Металюция
Шрифт:
И ради этого я буду терпеть то, как озабоченные нимфоманки лепят из меня стриптизера, спокойно слушать словесный понос режиссера и даже драться с простым черным парнем из Чикаго, который ничего мне, в общем-то, не сделал. Потому, что это моя работа.
Кому-то может показаться странным, что я так рьяно служу структуре, которая меня самого, случись что, сольет не задумываясь. Ничего странного — я не ей служу, а своей стране. Той, можно сказать, которой давным-давно принес присягу. Без всякого пафоса, это — мое.
— Мы готовы, мистер Блэр! — заорал помощник режиссера.
— Ну, так начинайте, черт бы вас подрал! Вы что, без моей команды в туалет сходить не способны?
— Понял, сэр! Камера, начали! Бестия, на выход!
Прошло несколько секунд и над ковбойским городком вновь разнесся гневный голос режиссера.
— Не так! Чертов ниггер — это что для тебя прогулка в парке? Ты пришел драться с врагом, идиот! Ты должен быть напряжен, опасен, сконцентрирован! Ты бестия или червяк? Кто-нибудь, отведите мистера черномазого на место и дайте ему хорошего пинка! Мне нужна мощь, черт возьми! Пафос! А он вихляет тут задницей, будто на дискотеке у себя в Гарлеме!
Так я простоял еще минут пять, периодически выглядывая из-за угла, но мой противник все не появлялся и не появлялся. Наконец, я увидел его — здоровенного перекаченного чернокожего мужчину. Бестия не был в полной мере метаморфом, как я понимал. Освоил только простейшую боевую форму, и никогда не менял ее. Широкие гипертрофированные руки, мощные плечи, между которыми пряталась крохотная голова. Узкая талия, еще более узкий таз, и короткие, но очень сильные ноги.
Как он шел — это отдельная история. Завалив корпус вперед, поводя плечами, взмахивая руками на каждом шаге, он напомнил мне доктора Ливси из мультфильма «Остров Сокровищ».
Дождавшись, пока он доковыляет таким манером до обозначенного места, я медленно вышел и, стараясь сдерживать смех, направился ему навстречу.
— Черная Бестия! — заорал я во весь голос, когда нас разделяло не более десяти метров. — Этот городок мал для нас двоих!
На окончании фразы голос меня подвел, и я расхохотался. Постарался обернуть свой ляп в импровизацию, и превратить истерический смех в злодейский. Судя по тому, что Блэр не остановил съемку, у меня получилось.
— Тогда один из нас должен умереть! — вполне себе серьезно прорычал Бугай.
И бросился в атаку.
Глава 2
Алекс всех моих возможностей не знал. Я сказал ему то же самое, что и фокус группе — высший метаморф, Бугай и Абсолют. А потому он не знал, что Черная Бестия мне не противник. И, соответственно, буквально утопил в своем беспокойстве перед первой на шоу схваткой.
— Ты, главное, помни. Это презентация, а не отборочный тур. Здесь можно получить лишь зрительские симпатии и парочку рекламных контрактов — последнее, насколько я понимаю, тебя не интересует. Поэтому, осторожнее с чернокожим. Это, прости за каламбур, темная лошадка. Никто из тех, с кем я разговаривал, не понимает причины, по которой он тут находится. А про его происхождение я тебе уже говорил — этот парень пойдет на все ради победы. Так что, лучше уж проиграть схватку, чем получить увечье в самом начале шоу.
Америка этого мира так и осталась мечтой. Низкая преступность, богобоязненное население, развитая, а не спекулятивная экономика, но — расизм. Даже такой человек, как Алекс, профессор, на минуточку, был поражен этой болезнью. Для него участник негр навсегда останется диким зверем и существом второго сорта. Даже меня наставляя, он упоминал противника в модальности бешенного пса.
— Алекс, я же метаморф с бешенной регенерацией. — хохотнул я тогда. — Ну что со мной может случиться, в самом деле?
Несмотря на эти свои слова, на бой с Бестией, я выходил собранным и напряженным. Недооценка противника, даже если он слабее тебя по всем параметрам, стоила жизни многим хорошим парням. При этом, держа в голове тот факт, что это, вообще-то, телешоу, где нужно не быстро и эффективно убить противника, а долго и красиво с ним драться.
Так что я решил выбрать тактику тени. То есть, отдать инициативу противнику, реагировать на его действия, а не строить свой рисунок боя. Это, как я считал, позволит мне продержаться какое-то время. Ведь основной проблемой я видел быстрое прекращение схватки, а не поражение в ней.
И чуть было за это не поплатился. На расстоянии в десяток шагов Черная Бестия вскинул обе руки параллельно земле, а кулаки направив на меня. Внутри что-то щелкнуло — ну не бывает таких вычурных боевых стоек даже у китайцев! А последние толк в этом знают.
«Домашняя заготовка!» — понял я.
Сообразить, что же такое собирается провернуть мой противник, я не успел, а вот среагировать — вполне. Продолжая движение навстречу к негру, я упал на колени и пару метров проехался на них. И, благодаря этому, облако дроби прошло над моей головой.
«А огнестрел точно разрешен на играх? — мелькнула мысль. — Как-то я совсем не озаботился это уточнить…»
Ну, в самом деле, кому придет в голову тащить ствол на схватку сверхлюдей? Толку от него никакого, если только он не снаряжен спецбоеприпасом, который некоторые здесь называли дивинитом. А откуда у босяка из чикагских трущоб такое богатство? Хотя… он же как-то сюда попал. Мог получить спецбоеприпас от своего неведомого спонсора. Вот только непонятно, где он прятал оружие — он же на схватку вышел почти голым?
Ответ на последний вопрос я получил довольно скоро. Стволы — их была два, мой противник прятал в своем теле. Точнее, в руках. Сейчас оба его предплечье представляли из себя сплошную рану. Разорванная кожа, торчащее наружу мясо, в одном месте я даже осколок кожи разглядел. А, нет, это не кожа. Трубка, запрятанная под кожу и мышцы — вот как он пронес оружие на поединок. Ну что за безумец!
Регенерация у Бестии была неплохой — рана уже начала стягиваться, пряча скрытые в предплечье стволы. Но боль — она ведь остается с человеком даже тогда, когда он способен быстро залечить рану. И сейчас негру было безумно больно. Он даже остановился на пару мгновений, которых мне хватило для того, чтобы внести правки в свою стратегию.