Чтение онлайн

Покинув душевую кабину, Катя сразу услышала далекое попискивание мобильного. Быстро намотав на голову полотенце и набросив халат, она бегом пересекла гостиную и схватила телефон:

— Ну, слава Богу! Звоню, звоню, уже начал волноваться. Ну, очередной привет, родной мой человечек!

От теплоты и нежности в голосе Вадима у Кати стали подкашиваться ноги, из глаз снова хлынули слезы.

— Привет… Мой самый дорогой мужчина на свете, — не найдя других слов, прошептала она. — Родной человечек… Ты себе не представляешь: только что так же со мной разговаривала твоя мама. Это… Это так трогательно…

— Ты плачешь? — насторожился он. — Ну-ка, признавайся, что случилось и почему так долго не отвечала?

— Я была в душе. А слезы — они от счастья, — всхлипнула Катя. — Нина Георгиевна сказала, что они самые дорогие.

— Теперь понятно, — неожиданно развеселился он. — Значит, отныне вы мне на пару сырость в квартире разводить будете?

— Это не сырость. Сложно объяснить, но я… Я так счастлива… Возвращайся скорее. Я тебя встречу в аэропорту. И не пытайся отговаривать.

— Конечно, встретишь. А кто же еще встретит? Я никого, кроме тебя, там видеть не желаю. Потому что, в отличие от тебя, знаю, что со мной происходит.

— И что же?

— А вот об этом я скажу в субботу. Потерпи еще несколько дней, — с нежностью попросил он и вдруг спросил: — А в чем ты сейчас?

— В халате.

— А под ним?

— Ничего. Я ведь из душа бежала. Только полотенце на голове, — немного растерялась Катя.

— В шлепанцах?

— Да, в твоих. Ты теперь всегда будешь расспрашивать меня, в чем я одета? — пошутила она, вспомнив, что уже слышала подобный вопрос накануне Нового года.

В трубке послышался шумный вздох.

— Всегда. Как бы я хотел сейчас оказаться рядом, снять с тебя халат. Эх… Ладно… А теперь, если не передумала с командировкой, немедленно в кровать! — строго приказал он.

— Волосы можно высушить? — игриво уточнила Катя.

— Нужно. Высушишь — и сразу спать.

— А вещи собрать?

— Хорошо. Собирай — и в кровать. Обещаешь?

— Обещаю.

— И это не все. По возвращению первым делом познакомишь меня с Потюней. Не забывай, что я ревнив и должен быть уверен в тех, кому тебя доверяю!

— Соперников надо знать в лицо? — все так же игриво заметила Катя. — Венечка, между прочим, тоже горит желанием с тобой познакомиться.

— Вот-вот. Посмотрим, что за фрукт.

— Боюсь, он тебя разочарует, — притворно вздохнула она. — А вот ты его перепугаешь и лишишь меня верного и преданного фотокора.

— Если мне покажется, что он того заслуживает, и побить могу. Так и передай, — заверил он. — А теперь — спать. У меня завтра тоже сложный день. Будешь выезжать из города, позвони! Спокойной ночи, повелительница холостяцких покоев!

— Спокойной ночи, хозяин шикарной кровати, на которой, в отсутствие законного владельца, впервые в гордом одиночестве будет спать женщина! Утром звонить не стану, дождусь, пока проснешься и сам наберешь! Целую!

— Хорошо, договорились. И я тебя целую… Спи. Спокойной ночи!

— Сладких снов!

«Я тебя люблю!» — едва не вырвалось у Кати.

Не хватило доли секунды. Или решимости? Посмотрев на не погасший еще экран дисплея, она коснулась его губами. Господи, как же тепло на душе! Неужели кто-то там наверху решил, что и ей пора стать счастливой?

С блаженной полуулыбкой она зашла в прихожую и автоматически подключила телефон к зарядному устройству. Вадим прав, надо быстренько собраться и укладываться спать.

Сборы в дорогу заняли немного времени: запасной комплект одежды, белья, сменная обувь, полотенце, кое-что из гигиенических принадлежностей, косметичка. Ноутбук. Пожалуй, достаточно. По сути, туда и обратно, одна ночевка. Послезавтра к вечеру должны вернуться. Что еще? Может, на всякий случай положить в сумку тампоны с прокладками, чтобы не искать их потом по киоскам или аптекам? Месячные задерживаются, скорее всего, продолжает сказываться гормонотерапия. В прошлом месяце была такая же картина.

Разобрав постель, Катя завела купленный накануне очередной будильник на пять утра и на всякий случай решила подстраховаться телефоном.

В тот момент, когда она переносила его вместе с подзарядкой в спальню, раздался неожиданно поздний звонок. Абонент в списке контактов не значился, а значит, его можно было с чистой совестью проигнорировать. Что она и сделала: скорее всего, ошиблись номером.

Однако вызов повторился. Поколебавшись несколько секунд, она решила ответить.

— Да, я вас слушаю.

— Екатерина Александровна? — спросил показавшийся знакомым женский голос.

— Да. Простите, вы кто?

— Здравствуйте. Как бы вам объяснить… Я — давняя знакомая семьи Ладышевых.

Катя непроизвольно напряглась.

— Что-то случилось с Ниной Георгиевной? — спросила она первое, что пришло на ум. — Я с ней разговаривала полчаса назад, все было в порядке!

— Надеюсь, с Ниной Георгиевной и сейчас все в порядке, — после небольшой паузы ответила женщина. — Но если ей станет известна кое-какая информация, состояние ее может резко ухудшиться. Да и Вадиму Сергеевичу, мягко говоря, это придется не по душе, — в голосе почувствовалась скрытая угроза.

В душе у Кати шевельнулось неприятное чувство.

— Кое-что — это что? — сменив тон, уточнила она.

В силу профессии ей часто приходилось сталкиваться с разного рода людьми. В редакцию звонили и недовольные публикациями, и откровенные шантажисты, и анонимщики, и душевно больные люди.

А года три назад вообще приключилась детективная история: ее стал преследовать один тип, который вдруг решил, что она — девушка, которая бросила его много лет назад. Теперь вот должна вернуться и стать его женой.