Чтение онлайн

— Алмазы?

Боб, стоявший в противоположном конце комнаты, поднял голову и посмотрел на меня. Он по-прежнему щурился, его разум, как, впрочем, и мой, пытался осмыслить новые возможности.

Боб медленно произнес:

— Стринджер находится от Аргайла вовсе не в миллионе миль.

Я кивнул. Аргайл-Филд — новый вклад Западной Австралии в мировые запасы алмазов. И довольно большой вклад. Нет, не большой — огромный. Долгое время считалось, что в Австралии нет алмазных месторождений. Но они, оказывается, есть. Даже больше, чем в Южной Африке. Месторождение было обнаружено сравнительно недавно на севере штата.

Прошло, может быть, около минуты. Боб шумно выдохнул и резко вышел из своего транса.

— Не может быть! Это просто чертово совпадение! — сказал он с присущей ему обычной практичностью.

— Объясняет, откуда деньги, — заметил я.

— Тоже верно!

— И то, почему кто-то так отчаянно...

— И почему старуха была так хитра со своим посланием, — словно прочитав мои мысли, добавил Боб. Потом помолчал и сказал: — Но...

— Что «но»?

— Есть два вида месторождений: россыпь — когда алмазы находятся на дне реки или пересохших водоемов; и алмазная «трубка» — цилиндрическая масса вулканического агломерата, в котором встречаются алмазы. Нигде поблизости от Стринджер Стейшн россыпных месторождений нет, поэтому оно может быть только алмазной «трубкой». Старуха и ее муж не бродили вдоль берегов рек и водоемов, собирая пустячную гальку. Это мог быть только рудник. Такой, как Аргайл.

— Ты неплохо информирован.

— Я полицейский, хоть и бывший. Алмазы — большая ценность, сам понимаешь.

— Но ты сомневаешься, потому что в этом случае слишком многое стало бы ясно.

— Идем дальше, — сказал он.

— Подожди. Что, если?..

— Что, если это пустая трата времени? Пошли дальше. Я хотел бы узнать немного больше о Джоне Джозефе Грине. Что нам известно?

— Не так уж и много. Родился в Пиктоне, Новый Южный Уэльс. Приехал в Стринджер на верблюде, по-моему, в тысяча девятьсот тридцать каком-то. По другой версии, его, полуживого, нашел в пустыне и принес на ферму отец Билли. Мэри Эллен выходила его, и, женившись на ней, он остался на ферме до конца жизни.

— Жизнь, полная разнообразия, — с иронией сказал Боб. — Это все? Думаю, верблюд нам кое-что дает. Можно считать, он путешествовал по пустыне.

— Мы не знаем, где он путешествовал. Есть еще одно, — сказал я. — Билли Одна Шляпа, житель Стринджер Стейшн, абориген, работающий там управляющим, сказал, что Грин обычно ходил прогуливаться.

— Он что-нибудь объяснил?

Я покачал головой.

— Сказал только, что тот уходил раз в год после сезона дождей и отсутствовал примерно месяц. И так, пока не состарился.

— На чем?

— Что ты имеешь в виду?

— На чем уезжал? Всегда на верблюде?

— Билли сказал, и на муле тоже.

— Что-нибудь еще?

— Его жена в письмах называла Грина — Джака.

— Джака. — Боб произнес имя несколько раз, как бы пробуя на вкус, как дегустатор вина. — Уменьшительное от Джаккеро, может быть, так?

— Возможно. Но я никогда не слышал такое уменьшительное.

Боб состроил гримасу.

— Ты молод. Был в свое время один Джэкер, капитан английской крикетной команды. Еще Стенли Джексон. Сэр Стенли Джексон.

— И все-таки, — сказал я и направился к телефону.

На этот раз Том Кендрик оказался дома и мягко выговорил мне:

— Я пытался дозвониться тебе в офис, молодой Джон Клоуз, а тебя не только не было там, но сотрудники даже не могли сказать, когда тебя ожидают и где тебя можно найти.

— Знаю, — ответил я. — Все объяснить сейчас очень сложно, но...

— Я выполнил твою просьбу в отношении Джона Джозефа Грина. Провел пару расследований. — Он замолчал.

— Это крайне важно, сэр.

— Да? Ну ладно. Говорит ли тебе что-нибудь фамилия Ласситер?

Я знал двух Ласситеров, один из которых — киногерой. Конечно, это не он.

— Ласситер с рудной жилы? Этот? — спросил я.

— Верно.

— Он, Грин, был связан с Ласситером? — Я буквально запищал от удивления, потом сказал своим обычным голосом: — Несомненно, это было очень давно?

— Не явно связан, нет.

Я любил Тома Кендрика и обычно получал удовольствие от его легкой педантичности, но сейчас я был готов его задушить.

— Пожалуйста, — попросил я. — Мне крайне необходимо это знать.

— Ох уж это нетерпение! Или у тебя нечто большее, чем простая нетерпеливость?

— Немного больше. Я не могу вам сейчас всего объяснить, сэр, мы...

— Все, что у меня есть, это просто вырезки из газет, — сказал Кендрик. — Я сделал с них копии. Хочешь, вышлю их тебе по почте?

— Я сам тотчас же приеду за ними, сэр.

— Поторопись, пожалуйста. Я собираюсь на прогулку.

Боб сказал, что лучше поехать ему, потому что кто-нибудь может следить за мной, и если это так, то мы окажем Кендрику медвежью услугу. Кроме того, если кто-нибудь, достаточно глупый, решит следовать за Бобом по улицам Перта, он легко сможет вычислить «хвост» и оторваться. Уже почти в дверях Боб резко обернулся:

— Что мы еще не обговорили? У тебя есть, что мне сказать?

— Тысячу вещей, — мы были слишком заняты.

— Говори главное. Я внезапно почему-то почувствовал, что ты знаешь что-то очень важное.

Я быстро рассказал ему. Боб кивал головой и произносил «м-м-м». Когда же я дошел до танка и пулемета, он не слишком удивился. Я спросил почему.

— Потому что знаю и о военных танках, превращенных в бульдозеры, и о самолетах без опознавательных знаков тоже. Полиции все это известно. Они могут не знать их местонахождения, но об их существовании им известно. Джон, здесь все, что ты привез со Стринджер Стейшн?

— Да, — ответил я, но, спохватившись, сказал: — Нет.

— Чего тут не хватает?

— Руководства по управлению танком. Джейн взяла его, чтобы, как она сказала, читать перед сном.

— Где оно?

— В Дейвсвилле.

— Погоди. — Боб открыл дверь и заглянул в гараж. — Эл оставил свою «мазду». Я возьму ее, а ты бери «коммодор» и мчись в Дейвсвилл. Вернешься обратно вместе с руководством.

— Собираешься водить танк? — спросил я, не обращая внимания на его суперинтендантские манеры.