Чтение онлайн

Они вгрызаются в небеса, но новый «Калиф на час» все равно разрушает им жизнь.

Однажды у меня появилось новое необычное хобби. Я начал собирать личные вещи Александра Македонского. Мне всегда был интересен античный мир. Собирать машины мне быстро наскучило. Если в год собирают три тысячи «бугатти», и ты можешь купить одну из них, то вещи Македонского могут появляться на рынке только раз в десятилетие. Обладать такими раритетами могут себе позволить лишь единицы. А значит, это развлечение достойное меня.

Сегодня в моей коллекции хранится часть доспехов Македонского, в том числе пластины кольчуги, копье, с которым он сражался в индийском походе, а также кубок для вина из его вавилонской резиденции, несколько манускриптов, возможно, написанных его рукой, и наконец мое последнее приобретение — сбруя его коня Буцефала.

Во время похода в Индию в одном из боев Александр был ранен. Он упал с лошади, зацепив сбрую. После боя ее подобрали индийские воины.

Она хранилась больше двух тысяч лет во дворце одного из махараджей и в 2004 году была выставлена на аукционе в Лондоне. Кожаная сбруя с серебряными пластинами. Она имела двойную ценность, так как на ней осталась кровь самого Александра Македонского. Хотя пятен уже почти не было видно, следы крови оставались на коже в виде малозаметных разводов.

Сбруя была выставлена на аукционе с первоначальной стоимостью миллион долларов. Аукцион начался в три часа дня. Зал был полупустой, но все присутствующие излучали ауру богатства и загадочности. Претендентов на вещь Македонского оказалось достаточно много. Но после пятимиллионной отметки покупателей осталось только двое — я и еще какой-то суетливый господин.

По тому, как он нервничал и постоянно звонил по сотовому телефону, было очевидно, что он брокер и самостоятельных решений принимать не может. Как только я это понял, я быстро перехватил инициативу, доведя предложение до семи миллионов.

После этой цифры брокер потерял самообладание и начал тихо оседать. Для того чтобы полностью вывести его из игры и произвести фурор, я показал десять миллионов долларов, минуя сотни тысяч, и через тридцать секунд стал обладателем сбруи Буцефала — великого коня великого Александра.

Если бы тогда я знал, к каким катастрофическим последствиям в моей жизни приведет эта покупка, возможно, я бы отказался от сбруи. Но в тот день я вышел из здания, где проводился аукцион, абсолютно счастливым человеком.

Эксклюзивные джентльмены нашей страны предпочитают собирать вещи великих людей прошлого. В нас живет уверенность, что обладание этими вещами передаст нам энергию великих людей и единая цепь правителей мира будет связана в один энергетический поток. Я, например, лично знаком с человеком, который собирает вещи Наполеона.

Итак, в тот день я вышел абсолютно счастливым человеком, и именно в этот момент боги начали на меня охоту.

Они не любят абсолютно счастливых людей. Зависть богов, может погубить человека, когда ему уже кажется, что зависть людская не способна ему помешать.

В тот час, когда я стал хозяином самой ценной вещи в моей македонской коллекции, на меня началась охота. Могущественный и сильный человек открыл на меня охоту, но я об этом еще ничего не знал.

Раз в месяц я провожу мониторинг своих активов. Сегодня в очередной раз я сверил все счета, доходы, недвижимость, инвестиции. Даже не считая автомобилей, поместий, винных коллекций и бриллиантов, состояние мое перевалило за миллиард долларов.

Я несколько раз пересчитал все активы. Все так и есть. Я СТАЛ МИЛЛИАРДЕРОМ. Тихо, не помпезно, не публично. Я никому не сказал об этом, даже жене. Она и так счастлива, какая разница — миллионом больше, миллионом меньше. Месяц назад у меня было 944 миллиона долларов, и вот в сорок пять лет я миллиардер с двумя высшими образованиями, знающий три языка, с женой и двумя детьми. Готовая обложка для журнала «Life».

Я тихо сел в кресло, закурил сигару. Хорошо, что сегодня я один. Мне нужно осмыслить это. Я сижу в своем замке на севере Нидерландов. Кто из нас не мечтает иметь свой средневековый замок. Я купил замок тринадцатого века, один из самых древних в Европе. Я оборудовал здесь аналитический центр всех своих инвестиций и владений, огромную библиотеку на пятьдесят тысяч томов и винный погреб.

Я бродил по замку с бутылкой арманьяка. Пил прямо из бутылки и не мог усидеть на месте. Я бродил из комнаты в комнату. Вот на стене в огромной гостиной висит портрет последнего владельца замка. Замку более семисот лет. Он переходил из рук в руки много раз, но всегда только в сильные руки. И вот теперь я Хозяин Замка и в моих руках миллиард долларов.

П ока я думал об этом, я стал богаче еще на десять или двенадцать тысяч долларов. Вот они странности жизни, лет пятнадцать назад двенадцать тысяч долларов составляли мой годовой бюджет. Я мерил весь год этими деньгами, распределяя расходы на себя, жену, детей, квартиру. Я месяцами строил комбинации расходов и накоплений. Я был замкнут в эти пределы и вынужден был мириться с этим обстоятельством. Я, чей разум разорвал все границы, был скован жалкими грошами этого мира.

Границы моих возможностей измерялись тысячей великих американских долларов на один календарный месяц древних римлян. И вот теперь эта сумма стала лишь мельканием, десятиминутной динамикой роста моего состояния.

Такое событие надо отметить. Я подарю себе что-нибудь грандиозное и неприлично дорогое. Но что?

Я уже осушил полбутылки арманьяка, и в голове бродил туман. Желание вонзилось в мозг и требовало немедленной реализации. Я долго ходил по каминному залу вокруг огромного обеденного стола. Я хочу что-то, что будет напоминать мне о моем первом миллиарде. Да именно первом, это только первый миллиард, потом будет второй, пятый, десятый, пятидесятый. Голова закружилась, меня затрясло, сердце бешено стучало, вырываясь наружу, кровь прилила к вискам и больно запульсировала.

Я решил сесть за компьютер, подключился к Интернету. Вошел в поисковую систему. Так машины. Самая дорогая и раритетная — «бэнтли» 29-го года — три с половиной миллиона долларов. Нет, не масштабно. Самолету меня есть. Яхта? Да, неплохо. Самая дорогая — тридцать шесть миллионов. Но я равнодушен к яхтам. Так, что еще.

Арманьяк уже подходил к концу, когда на экране компьютера появилась страница с предложениями о покупке частных подводных лодок. Подводная лодка — вот оно, вот то, что мне нужно, я буду капитаном Немо.