Мета III

— Мясо! Свежее мясо! — покрикивал смолящий папиросу мужчина на рынке.

Некогда фешенебельный торговый центр ныне предоставлял приют лавочникам, торгующим продуктами и разной бытовой мелочевкой.

— А баклажаны есть? — подошел к нему брюнет с карими глазами.

— Какие баклажаны? Только мясо! — пыхнул дымом торговец.

— Но ведь баклажаны вкуснее мяса… — негромко заявил посетитель.

Мужчина за прилавком внимательно оглядел незнакомца, после чего крикнул коллеге с соседнего прилавка:

— Нина, присмотри тут пока.

— Ага, валяй, — откликнулась дородная женщина.

— Следуй за мной, — обронил мясник и направился по коридору.

Чтобы не вызывать подозрений из-за слишком приметной внешности мне пришлось наложить печать иллюзии: изменить цвет глаз, волос и бровей. Больше никаких изменений во внешность вносить не стал. Мои портреты не висели на каждом столбе, поэтому вряд ли кто-то из обывателей узнает рядового курсанта.

Я прошел в небольшое подсобное помещение следом за торговцем и остановился возле массивного стола для разделки мяса. В морозильных камерах, работающих на мета-жидкости, хранилось множество замороженных продуктов. Мужчина с длинными волосами, завязанными в хвост, достал откуда-то небольшой жезл, от которого явно фонило эфиром. Мясник поводил жезлом вдоль моего тела, после чего убрал его на место.

— Откуда узнал?

— От Ахекжана.

— И он все равно рекомендовал нас, зная, что мы не справились с заказом?

— Вы и не могли справиться, — хмыкнул я. — Артоф Кройц не по зубам рядовому душегубу.

Мужчина напрягся и внимательно всмотрелся в мое лицо:

— Кройц?! Что тебе надо?!

— Я пришел воспользоваться услугами вашего славного агентства. Не скажу, что пылаю нежными чувствами к исполнителю, но мне нужны способности Фокусника. К тому же главный виновник уже наказан.

— Хан?! Что с ним?!

— Скоро узнаете. Так вы возьмете заказ?

— Мы… не работаем с нашими же целями.

— Уверены? — добавил я жесткости в голос. — Вы разве не слышали про Погромы? Думаете, мне есть, что терять?

Мужчина-серв затравленно осмотрелся по сторонам, пытаясь придумать выход из ситуации.

— Почему тогда сами не разберетесь с целью? Раз уж вы вышли победителем в противостоянии с Фокусником, в чем сложность самому исполнить заказ?

— Цель находится под охраной в Штабе Корпуса. Только Фокусник сможет проникнуть туда, не вызвав шума.

— Штаб Корпуса? Это сложный объект. Тем более недавно его всего обвешали сигнализацией из Союза.

— Значит, он не умеет проходить через них, не вызвав тревогу?

Мясник кивнул:

— Сигнальное поле или мета-поле блокирует его силу.

— У меня есть кое-какая информация о расположении сигналок от сотрудников Корпуса, — поведал я. — Я смогу провести Фокусника внутрь.

— Хм… мне надо будет посоветоваться с самим Фокусником, — неуверенно заметил мужчина. — И стоимость подобной услуги будет высока.

— Сколько?

— Проникновение в Штаб… пятнадцать миллионов, пять авансом, — обдумал агент. — Без торга.

Значит, все же цену назначает он, а не сам исполнитель. Пятнадцать миллионов — это существенная сумма. Но я могу себе позволить подобные траты. Главное сейчас — это избавиться от Паука, после чего можно будет вернуться в лоно законности и перестать прятаться от патрулей и преследующих героев, будто мышь от ястребов.

— Меня устраивают ваши условия.

— Я должен буду переговорить с Фокусником. Задание слишком… нестандартное.

— Надеюсь на положительный ответ, — произнес я скупо. — Когда мне следует навестить вас снова?

— Приходите через три дня.

— Договорились.

Я не стал болтать со связным дольше, чем следует, и покинул подсобку. Анна находилась на первом этаже торгового центра, с удовольствием и зверским аппетитом уплетая заказанные куриные крылышки в кляре. Я присел к ней за столик и присоединился к трапезе. Девушка спрятала волосы и ушки под шапкой, хвост под длинным плащом, а в остальном ее внешность не была сильно приметной. Мелькающие в некоторых местах патрули Контроля к нам не приставали.

Мясо, в том числе и курятина, стоило дорого. С прожорливостью Ищейки денежные средства улетали очень быстро. До нападения на Станцию у нас оставалось около трех миллионов — от тех денег, которые Корпус заплатил за рации. Из кубышки Хана удалось выгрести еще пятьсот тысяч. Часть казны я оставил на месте, поскольку на содержание особняка и выплаты охране постоянно требовалась наличность. Да и вокзал нуждался в ремонте.

Посмотрим, насколько честно Ахекжан с Шуургой будут исполнять свои обязанности. Я оставил советнику рацию, однако до города ее сигнал не доставал. Да и как Корса отнесется к силовому захвату власти в дружественном поселении тоже неясно. Впрочем, я не сильно переживал насчет воровства или изъятия актива из моих рук. Легко ушло, легко пришло. Зато всем прочим группировкам наглядный урок, что не стоит связываться с Песцом и заказывать его наемным убийцам. Отрубленная голова Хана теперь висела на привокзальной площади вместо нарушителей спокойствия, тела которых в качестве устрашения выставлял предыдущий хозяин поселения.

В принципе, можно было бы заняться реализацией запасов оружия Хана. Пару миллионов там точно бы удалось наскрести. Однако имелись и другие возможности для обогащения. В рюкзаке до сих пор хранилось множество водяных ядер, полученных от Ибрагима. С Корпусом дела вести будет непросто, а вот карпы вряд ли откажутся от новой техники, даже пускай и от разыскиваемого преступника.

Я сидел за столиком и размышлял, держа еще одну куриную ножку в руке, как заметил на себе взгляд голубых глаз. Окинув взором столик, я понял, что Анна сумела пожрать все принесенные яства, и теперь пялилась на последнее куриное лакомство.

— Хочешь?

— А ты?

— Я наелся. Держи…

Анна с удовольствием съела протянутое угощение, сгрызя все хрящики. Разве что сами кости грызть все же не стала.

— Ну как? Или еще закажем?

Девушка с сомнением поглядела на тарелки, полные обглоданных костей.

— Мне надо умеррить свой аппетит. Не то растолстею. Как пррошли переговоры?

— Продуктивно. Только надо немного денег скопить на аванс. Не останешься в городе?

— Меня опять будут допррашивать и слежку приставят. Или вообще — запррут в камере из-за того, что я помогала тебе на Станции. Пока с Пауком не рразберемся, я от тебя никуда не уйду. Да и после него ты тоже от меня никуда не денешься.