Чтение онлайн

Секретарша суперинтенданта несколько мгновений не сводила взгляда с фотографии Деборы. Она сощурилась, ибо была близорукой, но старалась пореже надевать очки, которые, как Линли знал, лежали в ящике ее стола. Стоило ей надеть очки, и тотчас исчезало сходство Харриман с принцессой Уэльской, которым секретарша очень дорожила. Сегодня, отметил мысленно Линли, Харриман надела синее с черным поясом платье, в котором принцесса возлагала венок к Памятнику неизвестному солдату в Америке. Принцесса выглядела в нем очень стройной, а вот у Харриман немножко широковаты бедра.

– Прошел слух, что Деб в Лондоне, – сказала Харриман, ставя фотографию на место и хмурясь при виде беспорядка на столе. Она собрала разбросанные по столу телефонные сообщения, подколола их все вместе и положила одну на другую пять папок.

– Уже неделя, как она вернулась, – отозвался Линли.

– Ах вот в чем причина перемены. Скоро свадьба, детектив-инспектор? Вот откуда ваша идиотская улыбка в последние три дня.

– Такая уж идиотская?

– Витаете в облаках и не замечаете нашу грешную землю. Если это любовь, мне двойную порцию, пожалуйста.

Линли улыбнулся, просмотрел папки и две протянул ей:

– Возьмите вот это, а? Уэбберли ждет эти папки.

Харриман вздохнула:

– Я жажду любви, а он дает мне… – Она взглянула на папки. – Ага, отчет эксперта, исследовавшего нитки, по делу об убийстве в Бэйсуотер. Очень романтично. Не то я выбрала себе дело.

– Благородное дело, Харриман.

– Как раз это мне и хотелось услышать.

Секретарша ушла, и Линли услышал, как она приказывает кому-то ответить на телефонный звонок в пустом кабинете.

Линли сложил рапорт и открыл карманные часы. Половина шестого. На работе он с семи. По крайней мере, еще три рапорта лежали на столе в ожидании, но Томасу Линли было не до них. Пора встретиться с ней, решил Линли. Пора поговорить.

Томас вышел из кабинета, спустился вниз и миновал крутящуюся дверь. Он шагал вдоль стены – невероятного смешения стекла, серого камня и предохранительных лесов – в сторону зеленого сквера.

Дебора все еще стояла там, где он увидел ее из окна своего кабинета, – на углу среди деревьев. Она глядела на что-то в видоискатель камеры. Однако снимок ей явно не давался. Линли видел, как она потерла нос, разочарованно опустила плечи, стала разбирать оборудование и укладывать его в металлический ящик.

Однако Линли не спешил, с удовольствием наблюдая за Деборой. Он смаковал ее присутствие. Более того, он смаковал то, что она опять дома. Ему не доставляло удовольствия быть влюбленным в женщину, которая находится за шесть тысяч миль от него. В отсутствие Деборы ему было не очень легко. Большую часть времени он проводил, размышляя о том, когда в следующий раз сможет полететь в Калифорнию, чтобы повидаться с ней. И вот она в Англии. Рядом с ним. И Томас Линли был намерен удержать ее при себе.

Вспугнув голубей, которые клевали в траве крошки, оставшиеся после ланча, он пересек лужайку. Дебора посмотрела им вслед. Ее волосы вырвались на свободу из-под гребенок, и она принялась укладывать их обратно.

– Знаешь, – сказала она, поздоровавшись с Томасом, – мне всегда хотелось быть женщиной, о которой говорят, что у нее шелковистые волосы. Ну, ты понимаешь. Как у Эстеллы Хэвишем.

– А у Эстеллы Хэвишем они были шелковистые?

Он сам стал закалывать ее спутанные волосы.

– Наверняка.

– Больно?

– Немножко. Это ужасно. У меня как будто одна жизнь, а у волос другая.

– Ну вот, порядок. Более или менее.

– Звучит неплохо.

Они засмеялись и стали собирать ее вещи, раскиданные по всей лужайке. Дебора принесла с собой треногу, футляр для фотоаппарата, сумку с фруктами, уютный старый пуловер и еще одну сумку с ремнем через плечо.

– Я увидел тебя в окно.

– Я ждала, когда свет будет прямой. Думала, получится преломление, но, увы, облака спутали все карты. Когда же они решили лететь дальше, солнце тоже удалилось. – Она задумчиво помолчала и почесала голову. – Ужасное проявление невежества. Землей, естественно.

Порывшись в сумке, Дебора извлекла мятную жвачку и сунула ее в рот. Они направились в сторону Скотленд-Ярда.

– Мне удалось отпроситься на пятницу, – сказал Линли. – И на понедельник тоже. Можем лететь в Корнуолл. То есть я могу. Но если у тебя ничего не запланировано, я подумал, что мы могли бы…

Он умолк, не понимая, зачем ему понадобился дурацкий извиняющийся тон.

– В Корнуолл?

У Деборы не изменился голос, когда она переспросила, однако голова у нее была повернута в другую сторону, и он не видел выражения ее лица.

– Да, в Корнуолл. В Ховенстоу. Я думаю, пора. А ты? Знаю, ты только что вернулась, возможно, я тороплю события. Но ведь ты незнакома с моей матерью.

– Незнакома, – только и ответила Дебора.

– Если ты поедешь со мной в Корнуолл, то и твой отец мог бы встретиться с нею. Самое время.

Дебора хмуро посмотрела на свои старые башмаки и ничего не ответила.

– Деб, так не может продолжаться вечно. Я знаю, о чем ты думаешь. «Они из разных миров. Им не о чем говорить». Но ты не права. Все будет хорошо. Поверь мне.

– Он будет против, Томми.

– Я уже подумал об этом. И мне кажется, нашел выход. Я попросил Саймона, чтобы он тоже приехал. Видишь, все спланировано.

Томас Линли не стал рассказывать о своих коротких переговорах с Сент-Джеймсом и леди Хелен Клайд в «Рице», где они должны были присутствовать на деловом обеде и куда он заехал по дороге, направляясь на прием в Кларенс-хаус. Не стал он упоминать о плохо скрытом нежелании Сент-Джеймса давать свое согласие и придуманную леди Хелен отговорку. Очень много работы, сказала она, пообещав загрузить и их тоже через месяц на все выходные.