Чтение онлайн

Отвязали бывшего циркового артиста, он слабым голосом чего испить просит.

— Да…а, — покачал головой предгорсовета. — Шутка серьезная, не вышло бы чего!—Тут техник-изобретатель выступает, гордится своей точной механикой:

— Ничего, говорит, здесь произойти такого не может. Тормоза научно рассчитаны и ремни на разрыв опробованы, вола при всей быстроте выдержат.

— Если так, — замечает Федотову — то пробуйте сегодня вечером. От себя ставлю еще пол литра герою полетчику.

Мы прокричали ура предгорсоветчику и разошлись.

И началась у нас в саду новая эпоха: культуры и отдыха! Хулиганство сошло почти на нет, мирные граждане стали свободно передвигаться во всех направлениях. Даже молодые бабы и те частенько пробегали по дорожкам нетронутые. У аттракционов всегда молодежь теснится. Кто на коне гарцует, кто кружит вниз головой на лодке, кто с вышки сигает, но больше всего мачтой, прозванной Тарзаном, интересу юте я. Милицейские те не нарадуются, вдали парами прогуливаются, возле душистого табачка останавливаются, нюхают!

Вскоре наступил какой-то советский праздничек. В парке у нас назначено усиленное гуляние с действием пожарного оркестра. Предгорсовета, который давно своим детищем интересовался и спрашивал, мне звякнул: — Это ты, товарищ Сучкин, у телефона? Я думаю сегодня вечером в саду побывать. Приходи и ты, вместе обсудим дальнейшее благоустройство. Будешь? Пока…

Вечером действительно приезжает со всей свитой. Пошли в обход. Народ на нас ноль внимания, на эстраде пожарники вальс зажаривают, молодежь танцует, боевики же вокруг аттракционов — словом все заняты, — культура! Предгорсовета товарищ Федотов все обошел, свои одобрительные замечания сделал. Наконец, подошли мы к Тарзану. За истекшее время здесь много усовершенствований введено. Установлено, что за три полета вниз личиком — пол литры (личиком вверх — дешевле), если на землю острые шипы положены — то два полета достаточно и т.п. Твердые сломом правила!

Когда мы приблизились, на Тарзане как раз молотобоец-стахановец Голенищенко приземлился. Две литры заработавши. Отвязали стахановца и под руки по кругу водят, пар с него идет и излишняя бледность заметна.

— Это у меня первый случай, чтобы кто с одного сеанса две литры снял, — говорит механик при Тарзане — Взаправду стахановец! После такой закалки ему без парашюта с невысокого многоэтажного дома можно прыгать без опаски!

Народ вокруг подтверждает: - Очень свободно!

Товарищу Падь стало досадно, что мы на демонстрацию Тарзана опоздали и желающих лететь больше нет, он и говорит:

— Тому, кто сейчас еще полетит, дарю в презент эти заграничные часики, анкер, на 17 камнях!

Ребята молчат, только глаза разгорелись. Ой, думаю, как бы здесь без полета не обошлось, напрасно Падь часами размахивает!

Голенищенко тем временем немного отдышался и к нам подходит без посторонней помощи. Услыхал про богатую фанту и говорит хриплым шопотом:

— Вяжи обратно, полечу опять к чертовой матери!

Привязали парня, для интересу шипы на землю положили. Потом он благополучно высоту набрал и стал спуск производить. Когда приземлился, смотрим, он не шевелится, и дышит ли, неизвестно. Вызвали, конечно, скорую помощь с носилками, в больнице постепенно очухался.

Очень омрачило это происшествие нашу инспекцию, товарищ Федотов домой уехал. А тут еще и спор вышел: друзья пострадавшего презент стали от товарища Падь требовать для передачи Голенищенко, он, говорят, пари выиграл. Падь возмутился:

— Какого черта, говорит, выиграл! Так можно и дохлую кошку привязать и по воздуху махнуть. Дари ей швейцарские часы потом, что ли?!

К нашему счастью усиленный наряд милиции к месту подтянулся, а то бы не ушли.

Сад наш функционировал до самой войны, аттракционы даже прибыль городскому хозяйству стали приносить, только Тарзана, по распоряжению Федотова закрыли. И напрасно, очень содействовал благоустройству города.

Чертежик Тарзана я, по правде сказать, в Америку захватил. Хорошие деньги здесь заработать можно, предпринимателя только найти. И для Нью-Йорка была бы большая польза: снизил бы аппаратик обязательно число изнасилований и других мелких происшествий. А если по увеселительной линии не подошел бы — народ здесь без нужной закалки, то можно Тарзана предложить тюремному ведомству. В порядке, так сказать, внедрения новой техники и в дополнение к электрическому стулу. Суды могли бы выносить приговоры вроде: присуждается за выдающуюся деятельность сын и наследник Кокосового Короля к уплате подоходного налога полностью и к двум Тарзанам.

Во времена НЭПА я как-то вечером зашел к своему приятелю Эдуарду Зуппе, охотнику и, следовательно, отличному человеку.

— Эди! — сказал я, усаживаясь на диван. — Завтра суббота. Надо куда-то ехать за утками.

Эдуард принимал меня в халате, так как только что взял ванну. От его большой, упитанной фигуры шел еще пар и он пребывал в приятном, распаренном состоянии духа.

— Це дило треба разжувати, — решил он.— Сейчас будем пить чай с вареньем и дело разжуем досконально. Полагаю, что нам нужно двинуть к хохлам в Широкий Лог. Что ты на это скажешь?

На следующий день после обеда мы на линейке весело трусили на охоту. Путь за разговорами прошел незаметно. Часа через три мы уже въезжали во двор небольшого, расположенного на высоком холме, дома.

Отсюда была видна вся ширь весеннего разлива. Воды Дона и Аксая соединились, и на тысячи километров залили займище. Лишь там и здесь виднелись заросшие кустами острова. Утиное и гусиное царство!

По славной традиции со времен Тургенева, достоинство охотничьего рассказа тем выше, чем меньше в нем повествуется об охоте, поэтому не буду останавливаться на наших вылазках. Примечательна была наша первая поездка в Широкий Лог не тем.

Еще вечером по приезде мы пошли осматривать фруктовый сад, спускающийся пологими террасами в глубокую балку. Сад был в цвету! Я к сожалению не поэт и не могу передать хотя бы приблизительно прекрасного зрелища. Казалось, природа открыла здесь конкурс на мягкость красок и совершенство форм. Взгляд не знал на чем остановиться, чему отдать предпочтение: цветущей ли вишне, нежно-розовому букету яблонь, простоте и изяществу белых нарядов абрикосов, черешень, слив. Все было прекрасно, все было совершенно, все было сказочно в этот весенний вечер в фруктовом саду.