Чтение онлайн

– Это останется? – спросила девочка, зачарованно на него глядя. – Боже, ты убрал во мне все зажимы – это чудо как здорово, даже не хуже секса!.. Это останется, правда? Ты обещаешь?

– Процентов на восемьдесят, – подтвердил Вадим. – Ну, может, через месячишко придётся процедуру повторить.

– Хоть каждый день! – с энтузиазмом вскричала девочка. – Тоже, напугал! Ты вообще представляешь, чего стоят твои касания? Ты ж, наверно, и лечить сможешь простым наложением рук – точно Христос!

– А он-то почём брал за сеанс? – поинтересовался Вадим. – Впрочем, сегодня и его объявили бы шарлатаном либо запрягли на обслугу Глав, так что лучше не высовываться. И лишней рекламы мне не требуется, имей в виду!.. Ладно, – заключил он, – с растяжкой мы разобрались.

– Что дальше? – спросила Юля с любопытством. – Координация, глазомер?

– Навыки, – ответил Вадим со вздохом. – Координацию-то можно в момент наладить: в конце концов, это лишь вопрос правильной настройки мозжечка – плёвое дело для знающего человека, хотя опасное.

– Вот так просто, да? – хмыкнула малолетка. – Взял и настроил? По-моему, ты замахнулся на божественное творение!

– Наладить всегда проще, чем сконструировать, – главное, разобраться с устройством. Пока не будем касаться твоей бессмертной души – бог с ней…

– Именно, что Бог! – поддакнула девочка.

– Но что есть твоё симпатичное тельце, если не подобие герметичного и многофункционального вездехода, без которого душа не смогла бы существовать в нашем мире? Как у вездехода, в нём есть свои движители – мускулы; свои камеры и локаторы – глаза и уши (не считая прочих датчиков); своя электропроводка – нервная система; и даже собственный бортокомп – мозг, через который душа управляет телом. И всё это можно наладить: чтобы чувствительность сенсоров стала выше, чтобы напряжение в сети возросло, а провода не разъедала ржа, чтобы не искажались и проходили быстрее сигналы, чтобы не барахлил комп, – да мало ли? Но вот рефлексы, автоматизм, бездумность реакции обычно требуют тренировок, длительных и упорных.

– А не обычно? – сейчас же ухватилась Юля.

– Ну, если воспринимать это без лишнего пиетета… Что есть навыки, как не набор двигательных программ, накрепко усвоенных подсознанием? Стало быть, в принципе их можно записать туда напрямую… чего тебе, конечно, хочется, да?

– Ещё бы!

– Ну да, за сеанс получить то, над чем другие бьются годами!.. Видишь ли, это может потребовать от нас слишком многого.

– В чём же дело? – с готовностью откликнулась девушка. – Если только в «другой степени доверительности», то я уже говорила: никаких проблем! На полное твоё усмотрение.

– «Чего усложнять», да? – хмыкнул Вадим. – «Межполовое пожатие» и так далее… Но если воспринимать всё настолько просто, при чём здесь доверительность? Как говорится, «ещё не повод для знакомства».

– Тогда хотя бы отрегулируй мне мозжечок, – неохотно уступила Юля, – если не желаешь вправить мозги.

– Это – пожалуйста.

Обхватив ладонями её изящную голову, Вадим снова сосредоточился, проникая вглубь незримыми щупами. Давно не упражнял он эти способности ни на ком, кроме Алисы, – не из одной осторожности, просто потребности не возникало. Но от Юли ему не захотелось таиться, и почему не сделать пары шагов навстречу, когда девочка готова пройти остальное? Если уж загружать кого опасными знаниями, то в первую… голову… тех, кто слабее. И действительно, это не заняло много времени.

– Ну вот, теперь сможешь угодить противнику в глаз с первого плевка, – сказал он, отпуская её перенастроенную голову. – Жаль, ты не плюёшься ядом.

– На крайний случай сойдёт и лезвие, – зловеще откликнулась девочка. – Видала я в одной киношке!..

– Они покажут – лишь бы эффектней! – хмыкнул Вадим, мысленно содрогнувшись: и вправду, не обернулся бы его подарок зияющими глазницами. В метаниях на точность совершенная координация вполне может заменить мастерство.

Затем он прогулялся пальцами по её позвоночнику, хрупкому как у ребёнка, тщательно обрабатывая каждый сегмент. Потом уже огладил всё тело Юли, стараясь не пропустить ни одной нервной дорожки, насколько он чувствовал их под тонкой кожей.

– Вот и всё, – сказал Вадим. – Поосторожнее с этим!

– Да не врёшь ли ты? – внезапно усомнилась Юля. – Чтобы это было так просто, так сразу!

Сорвав с пальца перстенёк, она швырнула его в сторону пузатой бутылки с вином, припасённой в углу, – не ощущая, как на протяжении короткого взмаха её тело словно бы само, отдельно от сознания, оценивает вес и размеры снаряда, определяет оптимальную траекторию полёта, соизмеряет её с направлением разгона и силой броска. А в результате всех этих сложных подспудных расчётов перстенёк влетел точнёхонько в горло, коротко звякнув.

– Это случайность! – тотчас объявила девушка и потянула с руки второй перстень – последний. В отличие от Алисы, она не злоупотребляла украшениями.

– Побереги цацки, глупая, – хмыкнул Вадим. – Иначе придётся пить до дна.

Всё-таки она повторила попытку, снова играючи угодив в бутылку, и залилась злорадным смехом, будто избавилась от неприятного презента. А на бутылку больше не взглянула, словно из брезгливости.

– А с рефлексами не выйдет, – вредничая, объявила Юля. – Полная безнадёга! Не усваиваются они мной – сколько раз пробовала.

– Здесь не пробовать надо, – возразил он, – а вкалывать. Из месяца в месяц, из года в год. Способна ты на такое?

– Была охота уродоваться!

После купания девочка потащила Вадима в столовую, где вывалила перед ним груду припасов и, рассевшись на его коленях, принялась потчевать деликатесами, до сих пор знакомыми ему больше понаслышке. Со странной заинтересованностью она выспрашивала гостя об ощущениях, но сама почти не ела. Затем очередь дошла до бочонка с вишнёвым ликёром, и Юля заставила Вадима пить наравне с собой, а тут она себя не сдерживала. В отличие, видимо, от девушки, Вадим выпил столько впервые в жизни, однако сохранил ясную голову – опять же в отличие от Юли. Быстро опьянев, она погрустнела и принялась жаловаться на обиды, накопленные за недолгую, зато насыщенную жизнь. А между делом, будто по рассеянности, закручивала тело в немыслимые узлы, похваляясь обретённой гибкостью и охотно демонстрируя что угодно, кроме стыдливости. Он выслушал полный перечень подонков, встреченных Юлей на тернистом пути, в подробностях ознакомился с мнением Юли о её предках, родичах, знакомых, а также человечестве в целом. Под конец Юлю развезло окончательно, и она позорно разревелась, а затем уснула у него на груди, будто тучка из песни.

Вадим перенёс её на невиданную водяную постель, даже снабжённую пультом для регулировки температуры и натяжения ворсистого покрытия, и долго сидел рядом, осторожно гладя по голове. Только сейчас, любуясь умиротворённой мордашкой, он разглядел, что девушка в самом деле только-только выбралась из подростков, а стало быть, моложе его втрое и, по совести, вполне годится ему во внучки. Господи, во сколько ж они теперь начинают, если хотя бы половина из того, чем она здесь похвалялась, – правда? «Втрое старше и втрое тяжелей, – с раскаянием подумал Вадим. – Называется, нашёл себе ровню, справился! Нет, уж лучше жить воспоминаниями…»