…
Он поворачивается ко мне спиной и начинает отмывать плиту. Я восхищенно его разглядываю — вместо того, чтобы помочь ему.
Нет, он просто невероятно мощный! Такой размах плеч, такие мускулы… А еще — на его спине видны следы моих безумств. Порезы, которые уже затянулись. И следы от ожогов.
Я аккуратно глажу их пальцами.
— Больно? — спрашиваю тихонько.
— Кому? — удивляется Михей.