Чтение онлайн

— Эй, бездельник! — крикнула мне хозяйка купеческого дома Марфа Васильевна Сундукова, — топай на базар, поторапливайся уже полдень, а ты еще не заработали и ржавого медяка.

Толстая корова, огрызнулся я, молча, хотя надо признать, что купчиха была скорее в теле, и у нее даже можно было нащупать талию. Если постараться. Я нерешительно потоптался, заглянул в свой сарай, в поисках более-менее приличной одежды, не хотелось на людях светить голым задом. Однако кроме топчана из свежего сена ничего моего тут не было. Да и сено, к слову сказать, было не мое. Одним словом бомж. Я натянул на ноги вонючие кожаные чешки, и пошел на базарную площадь.

Житомир был устроен очень просто, в центре на возвышенности за качественной каменной стеной скрывался верхний, или белый город. Все дома в нем были сделаны из белого камня, либо окрашены белой краской. Там жил сам князь Игорь Всесветович, и прочие знатные рода, до которых мне не было никакого дела. Стены верхнего города опоясывали кварталы среднего. Они в свою очередь делились на три части, купеческие кварталы, ремесленные и стрелецкая слобода. Еще ниже у самых городских стен располагались черные кварталы, которые населяла голытьба. Кстати сами городские стены во многих местах уже разваливались, и имели множество потайных ходов. Если вдруг война надежды на них почти никакой не было. Между средним и черным городом пролегал ров, правда сейчас он зарос папоротником и крапивой. А раньше, там проходил самый настоящий канал, по которому можно было плавать на лодках и ловить рыбу. Отдельным миром в Житомире был район речного порта, тут находились дешевые кабаки, в которых толпилось сборище бандитов и проституток, в это место никогда не заходила городская, стрелецкая стража.

— Странно, что ты ничего этого не знаешь? — удивился Ванюха, который, также как и я плелся на базар в поисках случайных денег.

— Что ты хочешь? — усмехнулся я, — столько лет пил без продыху, мозги совсем набекрень сползли. Перестал понимать, где живу, кто я такой и зачем мне жизнь дадена.

— Да чуть не забыл, — Иван по-дружески похлопал меня по плечу, — с недавних пор князь Игорь обзавелся своей гвардией, поселил ее в верхнем городе, платит им втридорога. Сплошь иноземцы.

— Викинги? — оживился я, так как любил читать про этот суровый и воинственный народ.

— Да не, не Свеи, — улыбнулся он, — сыны гор!

— Понимаю, дикая дивизия, — я остановился и осмотрел раскинувшуюся базарную площадь.

— Точно! — заржал Ванюха, — дикие люди, чуть, что сразу за нож хватаются. Ладно, у меня там свои дела, бывай.

Базарная площадь располагалась прямо перед воротами в верхний город. С противоположной стороны стоял храм Елизаветы Великомученицы. Над площадью вновь пролетел бесшумной тенью воздухоплав.

Ну, что Михаил Андреевич Смышляев, посмотрим, где можно деньгу зашибить, — сказал я себе, — что-то как-то не хочется десять лет жить в сарае у купца. И я важно с видом богатого покупателя прошел вдоль первых торговых рядов. Ну что, база как базар, на длинных деревянных столах товар, овощи, фрукты, тряпки какие-то, с другой стороны, занятые обсуждением новостей меланхоличные торговцы. Эх, прикид бы мне поменять, а то как-то неуверенно себя чувствую в рваных штанах и точно такой же рваной рубахе. С другой стороны в этот жаркий день сквознячок приятно обдувал мои причиндалы.

— Почем яблоки отец? — спросил я невысокого, но коренастого мужика.

— Проходь дальше рванина, — даже не повернувшись в мою сторону, прошипел торгаш.

— От тюрьмы, да от сумы не зарекайся, — философски заметил я, — я же у тебя не милостыню прошу.

— Проходь, а то стрельцов кликну! — вскипел он.

— В следующий раз будешь уговаривать не куплю твои яблоки, — буркнул я и пошел дальше.

Ближе к центру городского рынка, стали попадаться ларьки, и даже целые торговые павильоны. На одном красовалась вывеска торговый дом «Сундуков и сыновья».

«Сундуков и свинья», шепнул я про себя, мироед. Кстати у моего узурпатора, кроме свиноподобной жены было еще пару сыновей и столько же дочерей. Все как на подпор, кровь с молоком, Машенька, Глашенька, Тимошенька и Федушенька. Я заглянул в окно и увидел, как Тимошка с Федькой заискивающе крутятся вокруг знатной дамы, сукно заморское толкают. Лизать нужно лучше, а то перелизывать заставят, прокомментировал я работу сыновей купца Сундукова.

Как же мне, бедному человеку, денег заработать? Я почесал голову, и тут же в нее пришла хорошая мысль. Где нужно целый день и дрова колоть и воду носить? Это же элементарно, в кабаке!

— Эй, уважаемый, где у вас тут по близости, ресторан «Версаль»? — спросил я первого попавшегося гражданина.

— Задам вопрос попроще, — насел я на мужика, который не понимающе хлопал глазами, — где можно дешево и вкусно пожрать?

— А! — обрадовался знакомым словам прохожий, — иди прямо, упрешься в «Кабанью голову», только там голытьбе не подают.

— А может я шпиён? — я подмигнул мужичку, который резко поменялся в лице и придал своему телу ускорение.

Если не уважают, то пусть хотя бы боятся, хохотнул я себе под нос. Кстати гражданин, свободного города Житомир, не обманул. Через триста метров кривых торговых улочек мой взгляд уперся в кабак. Вот и вывеска, на двухэтажном доме из толстого деревянного бруса, подтверждала, что это и есть «Кабанья голова». Из дверей несло сивушным перегаром и солеными огурцами. Мимо меня в обитель еды и выпивки прошло двое, довольных сделкой, мастеровых. Взамен им на крыльцо выскочил худой и высокий парень и вылил грязную воду в ближайшую канаву.

— О! Минька! — обрадовался он.

Видать, я тут местная знаменитость, подумалось мне.

— Давай проходи, на заднем дворе бочки с селедкой разгрузить надо, да воды на кухню наносить. Но плата за сегодня всего три медяка, — сделал сочувствующее лицо деловой паренек, — наполняемость не та стала.

— Пять, — решил поторговаться я, — мои то, какие проблемы, если народу мало, бочки от этого легче не станут.

— Четыре! — опешил он.

— Хорошо, пойду в порт, — я медленно двинулся прочь.

— Постой! Построй! Пять так пять, мы же свои люди, сочтемся, — парень весело мне подмигнул.

На распряженной телеге стояло четыре бочки. Наверное, килограмм по пятьдесят будет каждая. Ну и запах, такую поклажу к телу прижмешь, потом неделю вонять будешь, подумал я и огляделся. В углу у забора я рассмотрел несколько толстых, сантиметров по десять, досок. Я взял одну и приставил одним концом к телеге другим на землю. Потом рядом также установил вторую доску. Затем одну бочку аккуратно уложил на бок, и стоя на земле, медленно скатил ее вниз. И таким же макаром докатил эти пятьдесят килограммов селедки до кухни. Тоже самое я проделал еще три раза.

— В какую тару воду наносить? — спросил я у толстой тетки поварихи, еле-еле разглядев её среди клубов пара.

— Вон бочка пустая, вон ведра, — помешивая половником в огромной кастрюле похлебку, ответила она.

— Какую из двух бочек наполнять? Они обе пустые? — удивился я.

— Что ж ты такой дурень? — вскипела тетка, — обе и наполняй!

А это что такое? Мой взгляд упал на резиновый шланг, который в скрученном виде лежал на подоконнике. Я автоматически взял эту диковинку в руки и пощупал. Что-то не очень на резину похоже, каучук, наверное. Странный мир, вновь подумалось мне. Кстати, отличная идея. До колодца метров десять, шланг примерно метров семь. Так я сейчас проблему с водой решу в пять сек!