Чтение онлайн

Внезапно в дверь постучали.

– Войдите, - меланхолично произнёс глава Незримого университета.

Дверь медленно открылась, и вошёл Думминг Тупс. В руках он нёс небольшой высоты широкую картонную коробку и конверт.

– Господин аркканцлер, Вам посылка и письмо, - объявил он.

– От кого?
– нехотя спросил Чудакулли.

– Анонимно, - пожал плечами Тупс.

– Ладно, давай сюда, - согласился аркканцлер, - это всё уже не имеет значения.

Думминг подошёл ближе и поставил коробку на массивный стол аркканцлера. Внутри посылки что-то глухо грохнуло, но вроде бы не упало и не покатилось. Наверн Чудакулли протянул руку, распечатал конверт без обратного адреса и погрузился в чтение. С каждой строчкой лицо его приобретало всё более и более добродушное выражение, и любознательный Тупс не преминул узнать, что же такое там прислали. Через плечо начальника он увидел написанный неаккуратным убористым почерком текст: "Сэр! Настоящим сообщаю Вам, что Эсмеральда Ветровоск жива и здорова, а подставка для кристалла долголетия найдена. Автор гримуара, где описан этот артефакт, величайший волшебник древности, пожелал, чтобы подставка хранилась у правителей Анк-Морпорка. Я не вправе нарушать ход вещей, поэтому возвращаю подставку Вам. Храните её и никому не продавайте. Если уж с деньгами будет совсем туго, отправьте своих лодырей работать - всё равно они ничего не делают..."

– Да-да, Тупс, это и про тебя тоже, - внезапно обернулся Чудакулли.

– Сэр, - обиделся молодой учёный, - но ведь наша лаборатория...

– Ваша лаборатория да ваша лаборатория, - проворчал аркканцлер, - толку-то. Отправь лучше в ответ вот этот лист.

– Но тут нет обратного адреса, - несмело напомнил Тупс.

– Я уже написал адрес на конверте, - парировал верховный волшебник, протягивая бумаги.

Думминг взял в руки конверт и аккуратный лист пергамента, на который сплошь были нанесены линии и написаны имена. Он поворачивал лист, как только мог, но результат оказывался одинаковым: от линий рябило в глазах.

– Ничего не понимаю, - встряхнул головой Тупс.

– А тебе не надо понимать, - побагровел Чудакулли, - тебе надо отправить. Там пускай понимают.

– Сию минуту, аркканцлер, - торопливо пробормотал молодой человек и выскочил из кабинета верховного волшебника.

Оставшись наедине с собой, Наверн Чудакулли лишь покачал головой и медленно произнёс:

– Тут ты права - надо бы им поработать...

***

Свадьба Церна Смита и Рамоны Подпруги стала долгожданным событием для всего Ланкра и повлекла за собой череду не менее весёлых мероприятий. Молодые собирались пригласить священника из самого Анк-Морпорка, оттуда же выписать свадебные наряды, музыкантов, вина и прочее, а развлекательную программу распланировать на весь день. Но, как водится, в дело вмешался случай, заставивший изменить планы: шестеро старших братьев Церна со своими семьями собрались вместе в семейном доме и намеревались оттуда направиться на свадьбу младшего брата. Более прожорливую и удалую компанию трудно было найти не только в горах, но и на равнине Сто, поэтому приготовления пришлось ускорить. Пастора пригласили ближайшего, из Сто Гелита - приземистого пожилого пухлого человека, разучившего в своё время традиционный равнинный сборник свадебных гимнов. Учитывая, что у Церна от воспоминаний о боевых и походных гимнах равнины Сто сводило зубы, идея была неудачной, но один из старших братьев, горный рабочий Гальта Смит, любезно одолжил ему на свадьбу свои беруши. В них, правда, был риск прослушать самый главный для жениха вопрос и ни на что в итоге не согласиться, но и ни одного равнинного гимна тоже не могло долететь до нежных сержантских ушей.

Пастором дело не ограничилось: семья Ягг тоже решила внести свой вклад в общее дело.

– Анк-морпоркские вина?
– нянюшка не верила своим ушам.
– Дети мои, послушайте человека, кое-что понимающего в винах. То, что варят в Анк-Морпорке - слабая кислятина, после неё даже можно в этот же день выйти на работу! Ну разве это вино? Вот то, что вам будет нужно - забирайте всё.

С этими словами она выставила молодым целый бочонок своей фирменной укипаловки. Её сыновья Джеймс и Шон организовали музыку: младший принёс свою служебную дудку, а старший собрал находившийся в очередном творческом отпуске народный ансамбль "Моррис". В такой компании однодневный праздник неизбежно растягивался на неделю.

Свадебные наряды тоже нашлись быстро: Церн наспех вытряхнул пауков из своего единственного фрака, а Рамоне нянюшка торжественно презентовала собственное платье, в котором она впервые выходила замуж. Его, правда, пришлось подгонять по фигуре тощей невесты, но с этим отлично справилась жена старшего из братьев Смит - портниха Джоанна. В процессе подгонки даже удалось сшить ещё одно свадебное платье, которое нянюшка торжественно обещала пустить в дело.

Неугомонная Гита Ягг взяла на себя и самую щекотливую вещь во всей предсвадебной подготовке - меню. При участии многочисленных дочерей и внучек она приготовила салаты, в которых чрезвычайно удобно было лежать после укипаловки. Всё, что могло стать закуской к этому главному ланкрскому напитку, стало ею. Кроме того, она собственноручно испекла для молодожёнов персональный торт, предупредив их о том, что делить его ни с кем нельзя, а надо съесть только вдвоём.

– В конце концов, свадьба-то ваша, - напутствовала ведьма молодых людей, - стало быть, и торт ваш. Остальные пусть по салатам лежат да закуску делят, а торт должны есть только вы. Поняли?

– Конечно, нянюшка, - улыбнулась Рамона.

– Ага, нянюшка, - выпалил Церн.
– Всё будет как надо.

С таким размахом свадьба Рамоны и Церна неизбежно проходила в королевском дворце Ланкра - одного из двух военнослужащих страны решили женить со всеми почестями. По этому поводу (а быть может, и потому, что фрак окончательно облюбовали пауки) от фрака пришлось отказаться: Церн в итоге был одет в парадную армейскую форму со всеми возможными медалями. Рамона же не спешила показываться ему на глаза. Когда гости уже потихоньку собирались, и жених начал беспокоиться, священник из Сто Гелита объяснил ему:

– Сын мой, согласно свадебной традиции долины Сто, жених не должен видеть невесту до свадьбы. Особенно сильна эта традиция в Охулане: там ни жених, ни невеста не знают, с кем они вступают в брак, пока не встретятся на собственной свадьбе.

– То-то я и гляжу, там особо занудные песни, - съехидничал Церн.

– Сын мой, - обиделся священник, - я бы на твоём месте не стал особо придираться: для вас я проведу самый быстрый и лёгкий вариант церемонии, который пришёл как раз из Охулана. Видишь ли, молодожёны там и так достаточно ошарашены, чтобы их ещё мучить долгими церемониями. А в Сто Гелите, например, свадебная церемония длится трое суток, потому что меньше двухсот песен на свадьбе - плохая примета. Так что, сын мой, не в песнях счастье, а в их количестве. Но тебе, как герою Охулана, я разрешаю их проспать.

Церн вздохнул с облегчением и посмотрел на медаль, которой его наградили в Охулане. Такие же медали были у Шона Ягга и Катрин Ветровоск, для которой предстоящее событие было не просто свадьбой лучших друзей - для неё это был момент истины. Окончив обучение, она должна была получить своё собственное жилище, и от того, как она проявит себя на свадьбе Рамоны и Церна, зависело, где именно она будет дальше жить. Вариантов было два: дом тётушки Вемпер и хижина мадам Аскетти. Первый всегда принадлежал ведьмам начитанным, образованным, более-менее умеющим поддержать порядок. Именно поэтому там всегда лежало около пяти книг, с которых иногда смахивали паутину. Кроме того, за этим домом всегда очень хорошо смотрели, поскольку читать книги в капитальном строении всяко легче и солиднее, чем на развалинах. И этот красивый классический дом в лесу со всеми его книгами и новой соломой на крыше мог бы достаться Катрин.

Альтернативу - дом мадам Аскетти - много лет никто не видел, но ходили слухи, что это воплощение ужаса в строительстве. Кто-то говорил, что древнее жилище держится на честном слове и уже почти разрушено, а кто-то утверждал, что там ещё полвека назад остались одни руины. Но все сходились на одном: жить в той постройке было невозможно. Тем не менее, и она могла достаться Катрин при неблагоприятном стечении обстоятельств.

Помня об этом, молодая ведьма с самого утра наводила марафет: отгладила летнее чёрное платье, выбрала самую высокую шляпу, отчистила годами не чищенные армейские ботинки и причесала даже метлу. Однако тщательнее всего она тренировалась удерживать серьёзное выражение лица дольше двух минут. Через три с лишним часа ей удалось продержаться целых четыре минуты с четвертью - могло бы быть гораздо больше, если бы в этот момент хижину матушки Ветровоск не огласил бы вопль нянюшки Ягг:

– Дорогие мои, нам пора идти, а то опоздаем.

Катрин не выдержала и улыбнулась во всё лицо. За этими тренировками она напрочь забыла порядок входа в королевский замок и, пропуская вперёд матушку с нянюшкой, не огляделась по сторонам в поисках старших в радиусе пары километров. Естественно, рядом тут же оказалась вездесущая Проникация Тик, лично вызвавшаяся наблюдать за Катрин в течение праздника.

– Эсмеральда Ветровоск, - объявил вошедших Шон Ягг, исполнявший в этот раз роль дворецкого.
– Гита Ягг. Катрин Ветровоск. Проникация Тик.