Месть Будды
Шрифт:
К сожалению, китайское судно успело уйти из Сингапура; наши враги скрылись бесследно.
На обратном пути в Европу, неисправимый ловелас завязал роман с женой одного английского инженера, возвращавшегося из Японии. Трудно сказать, насколько успешно было ухаживание барона за этой особой; закончилось оно дуэлью в Порт-Саиде. Барон Лацман был убит наповал первой же пулей.
Позвольте сказать вам вполне чистосердечно: меня не особенно поразила его смерть и я не очень сожалел о нем. Почему-то мне не хотелось только, чтобы он погиб жертвой нашего приключения в буддийской пагоде.
Не потому-ли, что я принимал участие в поездке в Чи-нан-фу и считал себя отчасти виновным в том, что не удержал взбалмошную француженку от кощунства, окончившегося для нее столь трагически?
Больше всего огорчен был смертью барона профессор Ришэ: он рассчитывал подвергнуть Лацмана еще более обстоятельному исследованию, чем меня. С утратой возможности изучить буддийский метод гипноза на человеке, уже перенесшем подобное внушение, открытие французского ученого не вылилось в ощутительную форму. Оказалось, что зов издалека, столь могущественно влиявший на меня и на барона Лацмана, мог быть применен вторично лишь к нам, — уже переживавшим такое наваждение.
Назовите меня, если вам угодно, трусом, неблагодарным… Я не намерен спорить с вами. Могу вам сказать только одно: ни ради науки, ни для собственного блага никогда не соглашусь я еще раз подвергнуться такому внушению. Если бы мне привелось снова попасть в руки моих таинственных врагов, я не буду бороться с ними. В этом перстне — верное средство мгновенно избавиться от всяких страданий, подчинившись тому вековечному зову, который всех нас, рано или поздно, приобщает к безначальный и бесконечной мировой жизни.
Der Fall des Leutnants Infanger,
«Огонёк»,1909-№ 26