Чтение онлайн

Войдя в кабинет ее величества, молодой эливенер застал там не только саму королеву и министра мануфактур, но также и министра финансов сэра Джекила. Но сидели они не у огромного письменного стола королевы, а в противоположном углу кабинета, где стояли длинный мягкий диван и несколько кресел. На низком столе перед Викторией были разбросаны какие-то бумаги. Ага, подумал брат Лэльдо, они уже прикидывают, во что все это обойдется…

— Ну, — заговорила Виктория, небрежно кивнув в ответ на низкий поклон эливенера, — давай, выкладывай, как можно договориться с этими сороконожками.

— Но, твое величество, — осторожно промолвил министр мануфактур, — о каком договоре речь? Мне казалось, мы предполагали послать охотничью экспедицию…

Виктория громко хмыкнула и весело стрельнула глазами в эливенера.

— Объясни-ка ему, американец, что к чему. Да ты садись, садись, в ногах правды нет, — и королева широким жестом указала брату Лэльдо место на длинном диване рядом с собой.

Эливенер сел и посмотрел на ее величество.

— Что, вот так и объяснять? — спросил он. — Все, как оно есть?

— Конечно, — кивнула Виктория. — И им придется это понять и принять.

Брат Лэльдо увидел, как расширились глаза обоих мужчин при словах королевы, как насторожились оба министра, уловив нечто странное в обмене репликами между американцем и монархиней. И две пары глаз уставились на сэра Лэльдо, эсквайра, ожидая, когда он приступит к разъяснениям.

— Уроборосы — не животные, — сразу приступил к главному молодой эливенер. — Это люди. Конечно, они выглядят не так, как мы, но это именно люди, народ, живущий в горах… народ рудознатцев и горнодобытчиков. И вы не можете охотиться на них. Вы можете только нанять их, как нанимаете других специалистов-иностранцев.

Последовало долгое напряженное молчание. Наконец сэр Генри осторожно спросил:

— Но я не замечал, чтобы ты с ним разговаривал на его языке… как же вы общаетесь?

Эливенер видел, что министру мануфактур уже вообще-то известен ответ, но благородный сэр не желает верить в то, что знатный американец, эсквайр, пал так низко, что общается с сороконожкой посредством телепатии. И потому брат Лэльдо постарался сделать свой ответ более или менее приемлемым для чопорного и боящегося нарушения традиций англичанина.

— Видишь ли, сэр Генри, у нас в Америке не считается большим грехом владеть мысленной речью, — мягко сказал он. — Даже короли, не говоря уж о простых дворянах, бывают телепатами. И я тоже умею общаться без слов. Поэтому и понимаю малыша Дзз.

Вторую тягостную паузу прервал министр финансов.

— А какая валюта у них в ходу?

— Я не знаю, — честно ответил эливенер. — мне как-то ни к чему было выяснять.

Тут наконец в разговор вмешалась сама королева.

— Я думаю, это мы можем спросить у самого уробороса, — сказала она. — А тебе, сэр Лэльдо, придется пока послужить переводчиком. Ну, потом и других отыщем.

Министры переглянулись. Нетрудно было понять, что ее величество имеет в виду кого-нибудь из простонародья. Ну, на роль переводчика, конечно, любой булочник сгодится…

И тут брат Лэльдо, прислушавшись к мыслям двух благородных сэров, изумился не на шутку — и обрадовался, поняв, что недооценивал англичан.

Они восприняли странную и совершенно новую для них ситуацию просто и без раздражения. Смешная колючая сороконожка оказалась мыслящим существом? Ну и что? Сороконожка владеет телепатией? Ну и что? Английские конюхи и крестьяне тоже ей владеют. Даже некоторые собаки умеют понимать мысленную речь. Уроборосам нужно платить за работу? Ну, значит, нужно. Лишь бы согласились добывать для старой доброй Англии необходимые ей металлы.

Конечно, в мыслях благородных джентльменов ощущался некоторый оттенок снисходительности… они, пожалуй, думали об уроборосах как о мыслящих, но все же не слишком развитых существах. Ничего, это пройдет, решил брат Лэльдо. Стоит им только познакомиться с этим удивительным народом — и они оценят всю силу ума карпатских рудокопов. А там, глядишь, и к телепатии начнут по-другому относиться… хотя и не сразу, конечно.

— Но нам не скоро удастся добраться до их страны, — напомнил министр финансов. — И экспедиция, пожалуй, обойдется недешево… ты ведь говорил, сэр Лэльдо, они живут по ту сторону Гималаев? А кстати, как твой малыш очутился в Европе?

Эливенер улыбнулся и признался в том, что он несколько исказил действительность. Что уроборосы живут в Карпатах, а это несравнимо ближе, чем Гималаи. А малыш был похищен, и ему нужно помочь добраться до дома. И когда англичане отправят посланцев в Карпаты, им придется захватить с собой и малыша Дзз.

С этим ее величество полностью согласилась, и министры не стали спорить с королевой — не потому, что она королева и женщина, а потому, что сэр Лэльдо рассудил по справедливости. Ребенок должен вернуться домой.

Виктория вдруг сказала:

— Забавно… я представляю, как будут изумлены мои подданные, когда в Англию приедут взрослые уроборосы! — И королева расхохоталась, как школьница.

Министры и брат Лэльдо, сообразив, о чем говорит ее величество, тоже чуть не лопнули со смеху. Ведь и в самом деле — представить только, как гигантские ясноглазые «сороконожки», сплошь утыканные шипами, замаршируют по улицам Лондона… да к тому же окажется, что это лучшие в мире специалисты по горному делу, которые способны обогатить старую добрую Англию! Да уж, англичанам будет о чем подумать!

На следующий день должен был состояться городской праздник. Лондонцы собирались как следует повеселиться, отметив тем самым день рождения своей королевы. С самого раннего утра в городе поднялась суматоха. На каждой, даже самой маленькой площади, в каждом, даже самом крохотном сквере, устанавливали прилавки буфетов для раздачи ежегодного бесплатного угощения, на площадях побольше сколачивали помосты для оркестров — какой праздник без танцев? А на площади возле ратуши строилась особая трибуна, с которой королева Виктория намеревалась посмотреть на своих добрых подданных.