Чтение онлайн

Мишка пришёл в районе девяти вечера, часового я предупредил заранее, так что дойдя до импровизированного КПП, встретил друга и проводил до нашего блиндажа.

— Погоди, — остановил меня он, когда мы подошли к костерку. — Давай тут присядем, поговорим, а то у вас там народу много.

— Давай присядем, — согласился я.

— Тут вот какое дело, сдаётся мне, что фрицы опять скоро вдарят.

— Не так чтобы скоро, но вдарят обязательно. Примерно через неделю.

— А ты откуда знаешь?

— Зольдбухи фрицевские посмотрел, когда на высоте отбивались. Те, что оборонялись из одной части, а наступали уже из другой. А ждут они, когда лёд на реке укрепится, морозы-то недавно начались, хотя минус десять — ерунда, но с каждым днём прибывает.

— Понял. Что делать будем?

— Что делать? Воевать.

— Я тебе по секрету скажу. Снаряды у нас говно. Особенно бронебойные. Осколочные ещё куда не шло, а больше никаких нету. Так что если танки пойдут, нам п…ц. Гусеницы порвём и на этом всё. С пехотой ещё пободаемся, с лёгкой бронёй опять же… — Мишка замолчал.

— Ты свои пушки, выдвини вперёд и левее, ближе к оврагу, причём уступом. Чего вы к этой дороге прижались? Как дитё к сиське. Вас же передавят там как жуков. А так фланг себе прикроете, да и тыл тоже.

— Да говорил я лейтенанту. А он ни в какую. Говорит приказ. Молодой, только из училища. Пороху только на днях понюхал, живого танка в глаза не видел.

— Значит, плохо говорил… Ладно, придумаем что-нибудь, пошли, а то водка прокиснет.

— Чуть не забыл, — Мишка достаёт из кармана бутылку с какой-то жидкостью. — На вот, на новоселье.

— Это что? Пить? — Пытаюсь я определить что внутри, нюхая пробку.

— Можешь пить, можешь бородавки мазать, а можешь от мандавошек лечиться. А нормальные люди, его в лампы заливают. — Решил приколоться Мишаня.

— А где ты тут видишь нормальных? Раз принёс, будем пить, а водку на опохмел оставим.

— Да я же пошутил, — начал оправдываться он.

— А я нет.

Заходим в блиндаж. Мишка, пригнувшись в дверях, так и не распрямился, и только пощупав воздух у себя над головой, и обнаружив там пустоту, выпрямился в полный рост.

— Ого, богато живёте, хоромы. У нас только Великанов не нагибаясь ходит, остальные буквой «зю».

— А ты как хотел? Мы тебе не кроты, чтобы в норах жить. Иди на свет. — Свободное от нар место располагалось справа от входа, примерно метр на два. Узкий коридор начинался прямо от двери, и заканчивался в шести метрах торцевой стеной, в которой и была устроена печка. Всё остальное пространство занимали двухэтажные нары, на которых вповалку спали бойцы. На чурбаке, заменяющем нам столик, лежал и светил, направленный вверх трофейный фонарик с синим светофильтром.

— Доставай кружки Федя, — говорю я, откупоривая бутылку, сейчас пить будем. Хорошо подогнанная затычка, подавалась с трудом, и по мере того, как я её вытаскивал, Мишкино удивление росло всё больше. И, в конце концов, Мишаня не выдержал, остановив мою руку, когда я сделал вид, что разливаю.

— Совсем больной? — шёпотом возмутился он, так как из бутылки уже явственно доносился запах самогона, то бишь керосина.

— Не пузыри, шютка. Федя, — где у нас коптилка? Пойдём, подсветишь. — Светильник заправили на улице, нюхать пролитый керосин в жилище, не очень-то хотелось. Хотя со временем всё равно будет вонять, но пока пахло хвоей, что напоминало о новогодних праздниках.

В приготовленную тару, разлили по соточке, выпили, занюхали корочкой хлеба, поговорили, через некоторое время повторили, продолжили разговор, а в десять вечера Мишка засобирался к себе. Разговаривали ни о чём, и обо всём, войны, и всё что с ней связано, старались не касаться, получилась встреча старых друзей. Я больше слушал, поддакивая в нужных местах, и балдел от внутреннего и наружного тепла, разливающегося по всему телу. Чёрного ворона так и не спели, кондиция была не та, да и народ в основном спал, или делал вид, что спит. Но разговаривали мы негромко, спорить тоже не спорили, так что своим бурчанием, усыпили самых несыпучих. Проводив друга, и выпустив его через пост, я занял своё место на нарах и вскоре срубился.

На завтрак нам наконец-то привезли мины, не жрать, конечно, а совсем для других целей, аж целых две телеги. Так что перед приёмом пищи мы быстренько разгрузили боеприпасы, поели и приступили к боевой подготовке. На каждый ствол вышло по полбыка, так что есть возможность побаловать пехоту огоньком. Я имею ввиду — немецкую. Нашим и так достаётся, фрицы периодически чешут окопы ружейно-пулемётным, а также миномётным огнём, поэтому махра постепенно перебирается на опушку леса, ковыряя там свои ямки, и создавая вторую полосу «неприступной» обороны. Это то, что касается центра, фланговые подразделения с опушки так и не вылезали, а правый даже отодвинулся от реки, ещё метров на двести. Произошло это после немецких контратак на плацдарм, и если левый фланг находился на стыке с батальоном нашего же полка, который сумел вовремя подсобить как огоньком, так и живой силой. То правый стыковался с 1287-м полком нашей же дивизии, а тут время было упущено. Пока связались со штабом своего полка, те со штабом дивизии, из дивизии отдали приказ соседям, и так по цепочке, немцы успели укрепиться, и наспех организованная контратака ни к чему хорошему не привела.

Второй взвод остался заниматься стрелковой подготовкой, а также охраной лагеря, а наш выдвинулся на запасные позиции. Огневые мы заняли в двухстах метрах правее дороги там, где была организована лесосека. Телепузики поработали от души, поэтому в том месте получилась небольшая вырубка, в которой было достаточно места для установки всей миномётной батареи. Так что свои три «самовара» мы свободно установили на восточном её краю. Окапываться не стали, так как лучшая защита, это вовремя смыться, хочешь от накрытия вражеской артиллерии, а хошь и от авиации. Лес большой, тут как в Сокольниках, «есть где укрыться», как говорил товарищ Копытин. Пока ротный занимает НП, а связнюк за ним тянет нитку провода, готовим заряды. Стрелять предстоит в пределах километра, поэтому достаточно двух дополнительных мешочков. С собой взяли по шесть лотков с минами на ствол, чтобы взбодрить пехоту, этого должно хватить, тем более лимит ограничен. Мой миномёт сделали ведущим, так что пристрелку будет осуществлять наш расчёт.

С НП вскоре поступили команды, и первая мина ушла в зенит, после поправки прицела — вторая, за ней третья. Видимо ротный пристрелял репер, чтобы потом от него брать нужное упреждение. Следующую четверть часа ждём, потом пристрелка, и четыре беглым, уже всем взводом. Гервас объявляет отбой, так что курим, не отходя далеко от миномётов. Двоих подносчиков отправляю за боеприпасами, а остальной расчёт тренирую на взаимозаменяемость. Федя наводчик, Макар заряжающий, а Вася снарядный. После тренировки так всех и оставляю, и когда следует приказ — «к бою». Дублирую все команды взводного, контролируя в основном дядю Фёдора, ну и приглядывая за остальными. После очередной пристрелки и подавления целей, боезапас у нас по нулям, о чём и докладываю взводному, так что дальнейшую стрельбу каждый миномёт ведёт по очереди. Взводом больше не стреляли, но всё равно подносчики перетаскали все наши полбыка, а с наступлением сумерек достреляли остатки беглым огнём и вернулись на основную позицию.