Чтение онлайн

Апрель 1635 г.: Ришельё направляет Хуану Австрийскому официальный протест, требуя покинуть Трир и освободить курфюрста. Протест отклонен. Именно эти события и становятся последним аргументом в пользу необходимости открытого противостояния Испании.

Май 1635 г.: Европа получает возможность увидеть забытый церемониал, не использовавшийся уже пару веков, и узнать, что объявление войны и объявление войны Арманом де Ришельё — не одно и то же.

Из Парижа выезжают герольды в средневековом одеянии с гербами Франции и Наварры. Один из них вручает акт об объявлении войны Филиппу IV в Мадриде.

Другой герольд, Жан де Грасьоле, ранним утром 19 мая 1635 г. прибывает в Брюссель, где находится Хуан Австрийский. Герольда отказываются принять. Де Грасьоле безупречно исполняет свою миссию до конца. Одна бумага остается на площади перед домом губернатора. Другая — приколота к пограничному столбу. Франция вступает в войну.

На следующий день французская армия одерживает победу при Авене. Вскоре войска объединяются с голландской армией. Цель наступления — Брюссель.

Армия терпит неудачу по вине французского командования. Наступление приостановлено ради осады Лувена. Ришельё требует возобновить наступление, но время потеряно. Испанские войска, воспользовавшись бездействием противника, входят на территорию Голландии. Принц Оранский, командующий голландской армией, бросает все силы на защиту Соединенных Провинций; к нему присоединяются и французы. Утрехт и Амстердам удается защитить, но армия полностью теряет боеспособность — не только из-за потерь, но также из-за отсутствия продовольствия и, как следствие этого, — дезертирства. Голландия помогает оставшимся солдатам вернуться морем во Францию.

«Достойно презрения государство, спокойно взирающее на то, как гибнут в нищете его войска», — скажет Ришельё Людовику.

1635 г. удачи не принес. Надежно защищена лишь Вальтелина, где войсками командует герцог де Роан. Испанской и австрийской армиям не удается одержать верх ни силой, ни подкупом. В ответ на предложение перейти на сторону противника бывший глава мятежников Анри де Роан отдает приказ повесить, несмотря на дворянский титул, посланника испанцев — французского дворянина, принесшего это предложение. Метод казни послужил наглядной иллюстрацией тому, что изменники титулов не имеют.

В 1636 г. испанцы доходят до Корби — последней крепости на пути к Парижу. Осада Корби продлилась лишь девять дней. 15 августа 1636 г. крепость взята. Париж к обороне не готов. В городе начинается паника; многие бегут из столицы на юг.

Тогда же Гастон и граф Суассон планируют убийство Ришельё в королевской ставке в Амьене. Кардинала спасла нерешительность принца, струсившего в последний момент и не подавшего сигнала убийцам.

Вскоре королевской армии удалось отвоевать Корби; Париж не подвергся нападению.

Но возникает и другая проблема: вооруженные восстания внутри самой Франции, что было на руку противнику. Мятежи значительно ослабляли силы государства и армии, вынужденной вести боевые действия с внешним и внутренним врагом одновременно.

Наиболее крупными были восстания на юго-западе Франции в 1636–1637 гг. (так называемых кроканов) и в 1639 г. в Нормандии. Во всех случаях причиной стало увеличение размера налога. Значительную роль в организации мятежей сыграло французское дворянство, также недовольное ограничением своих налоговых привилегий. Кроканов поддерживала и часть духовенства.

Восстания были подавлены, однако нанесли Франции значительный урон.

В 1636 г., после смерти в Вене императора Фердинанда II, были предприняты попытки созыва мирного конгресса. Новый император, Фердинанд III, отличался большей веротерпимостью, чем его отец, и, возможно, большей независимостью от Мадрида. Но планы Ришельё были сорваны Римом, где идею о переговорах с «еретиками» встретили резко отрицательно. К еретикам, очевидно, Урбан VIII косвенным образом относил и Ришельё, действовавшего заодно с протестантами против Габсбургов.

В конце 1637 г. были обнаружены тайные сношения Анны Австрийской с Мадридом и Брюсселем. После проведения тщательного расследования Ришельё сообщает королеве, что ее антигосударственная деятельность раскрыта. По настоянию кардинала Анна сама признается Людовику в государственной измене. Король, узнав о предательстве жены, готов принять самые суровые меры, но кардинал спасает Анну от развода и заточения в монастырь, объясняя Людовику, что расторжение брака вызовет скандал в Европе и вряд ли будет утверждено Папой. Очередное обострение отношений с Римом не пошло бы Франции на пользу. Память о заступничестве Ришельё не помешает королеве интриговать против первого министра в дальнейшем.

Тот же 1637 г. был отмечен очередными заговорами против первого министра. Заговорщикам почти что удалось убедить Людовика избавиться от Ришельё, но в конце концов король уверился в несостоятельности их обвинений в адрес кардинала. Как пишет Ф. Эрланжер, «ни один человек в истории не вел свое дело в окружении стольких опасностей. Противостоя первой державе мира, Ришельё должен был остерегаться королевской семьи, фаворитов, духовников из дворца Рамбуйе, заговорщиков из Седана, Брюсселя и Лондона» 17.

В следующем году происходит важное событие, не имеющее отношения к войне: 5 сентября 1638 г. родился будущий Людовик XIV. Судьба династии уже не вызывает столь серьезных опасений, как раньше.

Через несколько дней радость, вызванная рождением дофина, была омрачена известием о разгроме французской армии при Фонтараби. Командующий армией принц Конде бежал с поля боя.

Война затянулась на гораздо больший срок, чем того ожидал первый министр, да и многие другие, включая испанцев. Францию преследуют военные неудачи. «С 1635 года шла война, потому что кардинал Ришельё хотел ее; и похоже на то, что он ее желал для того, чтобы сделаться необходимым», — в присущей ему ядовитой манере заявит Вольтер. Кардинал дал ответ столетием раньше: «Боль Фонтараби убивает меня».

Дальнейший ход войны во многом зависел от судьбы Брейзаха — сражение за него назовут одним из центральных событий Тридцатилетней войны. Осада длилась более полугода; к началу декабря 1638 г, «крепость Брейзах на Верхнем Рейне», имевшая огромное стратегическое значение, еще не взята.

В декабре 1638 г. в загородном замке Рюэль, недалеко от Парижа, умер отец Жозеф, бывший лучшим другом и помощником кардинала на протяжении более двух десятков лет; «'eminence grise» [3] , так и не сменивший облачение капуцина на кардинальскую мантию; блестящий дипломат и проповедник. Последнее, что беспокоило его, — взятие Брейзаха, от которого зависело дальнейшее развитие событий. Ришельё скажет ему. «Отец Жозеф! Брейзах наш!» Обман кардинала позволит капуцину умереть со спокойной душой. Известие о взятии Брейзаха придет в Париж через несколько дней после его смерти, 24 декабря. Совпало так, что крепость была взята 18 декабря 1638 г., когда никто еще во Франции, включая и Ришельё, об этом не знал. И хотя до установления мира в Европе было еще далеко, ситуация все же меняется в пользу Франции.