Милосердные сестры
Шрифт:
– Я отвечу на ваш вопрос через минуту, – произнесла она, смерив его уничтожающим взглядом патрицианки, – но прежде покажите мне, где находится дамская комната.
– Если вы подождете, – сказал Докерти, – я схожу за нашей сотрудницей...
– Ерунда, – не дал договорить ему капитан. – До сих пор доктору Армстронг не предъявлено никакого официального обвинения... Э... дамская комната по коридору направо. Вы не пройдете мимо.
Армстронг благосклонно кивнула капитану и прежде, чем выйти, тщательно поправила юбку.
Туалет оказался настоящим свинарником. Кафельный пол заляпан грязью и в трещинах. Металлическая корзина, стоявшая около раковины, забита бумажными полотенцами. Пахло мочой и дезинфекцией.
Маргарет Доннер Армстронг не замечала грязи. Она оглядела комнату, затем направилась в кабинку, закрыла на крючок фанерную дверь и села.
Она была довольна собой... довольна тем, как манипулировала Докерти и капитаном. Если Дэвид с Кристиной сдержат свое слово, "Союз ради жизни" умрет достойно. Ирония ситуации принесла ей некоторое утешение.
Из больницы Армстронг направилась домой и выполнила обещанное. Все ленты, за исключением одной, она стерла, лишь изредка останавливая магнитофон, чтобы прослушать отдельный разговор с одной из женщин. Ее мечта... ее самая заветная мечта почти воплотилась в жизнь! И если бы Дороти не подвела...
Барбара Литтлджон согласилась с тем, что движение больше не может продолжать работу. Не раз во время телефонных разговоров женщина чуть ли не радовалась этому событию. Интересно, подумала Армстронг, реагировала бы Барбара точно так, как Дельримпл, окажись ее репутация и карьера под вопросом? Самое печальное заключалось в том, что она наверняка просто ничего не знала... ни о Барбаре, ни о какой-либо другой женщине.
Короче говоря, все решено. Барбара всех обзвонит и напишет письма, затем постарается сделать все, от нее зависящее, чтобы реализовать проекты фонда Клинтона. Но когда трубка упала на рычаг, Армстронг стало ясно, что то, чему она отдала сорок лет своей жизни, для нее кануло в Лету.
Сидя и глядя на омерзительные послания и примитивные рисунки на двери, она вспомнила, как пятьдесят лет назад оказалась в таком вот месте. Тогда она испугалась. Испугалась грязи, к которой она прикоснулась. Испугалась детективов и то, как они смотрели на ее грудь. Она заставила себя спрятать в самые укромные уголки своего мозга то, что хотели они услышать от нее. Час за часом она выдерживала их напор и раз даже сходила под себя, но не попросилась из комнаты. И в конце концов выиграла. А с победой появилась возможность взяться за священную миссию... цель жизни... которая была близка... так желанна...
Ну вот настало время отправляться туда, откуда нет возврата.
Рука Армстронг скользнула за блузку к поясу под юбкой и вытащила шприц, который Дотти Дельримпл чуть было не заставила Дэвида ввести самому себе. Она погладила ладонью смертоносный цилиндр, затем закатала рукав и умело ввела иглу в вену. Прислонившись головой к стене, Армстронг закрыла глаза и тонким красивым пальцем нажала на плунжер.
– Все хорошо, мама... я здесь, мама.