Чтение онлайн

— План Майлса, — заявил он, — поставлен на повестку дня правительственного Комитета по безопасности и иностранным делам. Комитет примет окончательное решение.

Шеф Моссада злобно поглядел на Вейнтрауба. Комитет состоял из премьер-министра и главных министров и советников. Вейнтрауб тоже был членом Комитета, как и нынешний глава Моссада. Старик вырвал из рук шефа решение вопроса внутренней политики.

— Хорошо, — сказал шеф. — Чем скорее мы разберемся с этим делом, тем лучше. Потом можно будет поднять вопрос о вашей самодеятельности.

Он поглядел Доннеру в глаза, затем опустил взгляд на бумаги на своем столе. Вейнтрауб подал Майлсу жест — настал момент дипломатично удалиться.

Когда они вышли из здания на солнцепек, Вейнтрауб обнял Доннера за плечи.

— Не беспокойся, — стал он уверять друга. — Я не отдам тебя ему на съедение, чем бы дело ни кончилось.

Доннер кивнул без особого энтузиазма. Слова «чем бы дело ни кончилось» не внушали ему особых надежд. Они зашли в столовую, расположенную в Оборонительном комплексе. Доннер вспомнил с мрачной иронией, что именно здесь он и его нынешний шеф пережидали ночь накануне начала войны 1973 года, надеясь, что Моссад со вниманием отнесется к их сообщениям. Вейнтрауб заказал чай и стал расспрашивать о жизни в Англии. Доннер пытался перевести разговор на Хардена, но старый террорист не поддавался, и в конце концов Доннер понял: Вейнтрауб смущен тем, что принятие решения зависит не от него.

— Мой план, конечно, не будет одобрен?

Вейнтрауб пожал плечами.

— Представить твой план на обсуждение Комитета было единственным способом не дать шефу принять решение единолично. Я уже разговаривал с некоторыми членами Комитета. Шанс у тебя есть.

— Откуда шеф узнал?

— Он следит за тобой.

— Но даже мой штаб не знает. Только ближайшие...

— Я бы на твоем месте пригляделся к твоему другу Грандигу.

— Откуда вы...

Вейнтрауб улыбнулся. Через час юный офицер военно-воздушных сил подошел к столику с телефонограммой. Вейнтрауба ждали в кабинете премьер-министра.

— Вот увидишь, — заверил Вейнтрауб Доннера, — ты им понравишься.

Большую часть конференц-зала занимал длинный стол. Комитет по безопасности и иностранным делам уже собрался. За столом сидели люди делового вида с усталыми глазами и запавшими ртами, уголки которых были опущены вниз, как будто на их лицах запечатлены тысячи разочарований. Большинство присутствующих были одеты в рубашки с отложными воротниками и бесформенные брюки — как одеваются все израильтяне, занимающиеся общественной деятельностью, — и Доннер чувствовал себя чужаком в своем элегантном тропическом костюме и шелковом галстуке.

Он сидел в конце стола со сдержанным выражением лица, пока Вейнтрауб представлял его, не жалея похвал. Но в его голове бурлили мысли. По тому, как члены Комитета слушали Вейнтрауба, он видел, что старик оставался их последней связью с героическим прошлым. Этим людям редко доводилось слышать хорошие новости в те времена хрупкого мира, и за их терпением пряталась надежда на несколько минут развлечения.

Доннер понял, что его ментор теряет свой авторитет и перестает быть нужным. Однако он заметил вспышку интереса у членов комитета, когда Вейнтрауб стал рассказывать о его британском прикрытии, назвал лондонские клубы, членом которых он состоял, его адрес на Керзон-стрит; Доннер был хорошо знаком с чувством любви-ненависти, которое жители бывших британских колоний испытывают к англичанам, и он знал, как использовать это чувство себе на пользу. Они до сих пор хранили воспоминания об английском снобизме и чувствовали себя в какой-то мере отмщенным, когда им предоставлялся шанс покомандовать англичанином.

— Добрый день, — поздоровался он, поднимаясь и как можно более четко произнося слова. Он поблагодарил Вейнтрауба и Комитет за то, что они тратят на него свое время, заметил, как приятно снова посетить Израиль, и затем кратко и убедительно рассказал о своем плане.

— Мой простой план противодействия терроризму заключается в том, что нужно нажать на страны, поддерживающие террористов. Мы будем поддерживать еврейских террористов, нападающих на уязвимые цели. И этими уязвимыми целями станут нефтяные танкеры, доставляющие арабскую нефть в Европу.

Глаза министров засветились. Они не могли допустить, что производители нефти бросят на произвол судьбы террористов, которых финансируют. Кроме того, они поняли, что европейские страны, которые частенько спасают террористов от израильских агентов, сами примут меры против терроризма. На какой-то момент Доннеру показалось, что он убедил их.

Но затем в их глазах появилось сомнение. Министры обменялись тревожными взглядами: никто из них не поверил, что такой простой рецепт подействует. Слово взял шеф Моссада.

— План Доннера — безумие, — заявил он и, сжав губы, стал ждать, когда его попросят объяснить подробнее. — Наши самые сильные союзники, наши лучшие друзья зависят от поставок арабской нефти. Германия, Швеция, Голландия, Соединенные Штаты — мы не имеем права идти на риск вызвать их гнев. Вы же не станете ловить попутные машины минами.

— Йес! — энергично выразился Вейнтрауб, влезая в дискуссию, пока никто не успел засмеяться, услышав неожиданную шутку шефа. — План Доннера превосходен. Одна лишь угроза нападения на танкеры заставит их принять меры.

— Вы не можете угрожать, не выполнив угрозу хотя бы один раз, — возразил шеф.

— Вот именно, — парировал Вейнтрауб. — Именно этим занимается Майлс. Он готовит весьма убедительную демонстрацию серьезности наших намерений.

— Что именно вы готовите? — спросил премьер-министр, быстрым жестом заставив шефа Моссада замолчать.

Доннер рассказал про Хардена.

Премьер-министр безучастно слушал. Когда Доннер замолчал, он обратился к шефу Моссада:

— Почему вы не сказали мне об этом?

— Я сам только что узнал.

Премьер-министр повернулся к Доннеру. Его глаза обычно прятались за очками в роговой оправе. Сейчас же, глядя на лицо премьера, Доннер был поражен его жесткостью. Премьер-министр выглядел как соучастник убийства.

— Я так понимаю, что вы разработали свой план в одиночку?

— Да, сэр.

Вейнтрауб прервал его:

— Господин премьер-министр, я постоянно находился в курсе дел.

Премьер-министр ответил, не отводя взгляда от Доннера:

— Но вы больше не сотрудничаете с Моссадом, Цви. Сейчас вы член моего кабинета, имеющий определенные полномочия в сфере безопасности, которые, однако, не включают шпионаж. Почему вы не сообщили в Моссад?