Чтение онлайн

— Не забывай, мам, что мы лучшие в школе.

— Ага, — поддакнул я. — По крайней мере ваш сын — точно. К тому же, он уже несколько лет, усиленно изучает колдомедицину.

— Алекс учится не хуже меня, только с оценками старается не выделяться. Иногда мне кажется, что он уже отучился, но, зачем-то, вернулся в школу.

— Ну всё-всё, — замахала руками женщина. — Расхвалили друг друга. И чем вы можете мне помочь? Пропишете какое-нибудь зелье?

— Мам, ну какое зелье? Даже зелье для временной нормализации придется разрабатывать новое. Но это будет лишь лечением симптома а не болезни. Без решения причины, повышение количества кортизола в крови будет повторяться. Но мы изучили этот вопрос. Уровень кортизола регулируется надпочечниками. Это означает, что они работают не правильно. Мы предполагаем, что это изменение в тебе осталось после болезни Драконьей оспой.

— И как же вы хотите нормализовать работу моих надпочечников?

— Сначала мы, как раз, подумали о зелье. Но тут надо разработать новый состав с постоянным эффектом. А это несколько лет работы мастера. С заклинанием — аналогично. Можно пожить на магловских препаратах нейтрализующих кортизол. Но это приведет к тому, что твой организм станет вырабатывать еще больше этого гормона. Что, соответственно, потребует повышения дозировки. Ещё один вариант — медикаментозно подавить работу надпочечников, но стабильно работающих препаратов нет. В общем, мы решили воспользоваться способностью Алекса, и сделать контролируемую обратную мутацию.

— Э-э. Что сделать?

— Контролируемую обратную мутацию. Это значит, что он вернет надпочечники к состоянию до Драконьей оспы.

— Барти немного преувеличивает, миссис Крауч. На самом деле многое зависит от того, как далеко зашла мутация. Но в небольших пределах обратить изменения я смогу.

С трудом, но нам удалось уговорить миссис Крауч. Основным доводом, конечно же, была непонятная уверенность её сына во мне. Похоже, что привязанность матери и сына была обоюдной.

Так или иначе, коррекцию надпочечников я провёл. Тем более проблема была лишь в их размере. Неожиданно быстро закончив с основной проблемой, я уделил внимание остальному организму. Но тут, ожидаемо, столкнулся с массой мелких повреждений, полученных от форсированной работы. Такое я тоже мог поправить, но времени на это потрачу уйму. Проще дать малый фиал зелья Авача. Эффект будет не хуже, а может даже лучше.

— Вот и всё, — я показал сосуд с зельем. — Миссис Крауч, вы знаете что это?

— Кажется, это Авача. Но откуда она у тебя? Это же очень дорогое зелье.

— Досталось по случаю. Не так важно откуда оно. Главное, то что вы узнаёте его. А после ужина примете.

— Я уже пила такое. Оно, конечно помогло, но не надолго. Уже через пару дней всё стало как раньше. Так что, не трать на меня такое дорогое средство.

— Теперь оно поможет. Ведь я убрал причину болезни. А зелье уберет последствия. На этом позвольте откланяться.

5 января 1980.

Так, от Барти отделался. Парень, после выздоровления матери, стал считать себя моим должником, хоть я и настаивал, что между друзьями таких долгов не бывает. И он даже согласен с этим, но продолжает меня оберегать не пойми от чего. Вернее понятно от чего. Пожиратели смерти перешли к неприкрытому террору, почти каждый день происходили стычки с их участием. Что интересно, про Орден Феникса слышно не было. Хотя, известные мне, по канону, имена, звучали. Жаль, что чаще всего, в некрологах.

Вот и Барти, зная идеологию Пожирателей, боялся, что на меня могут напасть. А я не боялся. Был некий мандраж, но был он больше похож на тот, что бывает перед прыжком в воду с большой высоты. Знаешь, что может быть больно, но понимаешь, что не смертельно.

Так вот. Я смылся от Барти. Зачем? Всё просто. На каникулах я доделал заготовку под амулет-переводчик. Только он получается совсем непохожим на обычный. Оригинальный улавливает звук, и переводит его согласно знаниям создателя, и безэмоционально шепчет в ухо. Результат больше похож на работу «гугл-переводчика» — переводит достаточно понятно, но иногда не совсем корректно.

Мой же амулет будет работать только с менталом. Но проблема была в том, что сам я парселтангом не владею. То, что мне дал контакт с точкой дара из крестража, больше похоже на разговорник. Причем собеседник будет заведомо немым, то есть он меня поймет, а я его — нет. Амулет же, должен будет улавливать его мыслеобраз, находить наиболее похожий в своем словаре, переводить, и создавать временную ассоциативную ссылку на такой же словарь у меня. Хоть перевод будет не точным, но таким образом, я, хотя бы смогу понять речь змей. То есть мой переводчик отдельно от меня работать не будет. Даже шестой аспект, который я собираюсь поместить в амулет, не сможет правильно транслировать образы.

Но тут есть такой нюанс: благодаря части души, амулет будет самообучаться. То есть, со временем, он сможет работать отдельно от меня, и, чем, чаще я им буду пользоваться, тем быстрее это случится. Но не думаю, что у меня часто будет появляться необходимость в общении со змеями.

Дверь в Выручайку послушно открылась, впустив меня в знакомый круглый зал с магическим рисунком. Я положил фляжку в центр и запитал гептаграмму. Затем, аккуратно отделил каналы, соединяющие шестой аспект с остальными частями, и убрал крестраж в сторону.

Теперь центр чертежа заняла заготовка под амулет, и безвольно обвисшие каналы шестого аспекта, были последовательно подсоединены к нему. Понимание, куда что подключать, у меня было довольно общим, но, я заметил, что главный принцип в том, чтобы подключить самые толстые к наиболее ответственным местам.

В общем, амулет переводчик был готов. Я осмотрелся по сторонам, с мыслями испытать его, но в зале, естественно, было пусто. Тогда я вспомнил про василиска.

В последствии я осознал, что можно выучить «Серпенсортиа», и пообщаться с призванной змеёй. Но в тот момент, даже намёка на подобную мысль не было. Лишь предвкушение испытания моего первого серьёзного артефакта.

Миртл на месте не оказалось, а значит нет и последнего существенного препятствия. Вместо этого — первая проверка моей способности говорить на змеином.

Я нашел в памяти словарь парселтанга, в нем нужное слово, и присмотрелся к украшению в виде змеи на кране.

— Откройссся, — непроизвольно выдав несколько шипящих звуков, я, с удовлетворением, наблюдал, как умывальник сложился, открыв проём в нору.

А это страшновато — прыгать в колодец заканчивающийся темнотой. Ну что ж. Почувствуем себя Алисой.