Мёртвый город
Шрифт:
– Кейн... не могу это удержать... давит...
– Прикрывай аниматов! Главное их! Остальные - потом...
"Остальные" - это я, - подумал Рэлек.
– Меня - потом. Хорошо. Можно отдохнуть..."
Он перестал сопротивляться и камнем пошёл ко дну.
16.
Вокруг была ночь. Небо сверкало россыпями звёзд - чёрное, обманчиво близкое. Пахло нагретым железом, потом и сгоревшим порохом. Кто-то дышал совсем рядом, сопел, слабо постанывал во сне. И больше ничто не нарушало тишину... Почему вокруг так тихо? Эта мысль вызвала удивление. А как, собственно, должно быть вокруг? Шумно и гамно?
"Не так!" - упрямился разум.
"Иди полем погуляй", - огрызалось тело - ему в тишине было хорошо, оно за день набегалось и натрудилось на неделю впрок, а то и сразу на три недели... Вот бы столько и отдохнуть теперь! Да только пустые надежды, Гемран столько не даст. Добро, если три дня получишь за свои подвиги, Рэлька Подкидыш.
"Ты бы для начала хоть убедился, что жив, малыш".
От чужой мысли вдруг стало холодно, неуютно. Он сел и стал озираться.
"Паук" стоял в ложбине меж двух высоких холмов, с выключенным двигателем и погашенными фонарями, машина спала, как и все её пассажиры. Рядом в темноте чернели туши ещё трёх рейдеров. Зачем они здесь? Что это за место?
– Спи, - прохрипел кто-то негромко.
– Чего вскочил?
Вздрогнув, Рэлек вгляделся в фигуру, укутанную плащом. Человек сидел на задней лавке вездехода, обняв рукою кожух "саранчи". Чейд! Его голос!
– Я... где это мы? Что случилось?
– Не помнишь?
– удивился десятник, и, чуть помедлив, сказал: - А впрочем, чудо, что я сам помню. Удар был... страшный.
– Какой удар?
– Город. Ну, или то, что в нём обитает. Атака едва не пробила наши блоки. Будь вся эта мощь более... целенаправленной...
– он устало покачал головой.
– Никто бы не выстоял. Один парень... стрелок из прикрытия - выпрыгнул на полном ходу. Побежал обратно к Каналу. И мы даже не могли за ним вернуться.
– Зов, - Рэлек зябко передёрнул плечами.
– Услышал его днём - чуть с крыши вниз не прыгнул.
– Слышал зов...
– в темноте глаз Чейда было не разглядеть.
– Ты и впрямь крепкий парень, Двужильный. Крепче, чем можно представить. И ты спас наши головы сегодня. Я не забуду.
– Да, да, настоящий герой, пример для детишек.
Пожалуй, сейчас Рэлек предпочёл бы не слышать этот голос, полный ничем не прикрытой издёвки. Но кто его спрашивал? Ксана, оказывается, тоже не спала - услышав, как видно, разговор, она подошла к вездеходу, встала у самого борта и сейчас смотрела на односельчанина.
– Пойдём, прогуляемся. Есть разговор.
– Куда это вы прогуляетесь?
– спросил Чейд недовольно.
– Когда из крепости будет сигнал, все должны сидеть в машинах.
– Мы недалеко, брат десятник. Вон до того "паука", не дальше. Обещаю, герой вернётся вовремя.
– Под ответственность вашего командира, сестра, - проворчал ментат.
Ксана хмыкнула и кивнула.
Собственно, никакого желания "прогуливаться" с зеленоглазой у Рэлека не было, но его никто не спрашивал, а возражать девчонке, глядя на неё сверху вниз... да неловко как-то, не по-мужски. Поэтому он со вздохом поднялся и прыгнул через борт. Усталое тело подчинялось неохотно, к тому же ныло ушибленное колено.
Ни словом, ни жестом не пригласив идти за собой, Ксана просто повернулась и скрылась во мраке. Рэлек шёл следом, ориентируясь на звук тихих шагов. Чувствовал он себя немного по-дурацки. Что подумал Чейд про эту "прогулку"? Уж коли он так легко отпустил своего стрелка... что угодно подумать ведь мог. И какого скрайта, собственно, нужно зеленоглазой занозе? Ведь не...
Шорох песка и сухой травы под ногами девушки внезапно стих.
– Пришли, - сказала Ксана.
– Ну, и о чём ты хотела...
На плечи ему легла свинцовая тяжесть. Он рванулся было, да куда там - точно ладонь великана опустилась сверху, пригибая к земле. Хотел крикнуть, позвать на помощь, но дыхание перехватило - застонать, и то не вышло.
– Не трепыхайся!
– прошипел под черепом голос зеленоглазой.
– Может, я и выжата, как тряпка, но на тебя-то сил хватит. А будешь бороться - только больнее выйдет.
– За что?!
– крикнул он мысленно.
– За то, Подкидыш, что ты мне не сказал.
– Я не знал ничего!
– Врёшь, - холодно отрезала Ксана.
– Что-то ты знал, я же сразу это поняла.
– Да чтоб тебя! Я кого-то видел в Городе, но не знал, что это Келия! Клянусь!
– Это не вся правда...
Он скорчился за широкой кормой вездехода, самому себе напоминая полураздавленного жука. От незримой хватки трещали рёбра, по позвоночнику пробегали волны боли.
– Сними блоки, - её слова царапали мозг, ржавыми буравчиками ввинчивались в виски.
– Откройся. Я хочу увидеть всё.
Стало страшно - по-настоящему страшно, как бывает в кошмарном сне, от которого никак не можешь очнуться. Отчаянно захотелось сделать всё, что требует безумная в своём гневе менталь - подчиниться, сдаться на милость победителя... Сжав зубы, Рэлек закрыл глаза и мысленно выстроил между собой и девушкой каменную стену.
"Рэлек крут, третий круг..."
Дышать стало чуть легче, но Ксана, казалось, не удивилась.
– Давай, сопротивляйся. Всё равно сломаю, лишь вопрос времени - как быстро.
– Я... ничего... не знаю.
– Не верю!
Под великанской ладонью стонал хребет, а пальцы-невидимки ощупывали под черепом голый, беззащитный мозг, выбирая место, куда вонзить когти.
– Лучше откройся сам, Подкидыш. Неровен час, сожгу тебе что-нибудь... не то.
И вдруг, как во время недавнего боя, страх ушёл.
– Ты такая же, как они. Ради цели готова на всё.
Когти вонзились и сознание скорчилось от боли.
– Заткнись! Не смей меня сравнивать с ними!