Шрифт:
Я стояла в холле, и не могла поверить, что его осудили, и арестовав, везут прямиком в тюрму. Мне казалось, что это сон. Быть того не может, я точно сплю.
– Ира, Ира. – меня тряс Велес. – Малыш ты чего? Всё хорошо? Может тебе плохо?
– А? Нет. Всё хорошо. Просто поверить не могу, что он теперь в тюрьме окажется, что его всего уже лишили, и он никто. – я подняла глаза на Велеса. – Просто поверить не могу, вот и всё.
– Ну, я же обещал, что всё наладиться. Ты бы тоже на склад сходила, ну ткани там выбрала, пуговки, и всё что тебе надо. А то ты без шитья зачахнешь. – Велес улыбнулся мне.
– Слушай, я спросить хотела, тебя твой пирсинг в губе не напрягает? Да и бровь? А ухо правое?
– Тебе не нравиться? – он удивлённо посмотрел на меня.
– Да нет, наоборот. Просто взрослый дядька, а по прокалывал себя. Я просто подумала, ну, может ты уже это перерос?
– Я как раз до этого дорос, и пока остановился. И если уж честно, меня в моей внешности всё устраивает, да и в твоей тоже. – он приподнял мою голову рукой, и облизнулся. Когда он так делал, я уже знала, что он жаждет мною овладеть, эх Велес, ты немного предсказуем. Просто до неприличия предсказуем.
– Иришка? Нам тебя долго ждать? – позвала подругу я.
– Уже иду. Что там есть то? – поинтересовалась она.
– Да ничего особенного, но думается мне, что Один исполнит наши пожелания и капризы! – я улыбалась во все тридцать два зуба. – Ну как Один, готов терпеть наши выходки?! К тому же я беременная, и мне всё можно!
– Вам девочки всё можно! Слушаю и повинуюсь! – церемониально поклонился он. – Люблю делать приятно красавицам!
– Один, не отбивай у меня и своего брата хлеб. – взмолил Олег. – Если ты исполнишь все их желания, что нам останется?
– Поверь мне Олег, всех их желаний я исполнить просто не смогу! Я не смогу стать, ни своим братом, ни тем более тобой! – Один осматривал меня и Иру. – Как минимум в постели я другой! Думается мне, что они заметят подвох. Я бы не хотел их расстраивать.
К обеду мы такой список нужных веще выкатили, что бедный Один долго ещё с ним возился. Одно радовало, в этой компании все были на одной волне. Так что, никто даже не стал возмущаться нашему выбору тканей, ниток, и прочей нужной фурнитуры для спокойной и такой приятной работы.
Тогда, пять лет назад, когда мне и Насте было по семнадцать, её дурной отчим сделал всё, чтобы избавить свою жизнь и жизнь своей жены, от её присутствия. Меня же он, в то лето изнасиловал, со своими дружками.
Я хорошо помню тот день, который чуть не разрушил всю мою жизнь. В то лето я на каникулах стала подрабатывать дояркой в колхозе, который чудом не закрыли в девяностые, после развала СССР. Благо с животными управляться могла, ведь подавляющее большинство жителей держали скот. Кто кого: куры, утки, гуси, коровы и многие других. У кого на что сил и фантазии хватало.
У нас в семье было все коровы, хряк и свиноматка, почти три десятка кур. Да и огород в нагрузку. Конечно бывало, что с деньгами было туго, ну так даже в Москве бывает трудно жить. Но мы не унывали, ведь лес рядом, а там уже и грибы с ягодами, да и немного дров всегда собрать можно. А если учесть, что в летний сезон приезжают отдыхающие, и оставляют бутылки да банки, то можно было немного и деньгами разжиться. Некоторые из туристов приходят к местным за продуктами, и не плохо за них платят. А многие, и потом просто за продуктами приезжают, кто за молоком, кто за яйцами, а кто и за мясом.
Так что жить можно было. А когда отец с матерью узнали, что я хочу пойти учиться на швею, то чуть от радости не умерли. Они завели овец, когда я девятый класс заканчивала. Да и подушки с перинами я шила не хуже бабушки. Да и к вязанию у меня была тяга, ещё с детства. Так что с моими возможностями и талантами, мы не то, чтобы от голоду не умерли, так и жить начали бы лучше. Я даже игрушки потихоньку шить начала, ведь у нас в посёлке подрастали детишки, и им рано или поздно понадобились бы игрушки. А их всегда можно было бы поменять на тот же пух, или перья, да хоть на шерсть.
А когда приехал этот упырь, я как раз шла с вечерней подойки домой. Он пристал, мол помоги нам, говорят тут рыбалка в местной речке, хорошая, покажи места, где клёв лучше. Я им пыталась объяснить, что в рыбалке не сильна, но знаю, где брат с отцом рыбачат. А уже у самой реки, он со своими ребятами меня и скрутил. А дальше, я просто, не то, что не помнила, но всё, как в замедленной сьёмке было.
Вернулась я домой, лишь ближе к полуночи. И долго молчала, ни с кем не разговаривала. Отец всё истерил, что не допустит, чтобы под его крышей жила малолетняя шлюха, брат же ему подпевал. Мама же оперировала тем, что не делает различий между детьми, и мы для неё в равных условиях, и негоже своих бросать в беде. Но, отец упёршись, выдал ей ультиматум, либо я, либо он и сын.
– А, ну тогда дорогие мои, собирайте монатки, и валите на все четыре стороны! – фыркнула тогда мама. – Уж лучше бы я тогда брата послушала, и за бандита пошла, хоть бы тогда в достатке и сытости жила, да за детей не волновалась!
– Ты не посмеешь меня выгнать, из моего же дома! – отец был в ещё большей ярости, чем прежде. – Так что, если тебе нужна так эта малолетняя мразь, то собирайтесь и уходите из моего дома! Мне этот позор не нужен.
– Я хочу тебе напомнить, что этот дом принадлежал моей маме, а перед смертью, она переписала его на мою дочь! – мама явно была рада дальновидности своей покойной матери. – Так что, по закону Ира хозяйка дома!
– Что??? – эти двое явно не ожидали такого от бабушки и тёщи, даже пускай и умершей.
– Вот как она решит, так и будет. Ириша, котёнок. Как поступить? – обратилась ко мне мама. Я пыталась ответить, но сил не было на речь. Так что, взяв половую тряпку, я просто зашвырнула её в отца и брата. – Вот, правильно, предателям не место в нашем доме! А теперь пошли прочь. Вещи потом свои на помойной куче найдёте!
– Вы ещё пожалеете, что выгнали нас. – они демонстративно хлопнули дверью и ушли, но они просчитались.