Чтение онлайн

Мифы, однако, создаются для публики. Сами же мифотворцы руководствуются планами.

Они ими и руководствовались. Накануне Крымской (Ялтинской) конференции состоялась ещё одна конференция — на острове Мальта совещались отдельно союзники. Там-то, 1 февраля 1945 года, английский министр иностранных дел Энтони Иден и сделал откровенное (чего стесняться — вокруг исключительно свои!) признание:

Итак, Черчилль и Иден, а точнее — английские правящие круги, еще не покончив с немцами, уже обдумывали вопрос — как бы обмануть русских и всучить им за их добротный товар свой гнилой?

Пожалуй, неплохим комментарием к такой позиции могло быть мнение Рузвельта, высказанное им через три дня — 4 февраля 1945 года, уже в Крыму в беседе со Сталиным:

Сталин в ответ заметил, что это удачно сказано.

Сказано было действительно удачно, но главное — точно. Кому как не президенту Америки было знать аппетиты и склонности своих старших по возрасту, но младших по положению «братьев» из Старого Света?

Впрочем, оценку Рузвельта можно было бы адресовать и самим янки.

Забавный момент! В Ялте Черчилль вдруг стал плакаться! Во время заседания 5 февраля он вначале предался воспоминаниям о ситуации после Первой мировой войны и заявил, что «репарации доставили тогда большое разочарование», что от Германии удалось-де получить «всего лишь 1 миллиард фунтов», да и того не получили бы, если бы «США и Англия не инвестировали денег в Германии».

По Черчиллю выходило, что Англия взяла у немцев лишь «несколько старых океанских пароходов», зато «на те деньги, которые Германия получила от Англии, она построила себе новый флот». Мол, «англичане в конце прошлой войны тоже мечтали об астрономических цифрах, а что получилось?»

Стоило ли побеждать тевтонов?

Имея в виду уже сегодняшний день, Черчилль заявлял, что если бы он, Черчилль, «считал возможным поддержать английскую экономику путём взимания репараций с Германии, он решительно пошёл бы по этому пути». Но он-де «сомневается в успехе».

В общем, Черчилль заранее пытался настроить Сталина на то, что после победы Россия ни на что существенное от Германии рассчитывать не должна. Однако сэр Уинстон забыл, что в лице Сталина имеет дело отнюдь не с английским парламентарием. Вот часть их диалога на том заседании…

То есть на всех этих жалобах Черчиллю, что называется, «не обломилось». Хотя он не лгал, когда заявлял, что в нынешней войне Великобритания сильно пострадала, что она задолжала большие суммы помимо ленд-лиза и её общий долг составляет 3 миллиарда фунтов.

Но тут уж виновен был сам Черчилль — именно он ввязал Англию не в «странную войну», как Чемберлен, а в самую настоящую жестокую воздушную «Битву за Британию» во имя будущей гегемонии в Европе и в Англии Соединённых Штатов.

Должки-то бритты имели перед янки.

Самое же смешное «отмочил» вслед за Черчиллем Рузвельт. По его словам, Америка на той, первой,войне тоже только проиграла, чуть ли не облагодетельствовав при этом Германию. Знакомый с сутью дела читатель может мне не поверить, но вот точная протокольная запись от 5 февраля 1945 года:

Удивительными всё же «благодетелями» человечества и «альтруистами» оказались ялтинские собеседники Сталина! Они затеяли две мировые войны исключительно для того, чтобы «проучить тевтонов». Ну, а то, что в результате уже Первой мировой войны более двух третей золота в мире оказалось в США, было пустяком, не стоившим ни англосаксонского, ни вообще чьего-либо внимания.

Надо сказать, что Сталин и его сотрудники слёз по поводу «утрат» бриттов и янки проливать не стали — в Ялту из Москвы не щеголеватые ельциноиды приехали, а выдающиеся политики и выдающиеся патриоты. Поэтому член советской делегации Иван Майский, посол Москвы в Лондоне, в два счёта не оставил от «аргументов» Черчилля и Рузвельта камня на камне.

Майский пояснил, что неудача с репарациями в той войне объясняется не их чрезмерностью, а тем, что «союзники требовали с Германии репарации не в натуре, а главным образом в деньгах».

«Если бы союзники были готовы получать репарации в натуре, — прибавил Майский, — никаких осложнений не вышло бы».

Майский — конечно, по согласованию со Сталиным — показал, что репарационные требования СССР не чрезмерны, а скорее скромны. При этом Майский замечал (цитирую по протоколу заседания 5 февраля):

Майский был прав, конечно, напомнив к тому же, что «послевоенная Германия будет совершенно свободна от расходов на вооружение» и «это даст большую экономию».