Чтение онлайн

К сожалению, не все руны вошли в «Калевалу». Есть и неопубликованные, с их восхитительным мифологизмом и сказочно-легендарным богатством. Также с интересной игрой слов.

Должна сказать, что финская поэзия очень трудна для перевода. Не однажды я с этим столкнулась, переводя финскую поэзию на русский язык. Сложно сохранить мелодичность языка, сохраняя смысловую составляющую, поэтому неудивительно, что первые переводы «Калева-лы» были неудачными. И только замечательный филолог Л. П. Бельский сумел перевести финский эпос должным образом, за что и был удостоен малой Пушкинской премии. Но и у него не все получилось. Именно благодаря Л. П. Бельскому русский читатель имеет возможность прочитать и оценить красоту и эпичность «Калевалы».

Несколько раз в своем творчестве упоминает о «Кале-вале» Алексей Максимович Горький.

Я же, как автор, опираясь на эпос «Калевала», старалась уяснить для себя, что представляли собой древние народы угро-финской группы, каков был их быт. Что представлял собою их жизненный уклад, каковы были их ценности, что для них было значимо и дорого, а также то, что мне показалось интересным и необычным.

Получилось ли? Не знаю. Однозначно, решать не мне.

Так сложилось, что одна моя бабушка была христианка, а другая лютеранка. У одной бабушки повсюду висели иконы, а у другой только небольшое распятие на круглом столике. Одна говорила на русском, а другая на финском. Что же касается меня, то я старалась почерпнуть знания об интересующем меня народе из разных литературных источников, в том числе и из «Калевалы».

Карелию я обожаю и особенно выделяю дорогой моему сердцу небольшой поселок в Муезерском районе по названию Пенинга. Тут есть описываемые в эпосе лесные чащобы и реки и болота, и могучие скалы, и бесчисленные озера. Край восхитительный и благодатный!

Светлая страна – Калева, или Калевала, является самой южной и прекрасной территорией, где живут герои эпоса. Для себя я это место определила как территорию Ленинградской области, тем более что весельчак Лемминкяйнен привез молодую жену в район… где-то около Ижоры. Есть и северная часть пространства – мрачная страна Похъёла, где властвует злая старуха Лоухи. Есть и царство Туони, Туонелла – обиталище мертвых, где люди находят свою кончину в черных реках.

В книге ученого и писателя В. О. Ключевского, автора «Исторических портретов», сказано: «Финны, по нашей летописи, являются соседями восточных славян с тех самых пор, как последние начали расселяться по нашей равнине. Финские племена водворялись среди лесов и болот Центральной и Северной России еще в то время, когда здесь не заметно было никаких следов присутствия славян».

Уже Иордан (историк 6 в. н. э., по происхождению алан или гот). Он автор сочинения «О происхождении и истории готов» 551 г. и знал некоторые из этих племен.

Возьму на себя смелость утверждать, что быт карел, эстонцев и финнов в основном схож и по сей день. Как народный эпос «Калевала» веками передавался «из уст в уста», так народом бережно хранились обычаи и жизненный уклад, оставленные в наследство предками. Народы финно-угорской группы не склонны вообще безоглядно принимать что-то на веру или следовать чему либо, пока не убедятся и не удостоверятся, что предлагаемые им условия – лучше тех, что они уже имеют.

Народы угро-финской группы поклонялись богам, духам и предкам. Пример: Луна и нарождающийся месяц племя почитало как некое божество. Увидев нарождающийся новый месяц, кланялись ему и просили, чтобы он ниспослал удачу на время своего правления. Также поклонялись духам камня, воды, воздуха, огня, металла, леса, деревьев.

Лес для племени не просто лес – это земля для посева ржи, овса, ячменя: на выжженных и удобренных золой, расчищенных небольших участках земли племя выращивало зерновые культуры. Но к этому пришли позднее, а поначалу занимались собирательством. Лес – это жизнь, потому что одежда изготавливалась из шкурок пушных зверей, нити и веревки добывались из жил. Лекарственные травы и коренья, мед и грибы, орехи, ягоды да лесоматериалы: бревна, щепа, береста и дрова – все это из леса.

Народы финно-угорской группы с полной уверенностью можно было бы назвать лесным народом, охотничьи умения которого были таковы, что охотник мог попасть стрелой в глаз белки, куницы или соболя. Этот лесной народ селился вблизи рек, озер или болот, потому что вода в его жизни имела наиважнейшее значение, располагая свое жилище таким образом, чтобы оно своим «фасадом» непременно было обращено к воде.

Отношение к детям было самое трепетное. Лучшее, что есть у народа – это его дети! Но это не значит, что детей баловали, напротив, у детей были определенные посильные обязанности, которые должны были выполняться неукоснительно. Если вырастить ребенка ленивым, то на него нельзя положиться в старости. Ребенок – личность, полноценный член семьи, только маленький. С малолетства ребенок приучался нести ответственность за свои дела и поступки. Понятия «авось» не могло быть в принципе! Всегда присутствовало четкое понимание того, что и как и зачем делается. Мало того, прежде чем что-то сделать, все должно быть учтено, предусмотрено, продумано, вымерено и выверено до мельчайших подробностей!

Руны это знаки, таинственные и понимаемые народами угро-финской группы, передаваемые и читаемые на дощечках, на глиняных табличках, на камешках. А также рунами называются стихотворные сказания, певшиеся народом, учившие мужеству, смелости и трудолюбию, в том числе и терпению.

Руны – это поэзия. В народном эпосе «Калевала» Ви-пунен говорит Вяйнемёйнену: «Славных Бог не оставляет, никогда не губит храбрых!»

Высмеивали хвастовство и самонадеянность. Наряду со скромностью воспитывались честность и порядочность: финские дома не запирались. Забрать что-то чужое, то, что тебе не принадлежит, считалось одним из худших пороков, таким же, как самое тяжкое преступление.

Угро-финские народы любили веселье, но никогда не отличались гостеприимством. Они любили игрища, музыку, танцы, но всегда знали, что «делу – время, а потехе – час». Они любили хмельное пиво, которое варили преискусно, и медовуху, но ценили трезвость как добродетель.

Никогда угро-финские народы не питали страсти к роскоши, наверное, зная что-то такое, что другим было неведомо. О братоубийстве в народе угро-финской группы тоже никаких сведений нет. Если старший брат имел «лодию», то есть лодку, и занимался перевозом, то в случае его преждевременной смерти все обязательства по доставкам товаров брал на себя следующий брат или ближайший родственник. Договор соблюдался неукоснительно! О честности этой нации среди купцов и о доверии им ходили легенды. Так было всегда. В. Даль в своих произведениях упоминает об этом. Представители племени знали святость чести и торжественных условий: имели свои законы, утверждения, безопасность, право наследия, имели торговлю не только внутреннюю, но и внешнюю.

В эпосе «Калевала» Вяйнемёйнен предупреждает, как тяжело и ужасно живут в царстве мертвых – Маналы (у Туонелы) люди, бывшие при жизни злыми. Он напутствует молодежь:

Такой же подход, что особенно ценно, в воспитании детей наблюдается и в современной Финляндии и в нашей Карелии.

Известный исследователь-ученый и блестящий литератор – В. И. Даль, рассказывая о чухонцах, так в просторечии русские люди называли угро-финские народности, объединяя одним словом и карелов, и эстонцев, и чудь, и весь, и многих других, пишет о неимоверном упрямстве этой нации. Жизненные условия воспитали у угро-финского народа мощные волевые качества, которые стали отличительной чертой. «Великодушный народ, борющийся мужественно с бедствиями и суровой жизнью, терпеливо снося свирепость непогод, труды изнурительные…» Если опять опереться на народный эпос «Калевала», то следует обратить внимание на то, что любой описываемый в эпосе персонаж – герой.