Милашка

Перевод: Александра Йейл

Редактура: Александра Йейл

Вычитка: Александра Йейл

Русификация обложки: Poison_Princess

Переведено для: https://vk.com/alex_yale

— Мила, посмотри сюда, — фотограф щелкнул пальцами, привлекая к себе внимание.

Я десять часов провела на съемочной площадке и девять раз переоделась. У меня ныли ноги, и больше всего на свете мне хотелось пойти домой, но в ближайшее время этим мечтам не суждено было сбыться. Я остановилась в очередном отеле. Хотя не сказать, что была разница. В своей квартире я не чувствовала себя дома. Я иногда ночевала в ней, но не успела обустроить. Вместо меня ее оформлял дизайнер, чей стиль совершенно мне не подходил. Парень делал то, что ему велела моя мама, поэтому дом был скорее ее, чем моим. Приезжая туда, я частенько боялась что-нибудь сломать или испачкать. Тем не менее, я обожала свою кровать. Ничто не сравнится со своей собственной постелью.

Выполняя указания фотографа, я немного повернулась и наклонила голову под идеальным для этого освещения углом. Я пятнадцать лет крутилась в модельном бизнесе и знала все нюансы. С тех пор как мне исполнилось пять, и кто-то меня — как это называется — «открыл». Мама была в восторге, я же понятия не имела, из-за чего столько шума.

С тех пор модельный бизнес стал моей жизнью. Перелеты из города в город, зачастую из страны в страну. Я даже не могла сказать, где именно сейчас находилась. Задумавшись на мгновение, я вспомнила, что в Нью-Йорке. Вчера поздней ночью я прилетела из Лондона. Я бы хотела сделать перерыв, но скрыла зевок и утешила себя тем, что эта сессия была на сегодня последней. Я механически двигалась на камеру. Мне больше не приходилось даже задумываться об этом.

Я надеялась, что в отеле будет круглосуточное обслуживание номеров, или же по дороге мой водитель Бен где-нибудь остановится, но едва ли можно найти среди фаст-фуда здоровую пищу. Хотя Нью-Йорк есть Нью-Йорк. Я бы наверняка нашла выход.

И все же этим вечером я могла заснуть прежде, чем доставят мой поздний ужин.

Агентство обеспечивало меня всем необходимым, но еда, очевидно, не входила в список. Вряд ли питание считалось обязательным, учитывая мою профессию.

— Мы закончили, — сказал фотограф.

Люди начали аплодировать, и я с натянутой улыбкой всех поблагодарила. Мне не хотелось грубить только потому, что я устала и проголодалась. Я давным-давно обещала себе не уподобляться большинству требовательных и беспардонных моделей, встреченных мной за прошедшие годы. Я ненавидела, когда мама отправлялась со мной на съемки, ведь она бывала точно такой же. Примерно в четырнадцать лет я начала ходить всюду сама, но всегда с телохранителем.

По пути к гримерной я наконец-то позволила себе зевнуть. Открыв дверь, я замерла при виде мужчины. Он стоял ко мне спиной, и размер его тела был более чем пугающим. Черная рубашка натягивалась на мощном торсе. Я опустила взгляд к крепкому мужскому заду, и у меня пересохли губы. Облизав их, я пробежалась взглядом по спине незнакомца и его ногам. Он словно был одной сплошной мышцей. Я сразу поняла, что этот сильный натренированный человек не работал моделью. Практически все мои коллеги-мужчины были худыми, как пловцы или бегуны. А его телосложение больше подошло бы футболисту.

Обернувшись, он осмотрел меня темными глазами, и в моем горле застыл вдох. Волосы незнакомца были коротко острижены, почти по-военному, но больше всего привлекал внимание шрам на правой половине его лица. Он пересекал бровь, почти задевал глаз и, спускаясь по щеке, заканчивался на подбородке. Неровный рубец. Видимо, он остался от рваной раны, но не был ни воспаленным, ни розовым, а значит, давним.

Неприкрыто разглядывая незваного гостя, я запоздало спохватилась и отвела глаза. Я пятилась, пока не уперлась спиной в дверь и не осознала, что оказалась наедине с незнакомым мужчиной. С мужчиной, раза в три крупнее меня. В студии работала серьезная служба безопасности, и посетители проходили множество проверок, прежде чем их допускали на съемочную площадку.

Посмотрев на мужчину сквозь ресницы, я поняла, что он и сам рассматривал меня, блуждая взглядом по всему моему телу. Он стиснул зубы, и на его лице промелькнул гнев.

— У тебя есть какая-нибудь одежда? — сказал незнакомец так хрипло, будто не разговаривал долгие дни.

Я стояла в одном только нижнем белье. Обычно мне было плевать, но сейчас я покраснела, и мою светлую кожу залило румянцем.

— Могу я вам чем-нибудь помочь? — спросила я, даже не пытаясь прикрыться. Кажется, я оставила свои вещи снаружи. Я уже привыкла быть полуголой. Черт, во время показов приходилось одеваться и раздеваться в комнате, полной людей, делавших то же самое.

Я никогда не стеснялась своего тела, но теперь почему-то гадала, что обо мне подумает незнакомый мужчина. Я по привычке заправила волосы за ухо, как и всегда, если нервничала или не находила слов.

Незнакомец что-то невнятно пробормотал себе под нос и подошел к моей сумке, лежавшей на маленьком диване в углу. Открыв застежку, он достал мою футболку и надел ее на меня через голову. Я замерла, шокированная. Затем он опустился на колени и протянул мои джинсовые шорты, чтобы я шагнула в них. Не находя иных вариантов, я послушалась. Вряд ли этот мужчина привык к отказам. У меня перехватило дыхание, когда он потянул шорты вверх, скользя по моей коже шершавыми большими пальцами.

— Спасибо? — прошептала я единственное, что пришло в голову, и посмотрела на него, возвышавшегося надо мной. Среди моделей я считалась низкой. Большинство моих коллег были ростом минимум пять футов и десять дюймов1, в то время как я всего пять и пять2. Но это никогда не было для меня проблемой. К тринадцати годам я уже сделала себе имя, и мне не приходилось пробивать себе путь. Минусом низкого роста было лишь то, что его пытались компенсировать туфлями на самых высоких каблуках. Я привыкла смотреть на людей снизу вверх, но этот незнакомец отличался. Он был выше меня более чем на фут3. Чтобы посмотреть ему в лицо, мне пришлось запрокинуть голову.

— Я — твой новый телохранитель, — от звука низкого голоса по моей коже пробежали мурашки, и я задалась вопросом, смогу ли когда-нибудь к нему привыкнуть.

— О, — я нахмурила брови, гадая, что случилось с Беном. — Но Бен…

— Уволился, — ответил мужчина, перебив меня.

— Ясно, — у меня поникли плечи. Я только начала привыкать к Бену, который очень мне нравился. Он был добрым и разговаривал со мной. За прошедшие годы я узнала, что телохранители не очень болтливы. — Давай я возьму свои вещи, и мы пойдем, — сказала я незнакомцу, проходя мимо него.