Чтение онлайн

С этого дня Павел каждый день, в любое время отыскивал Женю в университете, угрожающе тряс перед носом указательным пальцем и повторял:

— Я дважды предложение не делаю.

Девушка бледнела, и еле держалась на ногах. Не понимала, чего он пытается от неё добиться. Ей хотелось вцепиться ногтями в его физиономию и разодрать до крови, или со всей силы влепить ему пощёчину. Но сделать этого она не могла. В конце учебного года ей предстояло сдавать ему экзамен.

Прошло полтора месяца. А Павел Фёдорович продолжал её донимать каждый день. Только теперь, когда тряс перед её носом пальцем, уже говорил другие слова:

— Ты никогда не сдашь мне экзамен и вылетишь из университета!

Со временем глаза Жени стали тускнеть, а сил оставалось всё меньше и меньше. После занятий она сразу же шла домой и ложилась спать. Сказывалось нервное истощение. Только потом, когда просыпалась, начинала готовиться к занятиям. Мысль о том, что из-за мести Павла может не окончить университет, пугала её и доводила до отчаяния.

Как-то раз, когда она вышла из университета и направилась к остановке, кто-то окликнул её женским голосом:

— Женя, можно тебя на минуточку!

Она остановилась. К ней приближалась статная, ухоженная пожилая дама с длинными чёрными волосами на голове, уложенными в причёску. Седая прядь, тянувшаяся от лба до затылка, придавала ей благородства. Её стройные ноги были обуты в туфли на высоком каблуке, в ушах красовались массивные, но изготовленные по современному дизайну, серьги. На плече висела изящная сумочка.

— Хотела бы я так великолепно выглядеть в её возрасте, — только успела подумать Евгения, как незнакомка уже оказалась в шаге от неё.

Она с любопытством рассматривала девушку секунд пять. Затем достала из сумочки чёрно-белую фотографию и протянула ей. Та робко взяла её в руку, взглянула на неё и спросила:

— Откуда у вас моё фото?

Женщина засмеялась, оголив два ряда великолепных белых зубов. Женя смутилась:

— Хотя нет, это не я. У меня нет такой одежды, да и фотографии тоже. Но лицо похоже на моё.

— Это я, деточка, в твоём возрасте! Я — твоя бабушка. Мать твоего отца. Позволь мне до конца удостовериться, что ты на самом деле моя внучка.

Она вплотную подошла к жене, ловким движением расстегнула пуговку на её блузке под грудью и заглянула под неё.

— Что вы делаете? — испугалась Евгения и быстро застегнула блузку.

— Ты — моя внучка! Вот здесь, — ткнула она длинным ногтем пальца с массивным перстнем на нём, — есть знак, подтверждающий это. У тебя он только один. У меня их два. У моей матери — четыре. И у бабки — четыре. Она была самой сильной из нас. Ты обладаешь сверхъестественной силой, но меньше всех нас. У твоих потомков, если они появятся на свет, такой силы может уже не быть, если только ты не выйдешь замуж за себе подобного.

Евгения резко повернулась и побежала прочь, подумав на ходу:

— Чокнутая какая-то!

— Ты будешь лечить женщин! Слышишь меня? — крикнула она вдогонку.

Сидя в маршрутном такси, Женя постоянно прокручивала в памяти встречу с этой женщиной и гадала, кто она такая на самом деле.

— Скорее всего, аферистка какая-нибудь, — решила она. — Я, видите ли, буду лечить женщин! Ага! Сейчас, разбежалась! Никогда не мечтала стать гинекологом и не буду им.

Маршрутка подрулила к её остановке. Женя вышла из неё и направилась домой. Оказавшись в своей комнате, начала переодеваться. И тут она вспомнила, как женщина что-то увидела у неё под правой грудью. Евгения внимательно всмотрелась в то самое место, в которое та ткнула пальцем. Там действительно находилась какая-то маленькая кожная складочка. А когда она её потрогала, то та превратилась в бугорок. Она и раньше его видела, но так привыкла к нему с детства, что он перестал привлекать её внимание. Сейчас же она бросилась в комнату матери и спросила:

— Что это у меня здесь такое?

Анна Ивановна напряглась.

— А разве ты в университете ещё не изучала эту аномалию?

— Аномалию? Нет, не изучала, — растерялась Женя.

— Тогда слушай. Ты родилась с третьим соском на теле. Я наблюдала аномалию до самого твоего созревания и надеялась, что она окажется только политемией. Это, когда имеется только аномальный сосок без ореола и железистой ткани. Есть ещё множество разновидностей такой аномалии. При них бывает до четырёх или шести дополнительных сосков, не помню точно. Некоторые из них превращаются в полноценную грудь и выделяют молоко у женщин после родов.

Женю передёрнуло. Услышать такое она не ожидала.

— Не переживай, у тебя этот сосочек совсем не заметен. Не сведущий в медицине человек на него даже внимания не обратит. Я много читала в Интернете об этой аномалии и обнаружила, что людей с дополнительными сосками на груди существует много, и они общаются между собой на форумах.

— И кто мне передал по наследству этот подарок?

— В нашем роду таких не было.

— А по линии моего отца? Ты по-прежнему не хочешь рассказать, кто он и жив ли ещё?

— Не пытай меня. Говорить о нём я не стану.

ГЛАВА 2

Женя совсем перестала встречаться с подругами. Поведение Павла выводило её из равновесия и лишало сил. В воскресенье она решила погулять в одиночестве. Почему-то вспомнила про Блошиный рынок и потопала в его сторону.

Долго бродила по нему, рассматривая всё подряд. В одном ряду на покрывале стояли занятные голые статуэтки мужчин. Они чем-то напоминали ей детство. Женя вдруг вспомнила, как ходила в кружок по изготовлению подарочного мыла и декоративных свечей.

Как только она остановилась перед ними, услышала скрипучий женский голос:

— Понравились? Они давно тебя здесь дожидаются.

— Меня? — удивилась Женя, и подняла голову.

По другую сторону покрывала стояла старая женщина — хозяйка товара.

— Я сама их раньше выливала, а теперь устала. Вот эти сделаны из настоящего мыла. Ими можно мыться. А вот это — свечи.

Женя оживилась:

— Я тоже когда-то делала сувениры из мыла и декоративные свечи. Получались хорошо. Как вам удаётся делать человечков?