Метаморфоза
Шрифт:
Впитанный с молоком матери или даже наследственный коллективизм погнал на спасение других людей, но тут с потолка упал огромный кусок бетона, чуть не угодив в преступно расслабившегося Олега. Дом жутко раскачивался, грозя рассыпаться и похоронить под своими обломками всех, слишком нерасторопных. Это был уже не третий, а четвёртый или даже пятый звонок для самых бестолковых и глухих.
Олег вырвался на затопленную до краёв ужасом толпы улицу и тут же шарахнулся обратно, под прикрытие, как оказалось, менее опасного дома. Улица бурлила, она напоминала бешеный горный поток, и она грозила смести на своём пути всё и всех…
…Пока Олег находился в доме, ситуация в городе коренным образом изменилась в худшую сторону. Деревья и зелёная плесень на аллее остались, но они были уже не главнейшими действующими лицами, а всего лишь массовкой. Акценты сместились и на сцену событий вышли жилые дома. В микрорайоне преобладали многоэтажки, и они теперь стали напоминать гигантские деревья под ураганным ветром. С их крыш сыпались оставшиеся от прошлого телевизионные антенны; балконы и лоджии обрушивались вместе с теми, кто на них находился, падая на головы тех, кто оказался в этот момент под ними… Уже никто не думал ни о раненных, ни о погибших. Инстинкт самосохранения живых высокой бетонной стеной отгородил их от гуманизма, коллективизма и всех прочих ИЗМОВ, исключающих ЭГО…
Выбор у Олега был более чем небогатым. Или-или… Или сидеть в доме, дожидаясь, когда он рухнет, превратив его в фарш своими обломками, или нырять в этот живой безжалостный поток, надеясь, что тот не расшибёт его о камни и асфальт…
…Поток захлестнул и понёс. Олег по жёсткому приказу инстинкта самосохранения послушно тёк вместе с ним, старался не отвлекаться и не спотыкаться. Чтобы не опрокинули, чтобы не втоптали в землю, чтобы другие не ступали по его дёргающемуся в агонии телу, как он сам ступал сейчас по чему-то или кому-то мягкому, сочащемуся жидкостью, захлёстывающей низкие бортики туфель…
Но он всё видел… Как раскачивались безлистые деревья рядом с тротуарами и в сквере, энергично шевеля бывшими своими ветками, теперь больше похожими на щупальца… Как эти щупальца, удочками забрасывавшиеся в плотный живой поток, выхватывали из него людей… Как в стволах этих тоже бывших деревьев распахивались широкие клыкастые пасти, жадно заглатывавшие все, что попадалось в длинные щупальца… Поток нёс Олега мимо всего этого кошмара, и он видел торчащие из пастей в стволах руки, ноги, головы со слепыми неподвижными глазами и синими языками в оскаленных окровавленных ртах…
Олег совершенно не слышал криков несчастных. Слух, уже уставший от непрерывных воплей, криков и визга, почти намертво заблокировался, щадя уязвимую психику. Он только выдел. Видел потому, что не мог закрыть глаз, боясь потерять ориентировку, и не имел возможности от всего этого отвернуться…
Глава № 2
…БТР он увидел издали. Живой поток быстро тащил его по проспекту Труда, посреди которого над головами толпы сиротливо и даже как-то несуразно торчала мощная бронированная машина. По внешнему виду это был, скорее всего, восьмиколёсный плавающий БТР-80 с тридцатимиллиметровой пушкой, спаренной с пулемётом калибра 7,62 миллиметра. На крыше армейского вездехода и вездеплава одиноко стоял солдат в форме защитного цвета, с автоматом, висящим на ремне на шее, и, отчаянно размахивая руками, что-то кричал оглохшей от самой себя толпе, но звуки его голоса безнадёжно тонули в рёве всеобщего ужаса. Судя по яростному выражению его лица, солдат чего-то требовал, однако толпа сейчас реагировала лишь на инерцию собственного бегства. БТР был неподвижен, а она пока видела спасение только в непрерывном однонаправленном движении…
А Олег вдруг поверил, что солдат может предложить ему нечто, отличное от ассортимента поступков обезумевшего человеческого табуна. Ему очень хотелось в это верить. Толпа была бесперспективна по своей сути, ибо управлялась инстинктами, а не разумом. Разум буквально растворился в её ужасе, как ложка сахара — в озере, и его концентрация в полученной смеси была слишком мала, чтобы играть в поведении толпы хоть какую-то роль…
Олегу стоило немалых усилий сместиться в быстром людском потоке таким образом, чтобы главным течением быть вынесенным на БТР. Его чуть не раздробили об уже окровавленные бронированные борта, но он заранее поднял вверх обе руки, и изо всех сил горла заорал что-то нечленораздельное, демонстративно сигнализируя о своём желании попасть на этот стальной обитаемый остров.
К счастью, солдат его увидел. С радостным лицом, он резво нагнулся, нависнув над живым потоком, и выхватил из него Олега одним коротким, мощным рывком. Силёнкой его природа явно не обделила.
— Привет!!! Зовут как?!! — крикнул он спасённому в самое ухо, чтобы не соревноваться в горлодёрстве с толпой.
— Олег!!!
— А меня — Костя!!! Стрелять умеешь?!!
Олег испуганно посмотрел на беззащитный людской поток, мчавшийся куда-то у их ног.
— В кого?!! В них?!.
— Из автомата?!! — продолжал интересоваться Костя, поморщившись от его бестактности. — Из пушки?!! Из пулемёта?!!
— Умею!!! — уступил его напору Олег. — Из всего!!! Был в армии десантником!!! Учили когда-то этому!!!
— Нормалёк!!! — обрадовался Костя. — Тогда отобьёмся!!! А то одному несподручно!!!
— От кого это мы с тобой отобьёмся?!! — опять переполошился Олег и показал рукой на уже истощавшийся поток человеческого безумия. — От них, что ли?!!
— От всех!!! — крикнул Костя, пока не конкретизируя.
Парень был явно не в себе. Скорее всего, от волнения. С кем это он собирался тут воевать? С ополоумевшими от страха людьми?.. С ожившими деревьями?.. С рушащимися домами?..
— Ты один здесь?!! — Олег заглянул в люк, пытаясь разглядеть в бронемашине других солдат.
— Бросили все!!! — коротко ответил Костя с нескрываемой злостью. — Я механик-водитель!!! Ждали приказа, а тут эти как налетели!!! И связь сломалась!!! Гляжу, а уже и нет никого!!! Один я остался!!! Тоже хотел слинять подальше, да сквозь них разве пробьёшься!!! Одного затопчут, а на машине — сам многих передавлю!!! Пережидал!!! Потом опомнился и понял, что на этой штуке и драпать, и отбиваться гораздо сподручнее!!! Только не одному!!! Хотя бы вдвоём!!! Чтобы один вёл, а другой отстреливался!!!
— Ага!!! — поддакнул Олег, чувствуя, что парень определённо не в себе от сумасшедших событий, и лучше не вступать с ним пока в слишком серьёзные разговоры. Ладно, толпа рано или поздно иссякнет до безопасной концентрации, а там видно будет. Хотя из плотно стоящих, теперь раскачивающихся, как бамбук, и цепляющихся друг за друга небоскрёбов, все рвались на эту дорогу, почти недосягаемую для падающих домов и живых деревьев, но не может же это продолжаться бесконечно!
Сколько жителей в этом микрорайоне? Сто тысяч? Двести? Триста? Сколько бы их ни было, рано или поздно его покинет последний живой…