Чтение онлайн

Я же до сих пор не мог поверить, что у нашей истинной один из мужей Бог, да ещё и Тёмный. В нашем мире запрещено его вероисповедание. В моей академии обучаются воины, которые в будущем станут сражаться с порождениями Тьмы. Существа, что приносят других в тёмных ритуалах, должны отправляться под суд, хотя раньше на это закрывали глаза (как мы думали). Но как рассказал сегодня Торий, раньше точно также наказывали тех, кто переступал закон, убивая разумных ради своих неясных целей. Тёмный — он же Бог Тьмы и Смерти, не нуждался в подобных подношениях, ему вполне хватало тех сил, что давали его почитатели. Но после заключения в Тёмном царстве, после битв и отдачи части души умершей жене — он остался почти без сил и брал уже всё, что ему жертвовали щедрые смертные.

— Знаешь, Нэб, — обернувшись человеком, Сеер подпёр голову рукой и посмотрел на меня. — не честно как-то получается. Я познакомился с кошечкой первым, но до сих пор хожу в женихах. — хмыкнул брат, просовывая руку под одеяло и размещая её на животе Милы. То, что у оборотня нет претензий и обид, понял только по хитрому прищуру глаз.

— Радуйся, что она вообще нас приняла, а не бегает, как от психов. — у меня тоже было хорошее настроение, поэтому поддержал весёлую перебранку друга. — А где остальные? — решил я узнать, чего это только этот кошак пришёл.

— Остальные думают, как не пустить Милу на бои и остаться при этом живыми. — мигом отбросив весёлость, Сеер тоже задумался, нахмурив брови. — Но такого способа нет. Если там её истинный, которому может угрожать смерть, Мили нас на аркане потащит туда. И хорошо, если мы будем в сознании.

— Я надеюсь, ты поделился столь умными мыслями с остальными. — шепотом спросила обсуждаемая особа, заставляя нас вздрогнуть. Повернувшись в сторону оборотня, Мила нежно погладила его по щеке и подползя ближе, уткнулась носом в шею Сеера. — Я могла бы посидеть дома и дождаться вас со спасённым рабом, но я сама не знаю, кто он. Так откуда это может быть известно вам?

Дверь спальни немного приоткрылась и показалась голова Селима. Увидев, что никто не спит, она распахнулась полностью, явив не только вампира, но и Тёмного.

— Я придумал, как Миле не появляться на боях, но спасти её истинного! — радостно вскричал Селим, проходя внутрь.

Его опередил Нур, проскочив раньше всех с подносом успокоительного и еды. Послышалось тихое, голодное урчание, а ноздри жены затрепетали, пытаясь уловить, что же там вкусненького. То, что она это делала, как двуипостасная, немного удивляло. Мила наблюдала за подносом, словно хищница, вышедшая на охоту и даже тихо рыкнула.

— Х-хочешь д-да?.. — неуверенно проблеял застывший молодой вампир, видимо, боясь пробудить охотничьи инстинкты.

— Мясо? — мурлыкнула она, подаваясь вперёд, совершенно не обращая внимание на препятствие в виде оборотня.

— И овощи. — более смело заговорил вампир, хотя я видел, что это напускное. А вот Миле ответ не понравился. Побледнев, она резко отпрянула и прикрыла рот ладошкой.

— Что? Плохо? Лек… — запаниковал, коря себя, что не сдержался и позволил что-то большее, чем поцелуи. Ну какое к арховой матери соединение, когда истинная беременная?!

— Не нужно лекаря. — быстро перебила меня жена. — Нур, пожалуйста, убери овощи. Вообще. А мясо оставь. И… Сырого принеси…пожалуйста. — и так она жалостливо посмотрела на всех, что мы как-то разом захотели сбегать на охоту, принести дичь посвежее.

— Ну овощи же полезны… может хотя бы немного оставлю?.. — и Нур совершил самую большую ошибку. Он открыл крышку с блюда. С тихими, но очень нецензурными ругательствами, Мила побежала в сторону ванной. И через секунду всем нам были слышны звуки несогласия желудка питаться зеленью.

— Не знай, что мы с ней ещё не спали, подумал бы, что у нас будет котёнок. — поражённо прошептал Сеер и перевёл злой взгляд на вампира. — Она же сказала, что никаких овощей! — шипящий, с рычащими нотками голос брата, заставлял бедного парня пригибаться от страха. Или это от силы альфы, что он непроизвольно выпустил?

— Нур, уноси ноги, пока можешь. — забрав с подноса стакан взвара, Селим приоткрыл для брата дверь и чуть не придал ему ускорения под зад, когда оборотень подорвался за смертником, из-за которого страдает его истинная. Благо, обернувшегося каракала перехватил Торий. Мы, конечно, тоже переживали за Милу, но не желали немедленно снести голову провинившемуся. Да и Сеер то не хочет, но его звериная часть, что так и не соединилась с истинной и поэтому не чувствующая её — очень переживает и старается устранить причину недомогания столь кардинальным способом.

— Кто-нибудь может объяснить, какого хрена у меня начался токсикоз?!

В дверях, расставив ноги на ширине плеч и опершись руками в дверной проём, растрёпанная, побледневшая, но злая и в пушистом халате стояла наша истинная. Мы так и застыли. Я, стоящий голышом на кровати, хотевший поймать взбесившегося друга. Селим с растерянной полуулыбкой, держащий стакан успокоительного. И Торий, обнимающий каракала, как родную маму. Все мы сейчас смотрели на Милу и думали, что Бог Жизни вчера был прав и наша семья всё-таки с приветом.

— Нэбирос, ты прикрылся бы хоть. — жена обвела мою фигуру красноречивым взглядом. — Торий, отпусти Сеера, пожалуйста. А ты, Селим, молодец, что решил забрать у Нура стакан. Что-то мне подсказывает, что с вами, этот напиток у меня станет вместо чая. — тяжело вздохнув, девушка прошла до вампира и забрала взвар.

Это с нами то?! Она что, позабыла прошлые дни?! Ей-богу, чуть не заржал, но супруга была в не настроение, так что только тихо хмыкнул, отправляясь в ванную. Быстро приняв душ, обернул вокруг бёдер полотенце и вышел. Мила лежала в постели, прикрыв рукой глаза. Жена была такой бледной, что испуг, до этого немного отступивший, накрыл с новой силой.

— Мили, ты как, родная? — протиснувшись поближе к жене, взял за руку, ободряюще сжимая и передавая немного силы.

— Как-как… — издевательски передразнила, коверкая смешные рожицы. — Да чтоб вам самим все прелести беременности на себе испытывать! Чтоб вопросов дурацких не задавали. — я понял, что нас наградили проклятием, когда желудок в срочном порядке потребовал еды, а стоило о ней подумать, начинало мутить.

То, что я при этом испытывал эмоционально было намного страшнее! Мне никогда не хотелось плакать и разнести всё в пух и прах одновременно. Переглянувшись с остальными, осознал, что ни один так влип и даже облегчённо выдохнул. Тут в дверь постучали и в спальню вошёл Нур, с полным подносом мяса. Варёное, жаренное, тушёное и даже сырое мясо — сейчас вызывала такой прилив аппетита, какой не испытывал и после самых изнурительных тренировок.