Чтение онлайн

Все звуки стихли.

– Ну что там? – дёрнулась Ана. – Неужели они прорвались? Так быстро?!

Ей было трудно стоять на месте: взбудораженная происходящим, она рвалась действовать и сражаться.

– Не верю, – прошептал Фокс. – Не могли.

Он осознал, что на висках выступил холодный пот. Неизвестность и растущее чувство угрозы опустошали.

– Входящий сигнал с позывным «Титановая сестрёнка», – сообщил ИИ.

– Включай!

– Мы уже здесь, – радостно заявила Джо-Джо, и Одиссей ошеломлённо уставился на вид у неё за спиной. – А раз уж мы зашли в гости, то может откроете двери и впустите на чай?

Она стояла внутри приёмно-сортировочного ангара, рядом с развороченной дырой в шлюзовых дверях, и сквозь эту дыру на «Мусорог» один за другим проскальзывали мародёры.

Ана схватила Фокса за руку, ища поддержки или пытаясь защитить. У Одиссея перед глазами зависло изогнутое и посиневшее в холоде космоса тело принцессы, нанизанное на шип; этот страшный образ перекрыл всё остальное.

Время будто замедлилось, разум пытался найти решение, придумать, как спасти всё, что ему дорого. И ответ нашёлся. Ведь мародёры допустили смертельную ошибку, оказавшись в зале мусорщика просто в скафандрах, вне своих кораблей.

– Экстренный выброс мусора из ангара сортировки! – крикнул Фокс.

Каждая доля секунды имела значение. Если любой из мародёров успеет закрепиться за ребристый пол или стены, то всё будет напрасно. А сейчас мощный поток экстренного выброса вынесет их в открытый космос на скорости в несколько километров в секунду – и пираты за мгновение окажутся вдали от корабля и своих иглеров, без всякой надежды догнать «Мусорог».

Ведь Фокс всё-таки нашёл способ всех спасти.

– Камеры… – сказал Гамма.

– Выполняй!

Три зелёных огонька мигнули на панели управления, сообщая, что ИИ принял и исполняет приказ.

– …показывают, что в ангаре никого нет, – параллельно с этим он договорил фразу.

В первую секунду Одиссей не понял, о чём речь. Затем волосы встали дыбом.

– Покажи…

Центральный экран показал ангар приёма-сортировки мусора. Огромные шлюзовые двери открылись одна за другой, выполняя приказ Фокса, и в ту же секунду сквозь них ударил боевой залп, который вывел из строя систему выдува. Ведь ударов о корпус баржи было четыре, а иглеров пять. Вслед за вспышкой огня иглер «Титановая сестрёнка» ворвался через распахнутые шлюзы, хотя Гамма, не дожидаясь нового приказа, уже начал их закрывать. Но Джо-Джо успела.

Одиссей почувствовал, будто ему врезали под дых и весь воздух улетучился; он схватился рукой за диафрагму и никак не мог вдохнуть. Потому что у этих мародёров изначально не было способа преодолеть защиту «Мусорога». Всё это время они блефовали, изображая угрозу и взлом обшивки – и он купился на блеф. Поддавшись панике и желая всех спасти, он только что собственными руками запустил пиратов внутрь.

– Спасибо, братишка! – довольно рассмеялась Джо-Джо.

Обманная визиограмма вокруг неё дёрнулась и погасла. Стало видно, что она по-прежнему сидит внутри своего иглера, и больше того, у неё за спиной сгрудились остальные корсары в полном боевом облачении. Вся их компания теперь была внутри «Мусорога».

– А вот и мы.

– Ругаешь себя. Места себе не находишь, – укоризненно сказала киборгиня, глядя на Фокса сверху-вниз. – А зря.

Её бронепластины сдвинулись вниз, раскрывая корпус; грудные и ручные пушки втянулись внутрь или сложились (ибо с кем здесь сражаться), а мощный торс выехал вверх. Внушительная, наполовину механическая голова Джо-Джо сидела на армированных плечах и венчалась ирокезом титановых волос. На каждом плече красовалось по эмблеме «Джо», но они были слегка разные, одна с боевым кораблём, а вторая с бластерами, как будто это были два имени двух разных людей.

В таком раскрытом виде кибер-дева гордо возвышалась на два с половиной метра и расходилась вширь примерно на полтора. Кулачищи у неё были литые, но при этом гибкие, как живые. Брунгильда бы удавилась от зависти, встретив эту гром-бабу.

– Дай мысли прочитаю, капитанчик. «Я так облажался, сам их впустил». «Как же я мог так лохануться». «С моим-то умищем», – усмехнулась Джо-Джо. – Нет, сестрёнка не из менталистов, просто вы все думаете одно и то же. У всех умище и все как один в шоке. Открою тебе тайну: почти каждый, кого мы не можем вскрыть, сам впускает нас внутрь. Каждый капитанчик хочет стать героем, который мощно вынес пиратов и спас свою команду и корабль. За время работы моей штурмовой схемы «Открывашка» почти никто вовремя не просёк ловушку и не остановился. Ну, понятно, с поправкой на расу: к разным планетчикам нужен разный подход.

Она приосанилась и продолжила голосом солидной киборг-профессуры:

– Расы-паникёры, такие, как люди, берутся на страх и неизвестность. Расам-прагматикам надо позволить решить, что они тебя переиграли. Расы-эмпаты впускают, когда посчитают, что мы сомневаемся в своём преступном пути и готовы перевоспитаться. Для нас с вами такое дико звучит, правда? Но оно работает. У нас восемнадцать проверенных схем для разных типов планетников. Поэтому мы сначала выходим на связь, чтобы понять, кто наша цель. Предъявляем условия выкупа, для проформы, а потом работаем по подходящей схеме. Знаешь, сколько из капитанов не поддаётся на развод?

– Семь процентов? – хрипло спросил Фокс, сплюнув кровь, которая сочилась из разбитой губы.

– Верно, – хмыкнула кибер-дева. – Шесть целых семьдесят шесть сотых процента. Но с ними работает что-нибудь другое: штурм, выборочное облучение, дипломатия или шантаж. Так что статистически, если кораблики не могут от нас упрыгать или скрыться, мы почти всегда берём своё. А математика великая наука, капитанчик, на математику можно полагаться. Казалось бы, у корсаров пустоты должна быть короткая и смертельно-опасная жизнь? А вовсе нет. Я с десяти лет работала на конвейере – и ушла в пираты, когда посчитала вероятности своего выживания и успеха. Ты не поверишь, насколько они оказались выше.

Детектив промолчал. Бока ломили от ударов, которые нанёс ему дёрганый, психованный палочник-хисс. Встрёпанная Ана с разбитой скулой и пятном крови на щеке висела рядом и прятала взгляд. Девушка размеренно дышала, словно пытаясь восстановить душевное равновесие, но Одиссей физически чувствовал непримиримый гнев звёздной принцессы и её несломленную гордость. С точки зрения юной и чистой идеалистки, происходящее было глубоко неправильным.

Фокс же, напротив, считал, что полностью заслужил такой результат. Только жаль, что из-за его самонадеянности в беду попали остальные.