Чтение онлайн

Пользуясь затишьем, я почистил оружие и перекусил, и лишь после того, как с делами было покончено, я с чувством выполненного долга завернулся в спальный мешок. Не смотря на присутствие рядом полуголых девушек, в голове был вакуум. Казалось, погиб посторонний человек, но почему его смерть меня так тронула? Старею. Становлюсь сентиментальным.

Раньше мне часто приходилось терять друзей в бою, но даже после этого я находил в себе силы, чтобы жить дальше. А сейчас меня буквально гложет чувство вины. Моя ошибка стоила жизни этой безмозглой девчонке. Она мне доверилась, а я собственными руками послал её на смерть. Вот же идиот.

Наконец, я, незаметно для себя, провалился в тревожный сон, из которого меня вырвал тихий звук шагов. И когда неведомый противник замер напротив, а затем склонился надо мной, я молниеносно приставил пистолет к его голове.

– Штуцер, ты охренел?
– едва слышно прошептала Гадюка.

Горячее дыхание девушки щекотало шею, но я не обратил на это внимания.

– Чего тебе?

– Пришла тебя утешить, - хихикнула девушка.
– Тебя ведь, как и меня, сжирает чувство вины? Не кори себя. Ведь в том, что она погибла, отчасти виновата и я. Штуцер, ты ведь прекрасно помнишь, что во время бегства именно я позвала их с нами?

– Помню, - подтвердил я.
– И я буду благодарен, если ты застегнёшь мой спальник обратно.

Наёмница отстранилась и удивлённо захлопала глазами. Похоже, не такого приёма она ждала. Женское соперничество - страшная штука, и девушка спешила застолбить меня, желая во чтобы то ни стало опередить соперницу. Я, воспользовавшись тем, что девушка замешкалась, поцеловал её в щёку и произнёс:

– Умница, а теперь, Гадюка, спи, ты ни в чём не виновата.

– Козел!
– беззлобно бросила девушка и, громко шлёпая босыми ногами, удалилась.

Спустя час попытку со мной переспать предприняла Анжела, но я лишь отмахнулся от недоумевающей девушки. После чего из угла, где расположилась Гадюка, раздалось довольное хихиканье.

Нет уж! Больше я не стану привязываться ни к кому из спутниц. В конечном итоге, после завершения этого предприятия, мы разбежимся в стороны. К чему всё усложнять ещё больше?

Остаток дня мне никто не мешал, и я, наконец, смог выспаться. Писк будильника заставил меня подскочить. Я широко зевнул и выбрался из спальника. Умылся и наскоро перекусил, а затем методично проверил рейдовый рюкзак и снарядил магазины. Убедившись, что девушки давно проснулись, я направился к двери. То, что моих спутниц в убежище не было, меня сильно удивило. Но, слава яйцам! Обе они обнаружились недалеко от входа. И, судя по громким голосам и взаимным упрёкам, в данный момент делили мою скромную персону. Хм, а, может быть, я погорячился, когда решил, что старею? Вот даже бабы дерутся. Есть ещё порох в пороховницах.

Приблизившись практически вплотную, я деликатно покашлял. Девушки замолчали, но было видно, что, как только я оставлю их наедине, скандал продолжится.

– Будь я тварью, давно бы вас сожрал. Орёте так, что мёртвого поднимите.

– Угу, как же, - отозвалась наёмница, остановившись на полпути к броневику.

– Гадюка, почти рядом с нами находится небольшой форт, ты ведь знаешь про него?

– Да, знаю. Там-то и народа почти нет. Так, жалкое сборище неудачников.

Перевалочная база - не более того. Они и существуют лишь за счёт транзита грузов через их территорию. Ремонтируют технику, проводят обслуживание, ну и прочие услуги.

– Гадюка, скажи честно, ты думаешь, что заезжать туда - это пустая трата времени?

Наёмница пожала плечами.

– Штуцер, если честно, мне не хочется тащиться в этот парк. Айболит слишком умён, чтобы оставаться надолго на одном месте. Он знает, что мы его ищем, и вряд ли будет сидеть и ждать, пока мы его найдём. Как по мне, мы просто теряем время. Кстати, Штуцер, а не скажешь, почему нам не заглянуть в форт прямо сейчас? Зачем нам нужно идти в этот чёртов парк? К чему такие сложности?

– Дело в том, что, если мы сделаем иначе, то теряется весь смысл моей задумки, - многозначительно поднял я палец вверх.

– Ну, Штуцер, расскажи, ну пожалуйста, - заканючила девушка, - будь лапочкой.

– Гадюка, прекрати, я не вижу смысла в том, чтобы прямо сейчас раскрыть детали своего гениального плана.

– Не видит он смысла, - передразнила меня девушка. Штуцер у тебя каменное сердце, и тебя совсем не трогают мои страдания.

Я махнул рукой, молча сел за руль и дождался, пока обе девушки заняли свои места. Двигатель бодро заурчал, и я вывел броневик на дорогу.

Некоторое время мы попетляли по кварталам и выбрались на главную дорогу. Где-то впереди мелькнули фары.

– Мать, и кого это там нелёгкая принесла?
– выругался я.

Мы вынужденно остановились у небольшого двухэтажного здания и дождались, пока движущийся впереди транспорт удалится на приличное расстояние. Проводив взглядом замыкающую колонну, я отложил монокуляр и врубил первую. Броневик медленно двинулся следом, а я завертел головой по сторонам. Неприятное предчувствие надвигающейся беды всё усиливалось, а я никак не мог понять, откуда ждать опасности, но на всякий случай я предусмотрительно не включал фары. Грохот взрывов и стрельбу я услышал сразу.

– Там бой!
– крикнула Гадюка.

– Вижу, - сказал я, выкручивая руль и прижимая машину к стене.

– Гадюка, будь тут, я скоро вернусь.

– Я с тобой, - спохватилась девушка.

– Ты охраняешь броню! И не спорь!
– рявкнул я.

– Поняла, чего орать-то? обиженно отозвалась наёмница.

Я взял винтовку и закинул на плечо свой рейдовый рюкзак.

– Гадюка, если поймёшь, что становится слишком жарко, уходите отсюда в форт. Здесь лишь одна дорога, которая ведёт на нужную нам развязку. И если на ней кто-то засел, то нам никак не пройти.

Пока я готовился к бою, стрельба разгорелась с новой силой. Я подхватил винтовку и бросился в сторону ближайшей многоэтажки. Пришлось пренебречь предосторожностями и бежать по лестнице на верхний этаж. Сердце учащенно забилось, перед глазами плыли чёрные круги, но я буквально взлетел на нужный мне этаж. Откинул сошки. Включил прицел. Щёлкнул затвор. Я пристроился с винтовкой в глубине помещения и почти сразу увидел место, где шёл бой. В этом месте улица сужалась и делала крутой поворот. Нападавшие пропустили вперёд головной дозор и позволили колонне втянуться в ловушку. Головная и замыкающая машины уже пылали.