Чтение онлайн

Как таковые кланы существовали. Но, вместе с тем, явно выраженных кланов, с их представителями четко проповедующих приверженность именно кланам, как таковым, не было. Были те, кто в какой-то части сопоставлял себя с интересами определенных групп, выражал стремления военных, политиков, финансистов, ученых…

Впрочем, и среди военных были определенные течения или клубы по интересам. Как и среди политиков, финансистов и ученых.

И сейчас Антон должен был встретиться с одним из таких представителей военной фракции, ратующих за отстаивание интересов империи в борьбе с засилием аграфов и сполотов. Собственно все группы, как и их представители, с которыми парень был вынужден пересекаться, всегда ставили во главу угла приверженность именно целям империи в глобальном противостоянии с внешним врагом.

Вот только под внешним врагом понимался такой широкий спектр вызовов, что под всё это можно было безоговорочно подписаться и заявить о своем вступлении в этот клан. В смысле, тут же начать поддерживать интересы этой группы.

А на самом деле, за такими интересами, буде их попристальнее рассмотришь, как правило, крылось только одно — борьба за власть. Средством выступали те ресурсы, которыми располагала именно эта группа. И в конечном итоге те суммы кредитов, которые мог получить разумный, который становился приверженцем этого клана.

Рогик ле Броти. Представитель знатной имперской фамилии, которая насчитывала больше тысячи лет своего существования. Аристократ.

И хотя аристократы в империи ценились, но, все же, не были теми столпами, на которых покоилось ее величие. Аристократ — это скорее возможность получить хорошее образование, и, как следствие, более широкий набор баз знаний, которые могли оплатить его родственники. Ну и, конечно же, определенную протекцию при приеме на работу в достаточно "сладкие" места.

И вот теперь Антон беседовал с представителем контрразведки империи. И их разговор был… несколько не прост. Поскольку аристократ хотел получить то, что капитан дать не мог.

Нет-нет. В определенной степени Антон мог этому поспособствовать. Но! Было и "но". И именно оно определяло то, что давать запрашиваемое в их руки, все же, не стоило…

— Вы так и не ответили на мой вопрос: как Вам удается воздействовать на разумных, чтобы они выполняли то, что нужно именно Вам?

Контрразведчик пристально посмотрел на капитана, ожидая ответа. Скорее всего, он полагал, что поставил парня в логический тупик и теперь ждет момента, когда тому придется рассказать правду о своих возможностях.

— А Вы знаете, чем больше и больше я об этом думаю, тем более склоняюсь к мысли, что тут играет роль моё обаяние. Согласитесь, что когда ты говоришь с человеком, который испытывает к тебе расположение, то он непроизвольно уменьшает свою внутреннюю защиту и может рассказать намного больше, чем Вы сами от него ожидаете.

— Но, почему же, под Ваше обаяние не попали те, кто "принял" Вас в нашей империи?

— Отчего же не попали? Попали. Ведь именно благодаря нашему общению, мне и удалось получить то, что, безусловно, помогло мне на первых порах выжить и обрести некоторые возможности.

— Вы хотите сказать, что те, с кем Вам пришлось столкнуться в самом начале Вашей… акклиматизации, крайне неустойчивые личности и легко попадают под внешнее влияние?

— Ну почему же. Они очень устойчивые личности и внушить им что-то противоправное практически невозможно. Но вот Вы сами, общаясь со своей женой, идёте на некоторые компромиссы? Иначе Ваше совместное сосуществование будет просто не возможно. И при всем этом, упрекать Вашу жену за то, что она поддается Вашему убеждению, у Вас нет никакого права. Компромисс. В рамках определенного доверия к оппоненту.

— А те технические… приборы, которые попали к нам в руки, говорят о несколько ином. Именно с их помощью Вы воздействовали на тех, с кем Вам пришлось искать эти Ваши компромиссы.

— Тут, мне кажется, Вы несколько не правы. Никаких технических приборов, для влияния на разумных, я не изготавливал. Да и не имею таких возможностей. Я просто удачно использовал то, что уже существует в вашем мире и широко применяется. А вместе с некоторым психологическим настроем моих… собеседников, это дает некоторый положительный эффект.

— Значит, все те разумные, которые подверглись Вашему "внушению", просто сами по себе утеряли технические возможности, заложенные в саму программу нейросети?

— А о чем Вы, собственно, говорите?

— Нам известно, что Вы можете изменять программу, заложенную в нейросеть.

— Вы, несомненно, заблуждаетесь. И относительно изменения программных прошивок нейросети, обратились не по адресу. "Нейросеть". Именно там умеют и знают гораздо больше, чем простой инженер, совершенно не обладающий никакими медицинскими знаниями.

На лице оппонента Антона не отразилось никаких эмоций, но стало заметно, что его настроение существенно изменилось.

"Ментальная атака первого уровня. Напряжение постепенно нарастает. Подавить?" — вопрос Игрока прозвучал в голове капитана совершенно неожиданно.

"Блокируй. Если дойдет до третьего, взбодри клиента на пару уровней повыше. Заодно проверим, какие у него импланты стоят", — мысленный разговор закончился и капитан улыбнулся своему собеседнику.

— Нам совершенно точно известно, что после Вашего вторжения в программы нейросетей ряда разумных, они потеряли некоторые возможности, изначально в них заложенные — произнес ле Броти.

— Я еще раз Вам повторяю, что изменять прошивки нейросети не умею. Да и потом, Вы хотя бы приблизительно себе представляете — какая аппаратура для этого необходима? Вы видите ее у меня? И да, кстати, о каких таких возможностях Вы говорите? Может быть, скажите прямо, что такого изменилось в этих прошивках?

— У нас есть обоснованное подозрение на то, что несколько разумных, имевших достаточно плотное общение с Вами, выдают себя за совершенно других людей.

— И всего-то? На этом основании Вы предположили, что я перепрограммировал их нейросеть? Кто-то выдает себя за другого, а я в этом виноват? Поищите другие причины, которые заставили этих разумных изменить свои идентификаторы.