Чтение онлайн

Позже полиция допросит отдыхающих, но сейчас важнее всего доставить Эмму домой. Девочка дрожала крупной дрожью, слезы катились градом. Он не выпустил ее, даже усаживаясь в старый «порше». Она с недетской силой сдавила его шею, но Рамзи было все равно.

Все еще держа Эмму, он прошел в кабинет и набрал номер Вирджинии Тролли. Услышав знакомый голос, Рамзи, заикаясь, пробормотал:

– Это Рамзи. Похититель снова пытался украсть Эмму, на пляже около Клифф-хаус. Я погнался за ним и чуть не схватил, но он бросил Эмму и скрылся. Я не мог продолжать погоню, потому что испугался за девочку. Па нем были длинное темно-коричневое пальто, потрепанные черно-белые кроссовки, коричневая вязаная шапочка и солнечные очки. Судя по тому, что бегает он плохо, ему за сорок. Нет, не слишком высокий, пять футов десять дюймов, не больше. Да, белый. Может, пошлешь людей на пляж, пусть поспрашивают, не видел ли кто ублюдка. Да, спасибо. Жду. – Он повесил трубку и сел. – Давай посмотрим, что с твоей головкой, солнышко – Мама, – пробормотала Эмма, уткнувшись лицом в его куртку. – Мама.

– Ты права. Пойдем спросим, как она там.

Но Молли в спальне не было. Рамзи потрясенно воззрился на пустую кровать. На столике стояла порожняя бутылка. Он громко позвал Молли. И даже заглянул в ванную.

– Молли!

– Где мама, Рамзи?

– Не знаю, Эмма. Не знаю.

Рамзи сбежал вниз, окликая Молли. Эмма безвольно льнула к нему. Что же случилось, черт возьми?

Рамзи выбежал за дверь. По тротуару шла пожилая чета. Соседи. Они узнали его и приветственно помахали руками. Он махнул в ответ и оглядел улицу. Никого.

Эмма снова содрогнулась в тихих, отчаянных рыданиях. Ее всхлипы были для Рамзи хуже любой пытки.

– Погоди, дорогая, не плачь. Мама, должно быть, решила погулять, вот и все.

Он нес всякий вздор, лишь бы немного утешить девочку. Где же Молли? Такого ужаса ему еще не приходилось испытывать.

К дому подъехал белый «плимут» с молодым полицейским за рулем. Из машины вышла Вирджиния.

– Молли пропала. Пропала, – повторил Рамзи. Увидев его искаженное мукой лицо, Вирджиния негромко предложила:

– Давай зайдем в дом. Мне надо позвонить. И не волнуйся, Рамзи, все будет в порядке. Эмма, держись.

Ты уже большая девочка.

Вирджиния потянулась к телефону, а Рамзи принялся укачивать Эмму. С улицы донесся истерический вопль.

– Это мама!

Эмма вырвалась из объятий Рамзи и пулей метнулась к порогу. Дверь открылась, и Молли буквально ввалилась в прихожую. Молодой коп, стоявший сзади, едва успел ее поддержать.

– Мама!

Молли бросилась на колени перед дочерью, и Эмма зарыдала еще громче.

– Прошу прощения, леди ни за что не хотела сказать, кто она, – растерянно объяснил коп.

– Ничего страшного. Поезжайте к Клифф-хаусу, Джо, и помогите вести допрос отдыхающих, – велела Вирджиния.

Рамзи терпеливо подождал, пока Эмма немного успокоится, а Молли поднимет голову.

– Что с вами стряслось? – свирепо прошипел он.

Но Молли от облегчения потеряла дар речи.

– Я.., мне позвонили, – наконец выдавила она. – Минут десять назад. Я спала и не сразу поняла, что ему нужно. Звонил мужчина. Голос приглушенный, точно он говорил через платок. Он повторял одно и то же несколько раз. Что-то насчет пляжа, и будто он заполучил Эмму, и я больше никогда не увижу ее.

– Мама, – прошептала девочка. Молли стиснула ее и закрыла глаза Затем взяла дочь на руки и поднялась.

Она сделала шаг, но тут же пошатнулась, и Рамзи пришлось подхватить сразу обеих.

– Слава Богу, вы целы и невредимы.

– Да, – пробормотала Молли. – Что произошло?

Рамзи подвел ее к дивану и усадил, но не разжал рук. И нежно поцеловал в лоб сначала Молли, а потом Эмму.

– Все хорошо. Мы опять вместе. Негодяй схватил Эмму, но я сразу побежал следом и отобрал мою крошку. Он сумел удрать. Я побоялся оставить Эмму. Вирджиния послала на пляж полицейских, может, найдутся очевидцы. Но почему он звонил вам? Да еще после того, как Эмма уже была у меня. Что это означает?

– Хотел запугать Молли, – предположила Вирджиния. – Кому принести воды?

Рамзи попытался было сказать, что вода больше всех необходима Молли, но махнул рукой и замолчал, внезапно осознав, что чувствует себя как-то странно. Словно мозг отказывается работать.

– Колесики не крутятся, – сокрушенно заметил он. – Какой же я идиот! Просил тебя о защите, договорился насчет патрульной машины и вообразил, что все кончено.

Не думал, что опасность по-прежнему существует. Представить не мог, что этому типу хватит наглости вернуться.

– Да и я не умнее, – добавила Молли. – Тоже решила, что все прекрасно. По-моему, он окончательно спятил!

– Скорее всего, – согласилась Вирджиния, – За дело, приятели!

Она принялась задавать Рамзи вопросы. И при этом была бесконечно терпелива, говорила тихо и спокойно.

Рамзи, конечно, сообразил, что ей не раз приходилось видеть подобные сцены, только далеко не все так хорошо кончались.

Они сидели рядом, как одна семья. Эмма у него на коленях, уткнувшись лицом в плечо матери. Свободной рукой Рамзи обнимал Молли.

– Миссис Сантера, пожалуйста, сосредоточьтесь. О, я забыла представиться, простите! Меня зовут Вирджиния Тролли. Работаю в полицейском департаменте Сан-Франциско. Старая знакомая Рамзи.

Молли кивнула одетой в черное женщине:

– Зовите меня Молли.

– Прекрасно. Значит, мужчина позвонил примерно… – она посмотрела на часы, – ..примерно в десять минут четвертого. Не можете дословно повторить, что он сказал?

– Сказал, что Эмма у него. Дескать, этот идиот судья оставил ее одну на берегу, а сам флиртует с какой-то бабой и бросает игрушку ее собаке. Что украсть Эмму оказалось легче легкого И что он никогда не позволит ей снова сбежать, и добавил, что я больше ее не увижу.

А потом рассмеялся и прохрипел, что он проедет мимо дома, чтобы я увидела его вместе с Эммой. Пообещал, что разрешит Эмме помахать мне рукой на прощание. И повесил трубку. Я не смогла слова вымолвить. Но тут подумала, что, если выбегу на улицу, возможно, сумею остановить его машину. Металась по тротуару взад-вперед, как сумасшедшая. Удивительно, что соседи не вызвали полицию.

– Он позвонил ей после того, как я вернул Эмму, – задумчиво выговорил Рамзи. – Чтобы напугать?

– Не просто напугать, а терроризировать, – поправила Вирджиния. – Хотел показать, что всемогущ. И отчасти своего добился. Молли сама не своя.