Чтение онлайн

— Да вот, Михаил Владимирович, — повернулся к старику контр-адмирал, — юноша представился боярином, позвал на разговор, хотел реквизировать Грозного, а теперь молчит.

За стариком из шлюза выходили бойцы. Целая рота. И все, почему-то, тоже в красных гардемаринах. Не пойму, куда делись наше стандартные цвета?

— Ну что же Вы нос повесили, мичман, — безопасник старался излучать дружелюбие, но у него слабо получалось, мешал цепкий и холодный взгляд.

Видимо, судьба у меня такая. Из огня, да в полымя…

Хорошо Лира с Варей в безопасности. Увидеться бы с ними и с мамой, хотя бы на один взгляд. Маленькую, короткую встречу! С сёстрами ещё можно, с отцом. С Дедом не надо, до казни не доживу…

— Нашего Ивана реквизировать? — удивился Михаил Владимирович, подходя ближе и вставая в ряд с остальными офицерами. — А теперь молчит?

— Так точно, вот, ознакомьтесь, — подтвердил контр-адмирал, и протянул свой коммутатор старику, — но, думается мне, господа, что это розыгрыш.

— И я б молчал, вон, — Михаил Владимирович, не отрываясь от чтения, указал на полковника морпеха, — Леонтий Карпович, как смотрит, прям поедом ест.

— За честь морской пехоты переживает, наверное, — пожал плечами безопасник.

Он, наконец-то, отвёл от меня взгляд и посмотрел на коллег:

— Если это розыгрыш, Бенедикт Карлович, то ведущий уже должен выпрыгнуть с песнями и плясками. Пока же ситуация тянет только на смертный приговор за политическую провокацию, дабы разжечь смуту и волнение среди аристократов, — Он вновь пронзил меня взглядом, и никакими улыбками уже не пахло. — Хотите спеть, мичман? Или Вас заставить?

Долг — отечеству, честь — никому, как написано в кодексе чести офицеров. Так что сам себе пусть поёт, я не скоморох на ярмарке. И пусть не пугает, пуганный. К чему он вообще политику сюда приплёл? Песню ему ещё…

В голову сами полезли слова нашей с бабушкой любимой песни. Воспоминания о доме переплелись с образами академии. Как сижу на вершине учебной станции, а вокруг один лишь космос. Тогда ещё кто-то…

Господи, да вот же они! Слова! Опустил забрало, и глаза забегали по строчкам поиска. Вот же оно! Включить!

Поднял забрало шлема обратно. Генералы даже не шелохнулись, смотрели на меня. Безопасник хотел что-то сказать и тут…

— Империя и Жизнь едины! — раздался припев из динамика инфопланшета.

Боярское устройство в моей руке мигнуло, появилась голограмма щита и меча, и на весь отсек зазвучал голос Могуты, не отличимый от того, что только что пел:

— Боярин Могутов. Именем Императора объявляю во всегалактический розыск князя Сладкобаева за нарушение законов Империи, всех участников преступного сговора брать живыми или мёртвыми.

— Ну вот, а вы говорили розыгрыш, — улыбнулся старик, возвращая инфопланшет контр-адмиралу, — А я ж смотрю, знак-то знакомый, Святогорыча нашего.

— И ребята из его части, — вдруг улыбнулся Леонтий Карпович, полковник морпех. — Это Христофорычу везде заговоры мерещатся, лишь бы разоблачить кого.

— Должность обязывает, — пожал плечами безопасник сохраняя невозмутимость.

— Да ты на лицо его глянь, — возмутился Леонтий Карпович.

— Всё в синяках и швах, — повеселел контр-адмирал, поглядывая то на одного, то на другого, как будто специально подзуживал.

— Потому что честный и обязательный, — парировал Леонтий Карпович, — и вообще, — он посмотрел на меня, Воислав Драгомирович Туров тебе кем-нибудь приходится?

— Дед, — прошептал я, не совсем понимая, что происходит. Меня казнят или милуют? Корабль дадут-то?

— Вот! — Леонтий Карпович торжественно воздел палец к верху, — Внук героя из наших, точно не будет в заговорах участвовать.

Безопасник на это только поморщился и ничего не стал отвечать, зато Михаил Владимирович подхватил беседу:

— Опа, помню такого, — неожиданно он беззвучно рассмеялся, и его лицо стало похоже на сморщенный шарик, — не его ли Светик награждать поехал, а того в палате не оказалось? На одной ноге ускакал жениться.

— Он самый, — поддержал веселье Леонтий Карпович, — отличный морпех, а невеста красавица, каких поискать, — он глянул на меня и спросил: — как она, кстати?

Отвёл взгляд в сторону и ничего не сказал, но они всё поняли без слов.

— Соболезную, — Леонтий Карпович встал по стойке смирно и снял с головы фуражку.

Все в отсеке повторили за ним. Даже бойцы в красных доспехах откинули шлема.

Мы простояли так минуту. Затем Михаил Владимирович вздохнул и, махнув нам с парнями рукой, развернулся к шлюзу.

— Ладно, пойдёмте догонять вашего графа.

Глава 28+Эпилог

Борт корабля встретил нас суетой. Матросы и офицеры крейсера (или эсминца, я так и не понял, какой класс у звездолёта) деловито сновали по отсекам. Занимали свои места.

Хотя, о чём я. Матросов не было. Ни одного. Звания моряков, что мы видели, начинались от лейтенанта.

Так, а почему мои бойцы ничего не сообщают?

— Держитесь рядом, — приказал по тактической связи парням, когда мы только направились к шлюзу.

Они и идут следом, но как-то странно, не решительно, молча.

Обернулся на них и тихонько, чтобы посторонние не услышали, спросил по внутреннему каналу:

— Вы чего?

— Командир, — отозвался за всех Гвоздь. — Это же щит и меч империи, Великий князь Михаил, и мы с ним…

Чего?! У меня ноги на ходу подкосились, хорошо, что доспех держит. Лекарства и медицинский модуль не позволили организму впасть в ступор. Зато в голове сразу всё смешалось, а потом встало на свои места.