Чтение онлайн

Весной 1919 г. полыхало Поволжье до Астрахани, Черноземье от Курска до Тамбова, Тверская губерния. И в других уголках Советской России было неспокойно. Ленин на VIII съезде РКП(б) 18-23 марта заявил о курсе на союз с крестьянами и провозгласил лозунг «не сметь командовать!» Впрочем, при сохранении коммунистической диктатуры он имел мало смысла и был прототипом сталинской борьбы с «перегибами». Но на короткое время большевики стали вести себя осторожнее в деревне. До некоторой степени смягчилась политика в отношении социалистических партий.

Немаловажно, что Крестьянская война, одним своим концом ударившая по коммунистам, другим била по белым. Против Колчака действовали партизаны самых разных направлений от большевиков до эсеров и анархистов. После прихода в Сибирь красной армии и установления порядков военного коммунизма партизанские вожди продолжили борьбу уже и против новой власти. Большевики называли их бандитами, они считали себя настоящими большевиками или анархистами.

Впрочем, мещанское сознание недоверчиво к стремлению людей бороться за свои идеалы. Миф видит в повстанческих движениях лишь авантюризм и уголовщину, которая только прикрывается идейными знаменами. Это позволяет коммунистическим и белым авторам без лишних усилий отмахнуться от анализа тех идей, которые не вписываются в простую красно-белую картину. В.Л. Телицин пишет об одном из повстанческих лидеров, в отрядах которого большим влиянием пользовались анархисты: «Не убедительными представляются попытки подвести под выступления вчерашних крестьян политическую основу… Лозунги об отрицании какой-либо власти еще не означали приверженности анархизму. Тот же Рогов в тех деревнях, через которые следовал его отряд, сохранял всю структуру местного (волостного) управления. Его «анархизм» объяснялся обидой, нанесенной большевиками, отсюда и эмоциональный порыв. Никакой идеологической подоплеки здесь не было» [262] . На деле все оказывается сложнее. Стоит внимательнее рассмотреть события, о которых пишет В.Л. Телицин, как в его схеме обнаруживается целый букет нестыковок. Во-первых, анархизм не требует отрицания местного управления. Во-вторых, Рогов действовал в союзе с анархистами, но себя анархистом не объявлял. Лидером анархистов в этих местах был И. Новоселов, который возглавил повстанцев после гибели Рогова [263] . Новоселов стал анархистом задолго до того, как большевики нанесли обиду Рогову, так что объяснение В.Л. Телицина «не срабатывает».

Идея власти советов, местного самоуправления, близкая лозунгам не только анархистов, но и большевиков образца 1917 года, была ближе всего народному крестьянскому идеалу с его общинной традицией, сельским миром и недоверием к городской эксплуататорской культуре.

В большинстве своем крестьяне не ждали Колчака и Деникина как освободителей и не желали помогать «помещикам». Наступление белых заставляло крестьян потерпеть со своими претензиями к большевикам, тем более, что мобилизация и продразверстка вычерпали возможности села, и в коммунистическом наступлении на деревню наступила пауза. С конца лета 1919 г. крестьянская война на советской территории временно идет на спад. Крестьяне решили подождать, пока красные справятся с белыми.

В советское время считалось, что гражданская война в европейской части страны завершилась в 1920 г. с разгромом Врангеля, а на Дальнем Востоке — в октябре 1922 г. В действительности же в 1921 г. почти по всей стране еще шли бои. Это время подъема крестьянской войны и рабочих волнений. В 1921 г. произошел последний всплеск Гражданской войны и революции, который определил их итоги. Крестьянские восстания ширились, охватив Тамбовщину, Сибирь, Северный Кавказ, Украину. Более мелкие отряды действовали практически во всех губерниях России. Эта фаза Российской революции и сопровождавшей ее Гражданской войны оказалась важнейшей, потому что их исход определялся уже после разгрома белого движения.

Одним из крупнейших очагов гражданской войны «после Врангеля» была Тамбовщина. Характерно, что в 1917 г. эти места были одним из очагов выступлений крестьян, которые, не желая дожидаться Учредительного собрания, самочинно захватывали помещичьи земли и уничтожали усадьбы. Теперь на Тамбовщине развернулась жестокая вендетта — коммунисты расстреливали крестьян и разоряли деревни, крестьяне жестоко убивали всех, кто служил коммунистической власти. Повстанцы сформировали три армии с четкой организацией и контролировали сельские районы губернии. Поступления хлеба из нее практическим прекратились.

Сегодня тамбовских повстанцев объявляют чуть ли не частью белого движения. Но оно не имеет никакого отношения к белым. Не случайно, прорвавшиеся в 1919 г. на Тамбовщину белогвардейцы-мамонтовцы не смогли закрепиться здесь. Забавно, что современный тамбовский автор Б.В. Сенников, пытавшийся доказать, что лидеры повстанцев стояли «на позициях Белого движения», ничтоже сумняшеся цитирует воззвание их СТК, где прямо говорится о проведении в жизнь эсеровского закона о социализации земли, о рабочем контроле и свободном самоопределении народностей [264] . Вот такие получаются «позиции белого движения».

Политическое руководство движением осуществлял Союз трудового крестьянства (СТК). Идея создания таких союзов была выдвинута партией эсеров еще в мае. Но эсеры не рассчитывали, что Союзы вступят в жестокую вооруженную борьбу с режимом — ПСР была временно легальна и призывала к ненасильственному давлению на власть. Лидеры ПСР рассчитывали, что в результате возникнет массовое общероссийское движение, способное позднее свергнуть большевиков. Но пока они выступали против “голой партизанщины”.

Тамбовский губернский СТК играл роль политического руководства повстанческой армии, которой командовали Петр Токмаков, Александр Антонов и др. лидеры. Местные эсеры приняли активное участие в восстании, убеждали делегатов конференции ПСР поддержать выступление [265] . Но партия не отказалась от решения о прекращении вооруженной борьбы с большевиками, считая ее преждевременной. В то же время конференция заявила о “неизбежности в будущем возобновления партией вооруженной борьбы с большевиками” [266] .

Тамбовский губернский СТК выступал за свержение власти большевиков нaсильственным путем и созыв Учредительного собрания. До созыва собрания власть на местах должна была устанавливаться союзами и партиями, участвовавшими в борьбе. Эта власть должна была восстановить гражданские свободы, провести закон о социализации земли в редакции Учредительного собрания, провести частичную денационализацию при сохранении государственного регулирования производства и цен, восстановить рабочий контроль, обеспечить свободное самоопределение народностей [267] . В СТК совместно действовали как члены ПСР, так и левые эсеры. Поэтому программным требованием некоторых СТК помимо социализации земли было не Учредительное собрание, а созыв Всероссийских съездов трудящихся, которые могли бы определить форму государственного устройства [268] . Антибольшевистское движение сдвинулось влево, к идейным позициям, преобладавшим в нем в 1918 году.

В начале 1921 г. положение коммунистов, только что победивших белые армии, стремительно ухудшалось. Махно после тяжелой для него зимы готовился к наступлению на Харьков. На Правобережной Украине действовали сторонники Петлюры и Савинкова. На Дону росли отряды Маслакова, на сторону которого переходили полки 1 конной армии. О Маслакове сочувственно высказался прославленный командующий 2 конной армии Миронов, после чего был арестован и расстрелян. Продолжалась гражданская война на Северном Кавказе, в Туркестане и на Дальнем Востоке. 31 января 1921 г. вспыхнуло крестьянское восстание в Западной Сибири. Оно быстро охватило огромную территорию и ряд городов — Ишим, Петропавловск, Тобольск и др. Несмотря на то, что в руководстве восстания преобладали эсеры, оно развивалось под лозунгами «Советы без коммунистов!». Повстанцы во главе с эсером В. Родиным взяли Сургут, атаковали Курган, блокировали железнодорожное сообщение по Транссибу. Это не было возрождением «белого движения» или «Вандеей». Гражданскую войну заканчивала «третья сила», сражавшаяся за первоначальные лозунги советской революции, расходившиеся с коммунистическим проектом.