Чтение онлайн

— А вот теперь самое время спросить, — не увидев джипа, Даша снова покосилась на меня, хотя и не выпустила одержимых из поля зрения. — Ты уже спишь с этим Трещёвым?

Вопрос оказался настолько неожиданным, что я не сразу поняла, как на него реагировать.

Очевидно, почувствовавшая мою растерянность Даша все-таки развернулась, оставляя мне наблюдать за творящимся перед мэрией кошмаром.

— Вик, соображай! Судя по всему, ответ положительный. Ты ведь получила от этого какой-то бонус? Что-то, чего раньше не было?

Начиная понимать, к чему она клонит, я кивнула, хотя взгляда от тел не отвела:

— Я стала их слышать. По крайней мере, Свету.

— Значит, и он должен был что-то получить, — в голосе Даши послышалось удовлетворение. — Никто не знает, что будет, если спарить Хранителя со Стражем, понимаешь? Таких прецедентов нет, или по крайней мере о них ничего не известно. Хранитель всегда заботится о Страже. Зачастую, Страж ещё маленький, и привязанность становится скорее детско-родительской. Но у вас другой случай. Так что от твоего Саши теперь можно ждать любых спецэффектов.

— Они бы нам пригодились, — я кивком указала ей на колышущуюся людскую массу. — Откуда их столько?

Она тоже посмотрела. Передернула плечами от омерзения:

— Должно быть, стянулись со всего города. Что-то чуют, сволочи.

— Но почему сюда? — я развернулась, посмотрела вдаль, туда, где были пещеры. — Монастырка то ещё местечко, но…

— Потому что самое злачное место в городе, — Даша нервно хохотнула, кивком указывая на мэрию.

Я скользнула взглядом по темным окнам. Все уже разошлись по домам. Только три светились на последнем, четвёртом этаже.

— Он там?

— Я не знаю.

Теперь в её тоне послышалось раздражение пополам с виной.

— Но твой отец…

Даша тряхнула головой, не давая мне закончить:

— Вика, соображай ещё раз! Сама их перебью за то, что тебе никто не объяснил… Кто такие Наблюдатели, по-твоему?

— Туманов назвал себя собирателем легенд. Тем, кто записывает историю. Ведёт дневник наблюдений…

Звучало так глупо, что губы снова начали неметь.

Ловко приподняв кастеты, чтобы ими не задеть, Даша взяла меня за плечи, заставляя смотреть себе в глаза:

— Как юный натуралист что ли? Четыре района города, четыре Наблюдателя… Это не наводит тебя ни на какую мысль?

Смутная догадка в самом деле крутилась, но я слишком боялась за Димку, чтобы поймать её.

Даша склонилась ещё немного ближе, понижая голос почти до шепота:

— Они и есть Старолесск, Вика. Он говорит с нами их голосами. Они смотрят его глазами. Слышат эту чёртову визгливую курицу. Мы можем помочь им, можем сделать чёрную работу, но мы не такие, как они, мы этого не умеем. Я не умею искать так, как ищет он.

Я даже не успела понять, что чувствую по этому поводу, потому что сбоку ударил свет мощных фар.

Дарья выпрямилась, на её губах заиграла злая и довольная полуулыбка:

— Вороненок есть. Дальше легче.

Саша припарковался красиво, почти как в кино, и существа, толкавшиеся возле мэрии, заметили. Среагировав то ли на свет, то ли на звук, они развернулись все одновременно и двинулись на нас как в дурацких фильмах про зомби — в полном молчании, жутко шаркая по земле мёртвыми ногами.

Прежде чем трещeвская машина остановилась полностью, задняя дверца распахнулась, и из салона появился Кирилл, всё такой же огромный и могучий. Стоянка была хорошо освещена, и на нём я тоже увидела два кастета, хотя при его комплекции они и могли бы сойти за молоты.

Тела устремились к нам быстрее, но тут же отпрянули. Качнулись, как отвратительная болотная жижа, из центра которой раздался приглушённый рык, а затем шипение.

Они не могли приблизиться. Топтались на месте, стенали, мешали пройти, но не нападали.

Я посмотрела на Дашу, а та улыбнулась шире:

— Я же говорила, что он мотает нервы местным чертям. Не знаю, что в нём такого, но у всех такая реакция.

Кирилл тем временем подошёл ближе, тем самым заставляя одержимых отступить, и теперь, когда он очутился в тени вместе с нами, я поняла, что дело было не в фонаре. От младшего Воронова исходило почти что свечение. Небольшое, золотистое, оно сверкало на коже, оплетало его оружие.

— А ты не видишь?..

— Не вижу что?

Мы переглянулись, и мне пришлось прикусить губу, чтобы встряхнуться:

— Потом расскажу.

— Ох ты ж ёлки-палки, — замерший рядом с Кириллом Богатырёв сам был хорош, как картина.

Сюрреалистичная картина.

Долбаный авангард: правая рука в гипсе, на левой кастет, лицо бледное, и ростом Вороненку по плечо.

— А этого калечного вы на хрена с собой притащили?! — едва не подпрыгнув на месте, Даша враз забыла и о мертвецах, и обо мне.

— Ты ведь пробовала ему что-то запретить, да?.. — Саша обошёл их обоих, посмотрел на мэрию. — Он внутри?

— Вика считает, что да, — отозвалась Дарья уже серьёзно.

Я повернула голову, чтобы встретиться с Трещeвым глазами. Просто так. Потому что само его присутствие обещало решение всех возможных проблем.

— По логике. Они здесь, и стоят так, что ни войти, ни выйти.

— А это окно главного кабинета, — Гена указал наверх. — Стас там заседает.

— Стас не услышит, даже если здесь разорвётся снаряд, — я отмахнулась от самого упоминания о нём, посмотрела на свои руки.

Когда на нас напали возле кладбища, тоже никто не слышал. Никто не обратил внимания. Всё было скрыто от обычных людей, происходило в полной тишине.