Чтение онлайн

Тем временем, я вздрогнул. Глаза Николая вдруг стали какими-то совершенно безумными. Лицо налилось кровью, и он, к моему изумлению, вырвался из зыби, взлетев вверх. Повинуясь больше инстинктам, чем разуму, бросился в сторону и в место, где я стоял, ударила ревущая «шаровая молния», взорвавшаяся с оглушительным треском. Что тут творится?

Окончательно потеряв терпение, этот слетевший с катушек псих начал молотить своими «шаровыми молниями». Мне повезло, что, видимо, застилавшая ему глаза ярость мешала хорошо прицелиться. Иначе меня бы уже поджарили, а применять оружие последнего шанса, подарок японского Бога, мне не хотелось. Так что приходилось скакать как заяц по асфальту, метаться из стороны в сторону, пока Скуратов превращал пусть в и трещинах, но еще вполне целый асфальт в черное месиво из земли и смолы.

Но так продолжаться долго не могло, прыгать вечно невозможно. К тому же, по изуродованному асфальту делать такое проблематично, а когда у моего противника закончатся силы — неизвестно. Больной на голову в припадке не предсказуем. Поэтому решил, так как все правила уже нарушены, использовать кольцо телепортации.

Активация прошла успешно, и я оказался за спиной не понимающего, куда делась его жертва, Николая. Краем глаза замечаю, как вскидывают автоматы его охранники, но не решаются открыть огонь. Даже если они рискнут своей жизнью, так как ребята Шемякина тоже не будут просто на это смотреть, рисковать жизнью Николая, учитывая, что я стою на линии, стрельба по которой может зацепить его самого, они точно не станут.

Поэтому никто не мог мне помешать врезать «воздушным кулаком» в спину противника. Пусть знания в воздушной магии были у меня слабоваты, да и заклинание вышло хиленькое, но учитывая, что щит спину Скуратова не прикрывал, того швырнуло на землю. В следующую секунду я очутился около него и проткнул шпагой его плечо.

Бледный Скуратов подарил мне взгляд, полный ненависти, и отключился. К нему уже бежали спутники, а я, чувствуя тяжесть во всем теле и еле волоча ноги, отправился к моей ликующей группе поддержки.

Сразу попал в крепкие женские объятия и выслушал положенные по поводу победы восхваления. Лишь Шемякин и Гвоздев были серьезными и собранными. А по виноватому виду моего главы СБ догадался, что тот знает о выстрелах…

— Мы его ликвидировали, — тихо произнес он, посмотрев на меня, — но, видимо, поздно…

— Потом поговорим, — так же тихо ответил я и он, явно с облегчением, кивнул.

— Какой материал! — восхищенно сообщила мне Вероника, — это просто бомба! Я уже вижу, как все это нужно смонтировать!

Посмотрев в горящие энтузиазмом глаза девушки, только покачал головой.

Тем временем, наши противники, после того, как две целительницы, оказавшиеся среди охраны Скуратова, подлечили уже пришедшего в себя, но все еще бледного Николая, загрузились во флайер, ко мне подошел Горчаков. Вид у князя был мрачный, но, надо отдать ему должное, держался секундант моего противника с достоинством.

— Вы выиграли дуэль, князь, — сквозь зубы процедил он, — мы улетаем. Советую сделать вам тоже самое.

Развернувшись, он ушел, и через несколько минут мы остались одни. Я уже решил сообщить Шемякину, что нам тоже пора, но в этот момент раздался звук летящих флайеров и на Пустырь начали опускаться машины, из которых посыпались вооруженные люди. Бойцы Шемякина сначала дернулись, но мой глава СБ остановил их негромким: «Спокойно. Это свои». Понятно. Судя по всему, та самая подмога, посланная Трубецким. Но сильно припозднившаяся.

Иван переговорил со старшим прибывшей к нам поддержки и после этого мы, загрузившись в флайер, отправились в поместье. И вот тут мой плантел буквально взорвался от вала звонков и сообщений. Всю дорогу до своего имения, я только и делал, что объяснял, рассказывал и успокаивал своих верных последователей. Но про выстрелы во время схватки говорить не стал. Как и про поведение Николая в конце боя. Предпочел о таком не распространяться. Учитывая, что мой противник испортил им все зрелище, пришлось выслушать много нелицеприятных слов в его адрес. Надеюсь, Скуратову сильно икается сейчас.

Последним, когда мы уже шли на посадку, позвонил Император. Но я только успокоил его как и других, решив обо всем остальном и о том, чего не рассказал своей группе поддержки, сообщить уже в игре. А когда обосновался в апартаментах, отправив невест обсуждать в женском коллективе последние события, позвонил Трубецкой. Исидо, кстати, тоже ушел, так что разговаривал я с ним, можно сказать, в приватной обстановке. В кои — то веки остался один, если не считать Виль, которая, как всегда, в своем незаметном стиле устроилась в уголке комнаты и просто исчезла с глаз.

— Поздравляю, Веромир! — Трубецкой радостно приветствовал меня. И не только он. Одновременно я увидел появившиеся фигурки Демидова и Голицына. Вся дружная тройка в сборе.

— Спасибо, — произнес я и вопросительно посмотрел на Сергея Ильича, — сюрприз преподнес Скуратов, да?

— И не говори, — нахмурился тот, — конечно, ожидал от него какой-нибудь подлости, но то, что произошло, действительно оказалось неожиданностью. Ты хоть расскажи, как прошло?

— Ну, все оказалось не так просто, — хмыкнул я и вот им уже поведал о ходе боя и о сумасшествии младшего Скуратова в бою, и о выстреле снайпера.

После моего рассказа на некоторое время наступила тишина, которую нарушил Трубецкой.

— Тебе явно повезло, — медленно произнес он, — но вот скажи, если не секрет, как ты отразил выстрел? Обычный щит, даже темный, вряд ли с этим справится.

— Не секрет, — хмыкнул я, — мне дали один артефакт, усиливающий его.

— Кто? — мне показалось, что этот вопрос задали хором трое моих собеседников.

— Ты, конечно, можешь не говорить… — начал Трубецкой, но, признаюсь, делать из этого тайну точно не собирался.

— Брюс, — коротко сообщил я и все трое переглянулись.

— Ректор? — удивленно уточнил Демидов, — с чего бы это?

Я коротко передал им свой разговор с главой Академии.

— Странно, — задумчиво заметил Голицын, — что-то не замечал я за ним такой благотворительности.

— Да о его скупости легенды ходят, — согласился Трубецкой.

— Но вот так, — пожал я плечами. Именно это меня и спасло.

— Знаете, Веромир, — после недолгой паузы обратился ко мне Сергей Ильич, — все это, на самом деле,весьма интересно. Думаю, стоит этот вопрос изучить. Понимаете, князь,Брюс — человек очень непростой и никогда не будет делать чего-то без весомой пользы для себя. И, извините меня за прямоту, но то, как он объяснил свою помощь вам, звучит очень неубедительно.