Чтение онлайн

Павел Терешкович в очерке «Русские в Беларуси: постинтернационалистская рефлексия» (журнал «Неман», 1992, № 6) писал:

«Иван III объявил себя не просто царем, а еще и государем «всея Руси». Беларусь и Украину он рассматривал как «из старины от прародителей отчизну» и обещал, что воевать будет до тех пор, пока не отвоюет все, «и мира с Литвой не будет, а перемирия нужны лишь для того, чтобы собраться с силами». Эта идея и определяла политику России по отношению к своему ближайшему соседу на протяжении 300 лет, до тех пор пока Екатерина II, по-воровски разделив Речь Посполитую, не заявила: «Отторженая возвратах».

Несмотря на эти и другие факты, россияне и пророссийски настроенные беларусы парадоксальным образом трактуют политику России в отношении к Беларуси как «братскую», игнорируя ее истинную суть — имперскую экспансию. Неудивительно, что при таком подходе они отрицают (либо скрывают) преступления царского и коммунистического режимов, а историю нашей страны подают в предельно искаженном виде.

Мифом являются современные суждения о том, что в прошлом беларусы и русские были «одним народом». Это глупость, основанная на махровом невежестве. Литвины (предки беларусов) и московиты (предки русских) жили в разных странах, где сформировались разные цивилизации (разные обычаи, традиции, уклады жизни, социальные отношения, религии, законы, даже одежды и кухни). Но современные российские авторы нынешнее кажущееся подобие между беларусами и русскими экстраполируют в прошлое, когда основным видом контактов между двумя народами были войны. В эпоху Речи Посполитой русские воспринимали беларусов (в тогдашних понятиях — «литву») как врага, который «хуже татарина».

Любопытно то, что такое восприятие было присуще преимущественно представителям власти, служилым людям (военным) и землевладельцам (помещикам). Что же касается крестьян, то они массово к нам бежали. По данным российских властей, только с 1719 по 1727 гг. (за 8 лет!) в ВКЛ бежали из России 198 тысяч человек, в том числе из Московской губернии — 68 тысяч, что составило 3,4 % ее населения. От нас же в Россию никто никогда не бежал. Помимо крепостных крестьян, спасавшихся от безудержной эксплуатации и дикого произвола помещиков, среди беглецов из России было немало православных-староверов, которых преследовали якобы «православные» российские власти.

Несколько лет назад генерал Альберт Макашов и коммунисты ввели в употребление термин «этническая оккупация»: мол, евреев в Российской Федерации какой-то ничтожный процент, но они составляют непропорционально большую часть в правительстве, среди «олигархов», деятелей культуры, сотрудников средств массовой информации. Караул! Россией правят некоренные жители.

А какова была картина в беларуских губерниях (т. е. в Северо-Западном крае) поданным Всероссийской переписи 1897 года? Русских оказалось всего лишь 235 тысяч человек (3,6 % населения). Но они составляли у нас 10 % купечества, 19 % дворян, 46 % чиновников и 54 % духовенства. Вот вам колониализм в чистом виде! Никакой генерал Макашов не докажет обратного, потому что статистика — это цифры, а не эмоции.

При этом надо выделить и подчеркнуть весьма красноречивый факт: 145 тысяч человек (61,7 %) из общего числа 235 тысяч являлись «русскими кадрами» среди аборигенов, которых метрополия подготовила на месте для управления своей колонией. То есть «вчера» был беларус, а сегодня себя записал в «русские» ради собственного материального благополучия. Проще говоря, продался. В списке претензий генерала Макашова к евреям России такого «преступления» нет: никто в России из русских в евреи не записывается, чтобы сделать себе карьеру.

Павел Терешкович о них говорит так:

«Это беларуские Иваны, не помнящие родства, для которых «западнорусизм» стал не только идеологией, но и формой этнического самосознания…В начале XX века «западнорусисты» обнаружили, что, оказывается, есть еще кого ненавидеть «с болью и наслаждением» (как они ненавидели поляков и евреев) — беларусов. Тех беларусов, которые посмели заявить, что край этот не только не польский, но и не русский, а есть радз1ма, Беларусь. «Европейско-масонский план разрушения русского государства», «белорусская белиберда» — вот примеры перлов изящной словесности, обрушенных на головы издателей «Нашей швы».

И еще один парадокс из той же рубрики. В январе 1989 года в Беларуси насчитывалось 1 млн 342 тыс. русских, это 13,2 % населения. По переписи октября 2009 года число русских сократилось до 788,8 тыс. и составляло уже только 8,3 % населения. А беларусы (7 млн. 954,8 тыс.) составили уже 83,7 % населения. Таким образом, как отметил беларуский историк Анатоль Тарас, за 20 лет доля русских сократилась на 4,9 % (в абсолютных цифрах — на 553 тыс. чел.), доля же беларусов выросла на 6,3 %.

Куда подевались более полумиллиона русских в Беларуси? Как это объяснить? Как ни странно, именно тезисом нынешних российских коммунистов о том, что «евреи СССР мимикрировали под русских для вхождения в российские власть, культуру, науку и прочее». Коль там была эта «мимикрия», то была она и в БССР. С 1989 года начался массовый выезд евреев из БССР в Израиль, США, ФРГ и другие страны. Но к тому времени большинство их имело русские фамилии, потому они искали метрики родителей, свидетельства синагог и другие доказательства своего еврейского происхождения, чтобы представить их в «органы». Этот массовый «исход» сынов и дочерей авраамовых продолжался 15 лет. Результат известен. Во-первых, евреев в Беларуси по переписи 2009 г. осталось всего-навсего 0,09 % (около 8,5 тыс. чел.); во-вторых, значительно сократилась численность русских.

Столь быстрое уменьшение «русской диаспоры» в Беларуси в 90-е годы связано не с депопуляцией, а с тем, что существенная ее часть оказалась на деле еврейской и покинула нашу страну. Миф о «русской диаспоре» в Беларуси подрывают и приведенные выше данные переписи 1897 года, согласно которым уже тогда этническими беларусами были 145 тысяч (61,7 %) среди 235 тысяч «русских». Сегодня тенденция иная — в национальном государстве многие дети от смешанных браков предпочитают называть себя беларусами, потому пропорция беларусов в стране растет, и будет расти. Это прямо противоположно тенденциям в царской России и в СССР.

Так рухнул миф о том, что в Беларуси «весома русская диаспора», а это, в свою очередь, доказывает «историческое единство двух народов». История у нас действительно богата общими событиями. Но события эти злые, переполнены насилием, называть их «общей исторической судьбой двух народов» могут только те деятели, которые намерены и дальше продолжать такое насилие. А вот «единства двух народов» как не было, так и нет.

Сегодня русские, приезжающие в Беларусь, на собственном опыте убеждаются в том, что никогда они беларусов не знали и не понимали. Вот яркое подтверждение: рассказ об опыте общения беларуских гидов с туристами из России.