Чтение онлайн

— Но может статься так, что не выживет никто!

— Ваши враги такие же слабые, как и вы. Поэтому вы не сражаетесь, — сказал Пард.

— Мы сражаемся! Когда приходит подходящее время, тогда… — Стен только хотел продолжить, как Пард снова перебил его:

— Бред! Война — или не война. Сражаться — или убегать. Вы, люди, такие слабые!

Стен сердито отвернулся, но Друан сказал:

— Гномы сражаются всегда. И мы тоже. У нас никогда нет перемирия.

— А что с вашими детьми? Стариками? — спросил Стен.

— Они гибнут, если мы не можем защитить их…

— И мы убиваем врагов, всех! — закричал Пард. — Мертвый маленький выродок никогда не станет воином!

— Никакой пощады? Никакого сочувствия?

— Война, — самодовольно констатировал Пард.

Стен в ужасе замолчал. Глубоко под землей шли кровопролитные сражения, воины не останавливались ни перед чем и ни перед кем. Неукротимая ненависть вела троллей и гномов на бой и принуждала к ужасным поступкам. Это до глубины души поразило юного воина, хотя его сложно было назвать новичком в военных делах, у него был, пожалуй, чересчур богатый опыт. Неудивительно, что гномы, да и тролли, без колебаний искали любой способ, чтобы взять верх. «Чем же мы лучше? Что отличает нас от этих созданий тьмы?» — задумался Стен, однако, похоже, ответа не было. Масриды тоже казались ему беспощадными, но, по крайней мере, они не стремились полностью уничтожить народ, который угнетали. И Стен также ни в коей мере не желал смерти им всем поголовно. Если бы масриды вдруг на следующий день покинули страну, тогда бы он ликовал, сложил бы оружие и больше не тратил на них свою жизнь. За исключением, конечно, Цорпада и Хази, смерти которых он жаждал в любом случае. Охваченный противоречивыми мыслями, молодой человек продолжил путь вместе с троллями, чьи массивные силуэты мелькали на фоне деревьев.

Сарган и раньше не раз ходил на речных судах, в том числе и против течения. Но за границами этой отсталой страны для этих целей использовали вьючных животных, а не людей.

В Ардолии животные, очевидно, ценились выше, поэтому против течения переполненные баржи тащили так называемые бурлаки. Эти несчастные в рваной одежде выполняли эту тяжелую, и опасную работу за нищенскую плату, их обычно набирали в портах за пару монет и еду сомнительного качества; эти рабочие нужны были лишь при движении против течения, вниз по течению суда несла река, причем совершенно бесплатно, а движением управляли с помощью небольшого прямоугольного паруса.

Конечно, при попутном ветре парус ставили даже тогда, когда баржу тащили бурлаки, но даже в этом случае тянуть тяжелогруженые суда было нелегко. Капитан судна, на котором путешествовал Сарган, нанял три группы бурлаков, которые трудились с раннего утра и до поздней ночи. Одна смена обычно тащила баржу, в то время как две другие либо отдыхали на корабле, либо плелись рядом по берегу.

Бурлаки были из простого народа, все влахаки. Сарган наслаждался их грубыми шутками и песнями, которые они пели во время работы, чтобы выдерживать темп. Вот уже два вечера он присоединялся к бурлакам, когда поздним вечером они ужинали у костра.

Один из бурлаков, крупный крепкий мужчина, с большими, словно весла, руками, вручил Саргану глиняную кружку с прозрачной жидкостью с резким запахом.

— Драконья моча, — усмехаясь, буркнул он, и остальные засмеялись.

Сарган осторожно принюхался к напитку. Затем пожал плечами и сделал большой глоток. Водка прожгла путь до самого желудка, но Сарган привык к крепким напиткам, и следующую кружку он запросто опрокинул в горло, что вызвало еще один взрыв смеха, но в смехе сквозило уважение.

— Ты, оказывается, крепче, чем выглядишь, коротышка, — засмеялся бурлак, похлопав Саргана по плечу. — Меня зовут Петриу, а если ты назовешь мне свое имя, то у нас появится причина, чтобы выпить еще по кружке!

Весь вечер дириец осторожно расспрашивал речной люд о стране, при этом он старательно изображал ученого, но нерасторопного чужеземца, так же он поступал и в Турдуе. Этот образ позволял Саргану быстро завоевывать доверие, так как в глазах окружающих он не представлял никакой опасности. Симуляция опьянения и несколько анекдотов скоро завоевали доверие бурлаков. Петриу, который вроде был предводителем группы, охотно рассказал ему о трудной жизни в Ардолии.

— Бурлакам совсем непросто выживать, брат, — сказал мужчина исполинского телосложения. — Оплата низкая, а работа трудная.

Словно в доказательство он поднял свои ручищи, покрытые мозолями, и продемонстрировал их чужеземцу.

— А если ты больше не можешь тащить проклятую баржу из-за болезни, нагрянувшей старости или просто от полного изнеможения, тебя просто бросают.

Сарган кивнул, соглашаясь, а про себя удивился, как же при этом бурлакам удается сохранять веселое расположение духа.

Маги пересекала всю Ардолию, представляя собой крупнейшую водную артерию в стране и самый популярный торговый путь. Лесные дороги использовались с гораздо меньшей охотой, так как они все еще были небезопасны. Вполне реальные банды грабителей и мятежников и рассказы о невиданных чудовищах, которые нападали на беззащитных путников, не добавляли желания путешествовать посуху. Реку и тропу бурлаков масриды охраняли, поэтому маршрут считался надежным. На равных промежутках были выстроены укрепления, где баржи могли причалить, чтобы путники проводили ночь под защитой.

Как-то на одном из таких постоялых дворов, в пивной, Сарган провел вечер вместе с владельцем баржи, в то время как бурлаки расположились во дворе, так как хозяин заведения не хотел пускать внутрь всякий сброд.

Владельцу баржи Сарган сразу понравился, и тот решил поболтать с иностранцем. Лазутчик разговорился с пожилым масридом, а в это время со двора через открытое окно до них доносились песни бурлаков о жизни, любви и смерти на реке.

Сарган не услышал от хозяина баржи ничего нового, кроме того, что тот посоветовал не водиться с бурлаками — грубым, неотесанным народом, находящимся в плену суеверий и странных традиций. «Во всяком случае, они умеют веселиться», — зевая, подумал Сарган, слушая длинную скучную тираду владельца о ленивых и жадных влахаках, которые сдерут последнюю рубаху с честного, упорного трудяги. Все, что Сарган выяснил в тот вечер, — это то, что пропасть между масридами и влахаками действительно глубока и полна предубеждений.

В общем, дни на Маги пролетели довольно быстро, они мелькали так же стремительно, как и пейзажи страны, через которую они плыли, бесконечные темные леса которой Сарган наблюдал с борта судна. В Теремию он прибыл даже раньше, чем ожидал.

Наконец судно медленно проползло вдоль стены порта — последний отрезок пути, причем бурлаки взошли на борт и двигали баржу с помощью канатов, закрепленных на металлических кольцах стены порта. Так, от одного кольца к другому, они спокойно зашли в тихий порт и, отталкиваясь от дна шестами, причалили.