Чтение онлайн

Пока люди собирали вещи, я ещё раз оглядел лагерь. Разбитые контейнеры, кровь, сломанные тела — всё это напоминало о недавней бойне. Это место уже никогда не будет прежним. Но что делать дальше? Увести этих людей с собой? Куда? У меня не было ответов, но был один верный принцип: нельзя останавливаться. И если уж я их освободил, то не брошу на произвол судьбы.

Мой взгляд снова упал на Лизу. Всё-таки это странное чувство не покидало меня. Как всё могло сложиться иначе? Если бы она выбрала другой путь? Если бы я успел понять, кем она была на самом деле, раньше? Но теперь было поздно. Её фанатизм уничтожил не только её саму, но и всех, кто встал на её сторону. Она стала символом того, каким я никогда не хотел быть.

Ко мне подошёл тот самый мужик, который ранее задавал вопросы. Его вид был ещё более измождённым, но теперь в глазах читалась некая решимость. Кажется, в глубине души он уже принял какую-то правду о своей ситуации. В руках он держал небольшой мешок, явно набитый чем-то, что удалось собрать из лагеря.

— Мы начали собирать всё, что можно унести, — сказал он. — Но это займёт какое-то время.

Я кивнул, слушая его. В лагере слышалась суета остальных. Люди бродили среди разрушенных контейнеров, собирая припасы, что оставили бандиты.

— Мы… — Мужик запнулся, а потом, словно переборов себя, продолжил: — Мы не знаем, куда идти. Тут таких, как эти, — он кивнул в сторону тел бандитов, — ещё много. Нам нужно прибиться к нормальному месту. Туда, где есть шанс выжить. Может, ты знаешь такое место?

Его слова повисли в воздухе. Я смотрел на него, а в голове мелькали воспоминания о деревне, где остался Ваня и остальные. Да, там были люди. Люди, которые учились выживать, боролись за свои жизни, укрепляли свои дома. Но этот лагерь… он был укреплён куда лучше, чем наша деревня. Бандиты действительно вложились в создание своей цитадели. Здесь были и высокие заборы, и наблюдательные вышки, и целые ряды контейнеров, которые можно было использовать для защиты и жилья.

Я посмотрел в глаза этого мужчины и задумался: а нужно ли им идти куда-то ещё? А нужно ли мне?

— Собери всех, — сказал я наконец. — Надо поговорить.

Мужчина кивнул и поспешил исполнить просьбу. Я остался стоять на месте, наблюдая, как пленные потихоньку собираются в центре лагеря. Их лица были разные: страх, усталость, надежда. Кто-то всё ещё сжимал найденные вещи, будто это единственное, что у них осталось в этом мире.

Когда все собрались, я сделал шаг вперёд, стараясь привлечь их внимание. Люди начали шептаться, переглядываться. Один мужчина выпрямился, словно ожидая важного объявления.

— У нас есть выбор, — начал я, глядя на собравшихся. — Мы можем уйти отсюда и искать место, которое, возможно, будет безопасным. Или можем остаться здесь.

Толпа зашумела. Кто-то испуганно оглянулся на заборы лагеря, будто уже видел, как на них надвигается новая опасность.

— Подумайте, — продолжил я, подняв руку, чтобы успокоить их. — Лагерь укреплён. Здесь есть заборы, здесь есть вышки. У нас достаточно провизии, чтобы продержаться долгое время. У вас есть опыт — вы умеете добывать лут с зомби. Да, вас заставляли это делать, но вы умеете. Так зачем нам рисковать и уходить куда-то в неизвестность?

Толпа загудела сильнее. Некоторые кивали, соглашаясь со мной, другие спорили, высказывая свои сомнения. Я смотрел на их лица, стараясь понять, кто из них уже готов принять этот план, а кто ещё не уверен.

— Послушайте, — сказал я громче, перекрывая шум. — Здесь у нас есть шанс построить что-то своё. Что-то, что не будет зависеть от бандитов и их законов. Если мы будем держаться вместе, если будем работать, мы сможем выжить. Мы сможем не только выжить, но и жить.

Шёпот начал затихать. Кто-то в толпе кивнул, другие переглянулись. Мужчина, который первым подошёл ко мне, шагнул вперёд.

— Он прав, — сказал он твёрдо. — Здесь есть всё, чтобы выжить. Если мы будем вместе, мы справимся.

Эти слова будто сняли напряжение. Люди начали кивать, соглашаться. Один из них, женщина средних лет, вытерла слёзы и прошептала:

— Это лучше, чем снова бежать и быть пойманной такими же или нарваться на монстров.

Толпа окончательно успокоилась, и я понял, что они приняли мою идею. Мы останемся здесь.

Теперь у меня в голове начала крутиться новая мысль. Если лагерь настолько хорош для них, то почему бы не перевезти сюда и деревенских? Здесь действительно было больше места, да и укрепления бандитов можно использовать для обороны. Это место могло стать настоящим оплотом.

— Тогда так, — сказал я, возвращая внимание к себе. — Сейчас все приводят себя в порядок. Нормально поедим, обработаем раны, разберёмся с вещами. Завтра начнём организовываться. И запомните: теперь это ваш лагерь. Всё зависит только от вас.

Люди кивнули, и я видел, что напряжение понемногу уходит. Они начали расходиться, кто-то отправился к контейнерам, кто-то к месту, где остались брошенные костры. Одна женщина подошла ко мне и тихо поблагодарила. Я лишь кивнул в ответ.

Система, как всегда, решила подкинуть мне сюрприз в самый неожиданный момент. Едва я провожал взглядом женщину, которая поблагодарила меня за спасение, перед глазами вспыхнуло очередное сообщение:

Задание выполнено: Освобождение пленников.

Ваша награда:???

— Ну вот, — пробормотал я, глядя на сообщение. — Опять загадки.

Сколько раз я уже видел это «???», и каждый раз это было либо чем-то крайне полезным, либо очередной головной болью. Но сейчас не было времени гадать. Важнее всего было привести этих людей в чувство и организовать их на дальнейшие действия. А вопросы к Системе я оставлю на потом. Всё равно она ничего не объяснит.

Я направился к кострам, где уже начали раскладывать собранную еду. Люди набросились на провизию с жадностью, которую можно было понять. Кто-то ел руками, кто-то нашёл ложки и даже миски, оставшиеся в лагере. Это был не ужин, а настоящее пиршество — по меркам выживших в этом проклятом мире. Аромат запечённого мяса, тушёных овощей и даже чего-то похожего на суп наполнил воздух. Это место впервые за долгое время стало казаться хоть немного живым.

Я тоже перекусил, хотя ел медленно, наблюдая за людьми. Они постепенно приходили в себя. Кто-то начал улыбаться, кто-то даже смеяться — это было странно и неожиданно приятно. Они были живы, и это было самое главное.