Милый монстр
Шрифт:
— Бесполезно. Здесь с водой постоянные перебои, даром что село на Волге находится…
Я только сейчас заметила рядом с колонкой молодого парня с двумя ведрами в руках. Вид у него был, надо сказать, совсем не деревенский. По всем признакам представшего передо мной индивидуума можно было назвать типичным братком. У него была особая стильная прическа — необременительный «ежик», на пальце, как и полагается, прочно сидела золотая печатка, а на массивной шее висела голдовая цепура — неопровержимое доказательство того, что ее хозяин из крутых.
«Ничего себе население в селе Радостном, — изумленно подумала я, глядя на парня с ведрами и в золоте. — Отдыхает он здесь, что ли…»
Но представить этого братка мирно дремлющим в гамаке и наслаждающимся красотами природы я не смогла, как ни пыталась. Но ведра в его руках железно свидетельствовали о том, что парень в настоящее время живет в селе Радостное. Догадку следовало немедленно проверить, поскольку других претендентов на роль наших потенциальных спасителей из пучин грязи пока не предвиделось.
Парень тем временем откровенно пялился на мои ноги. К сожалению, сейчас я не могла отнести его интерес к моим конечностям на счет их потрясающей красоты, помня о толстом-толстом слое грязи на них. Поэтому, немного подумав, решила совместить приятное с полезным, то есть отмыть с тела грязевое покрытие и заодно познакомиться с парнем поближе. Почему-то не давало мне покоя присутствие таких колоритных личностей в скромном селе Радостное.
— А до Волги далеко? — небрежно спросила я.
Парень оценил перспективы провести время в обществе красивой, хоть и жутко грязной телки, и немедленно изъявил желание проводить меня, убедительно заявив, что Волга находится в двух шагах. Впоследствии выяснилось, что расстояние было им значительно преуменьшено, поскольку мы шли по крайней мере минут двадцать. За это время я активно пыталась выяснить у своего спутника, как это он оказался среди здешних красот. Но сначала, конечно, мы познакомились. Попутчика звали Сеней.
— А что ты здесь, Сеня, делаешь такой нарядный? — спросила я, когда по обоюдному согласию было решено перейти на «ты».
— Отдыхаю, блин, — сквозь зубы процедил Сеня, и стало очевидно, что эта тема являлась для него больной. — В Чарующее разве сунешься, если своей дачи там нет? Хотели с пацанами, типа, дом нормальный там снять, да куда там… Все занято, а если и свободно, то такие хоромы, которые хозяева не сдают.
Сенины объяснения показались мне несколько странными. Допустим, ребята действительно хотели, типа, просто отдохнуть и не нашли ничего свободного в элитном поселке Чарующее. Но ведь это не значит, что нужно было отправляться в село Радостное, в названии которого, по моему мнению, была пропущена приставка «без»! Крутые ребята не станут отдыхать в доме, где нет даже водопровода. Это возможно только лишь по необходимости. А значит, таковая имелась, и мне было чрезвычайно интересно узнать, что заставило пацанов искать для «отдыха» места, максимально приближенные к Чарующему, где случилось еще никому не известное убийство.
Моя интуиция, взращенная на раскрытии множества преступлений, подсказывала, что появление пацанов непосредственно связано с композитором Василовским.
Когда я наконец смогла войти в благословенную Волгу, сердце зашлось бурной радостью, как у ребенка при виде конфеты. Сеня сконфуженно смотрел, с каким удовольствием я плаваю прямо в одежде, затем немного подумал и набрал в ведра речной воды.
— Хоть умыться можно будет, — пояснил он мне свои действия.
— А много ли вас тут отдыхает? — не преминула я воспользоваться очередной возможностью прояснить причины пребывания ребят в Радостном.
— Трое. Вообще-то двое, но сейчас еще шеф приехал.
«Ого, — мысленно возопила я, — так в этой компании еще и шеф имеется! Ну уж теперь никто не убедит меня в том, что ребята здесь по собственной инициативе проводят свободное время».
Определенно Сеню нельзя было отпускать так просто. Поэтому я постаралась сделать так, чтобы он показал мне тот дом, в котором живет с пацанами и с шефом. Заодно рассказала про ту беду, которая постигла нашу машину.
— Слушай, а у тебя машина есть? Помоги нашу тачку вытащить, а то она в луже застряла, и никого в округе не видно…
— Помог бы, да не могу. Сейчас машины нет, на ней друган в Чарующее уехал. Вернется только ближе к ночи…
— Что ж делать… — плаксиво протянула я. — Может, хоть позвонить дашь? Телефон-то у тебя есть?
— Есть, в доме, — подтвердил Сенька. — Ладно, пошли, все равно пока никого нет.
И мы отправились на другой конец села, где располагался дом, снимаемый ребятами. Я, честно говоря, уже изрядно выдохлась от этого похода по сельской местности. К тому же я была босиком — босоножки-то оставила в машине. Поэтому когда мы наконец подошли к избушке, я уже с трудом стояла на ногах.
А избушка выглядела впечатляюще. Употребленное мною определение подходило ей как нельзя лучше: она была такой ветхой, что даже в столь захудалом селе, как Радостное, казалась странной. В наше время любой человек старается по мере сил и возможностей облагородить свое жилище, чтобы оно не смотрелось хуже на фоне остальных, благоустроенных. Нерадивый хозяин сего недвижимого имущества, похоже, не сильно беспокоился о престиже, поэтому его владение сильно напоминало избушку Бабы Яги.
— Это здесь вы живете? — спросила я, и в моем вопросе содержалось то особое удивление, которое настойчиво требует от собеседника объяснений. — Вот здесь?!
Сеня досадливо поморщился и обреченно кивнул головой.
— Не получилось, блин, ничего лучшего отыскать. Хотели, типа, нормальную хату снять, чтобы, значит, все удобства были, но куда там… Еле-еле нашли бабку, которая нас пустить согласилась, а сама к детям в город укатила. Так она с нас за эту хибару столько запросила, у нас аж челюсти отвалились!
Таким образом, я окончательно утвердилась в мысли, что за появлением Сени и его дружков в деревне близ Чарующего явно что-то стоит. Лично мне были вполне понятны сложности, возникшие у ребят, когда они пытались снять приличный дом: если и остальные выглядели так же, как Сенька, то один вид компании способен был произвести неизгладимое впечатление на непуганых жителей села Радостное. Решиться пустить веселую троицу на постой в собственный дом был способен либо самый отчаянный хозяин, либо тот, которому нечего терять.
Хозяйка избушки, в которой мы сейчас находились, явно принадлежала к последней категории. Беспокоиться за сохранность собственного имущества ей не было необходимости: внутреннее убранство домика вполне соответствовало внешнему и было представлено в основном допотопной мебелью времен царя Гороха и фотографиями в рамочках на стене.
На потрепанном диванчике лежал толстый рыжий котяра.
— А этого красавца вы с собой привезли? — поинтересовалась я у Сеньки, полагая, что габариты кота вполне соответствуют социальной принадлежности ребятишек.