Чтение онлайн

М-р Бек. Но почему нет соответствующей записи об этом в журнале?

Детектив Вега. Признаться, я не помню...

М-р Бек. Показать вам страницу с записями от 17 августа 1987 года?

Детектив Вега. Да, пожалуйста.

[М-р Бек показывает свидетелю упомянутый журнал, обозначенный в деле как вещественное доказательство номер 14.]

Детектив Вега. Похоже, я забыл внести покупку в журнал.

М-р Бек. Но вы продолжаете утверждать, что вы ее совершили?

Детектив Вега. Да, тут я не сомневаюсь.

М-р Бек. Если вы совершили покупку, стало быть, ваш человек передал вам наркотик.

Детектив Вега. Разумеется.

М-р Бек. Это был...

Детектив Вега. «Крэк». Мы купили бутылочку.

М-р Бек. Под бутылочкой вы имеете в виду пластиковую мензурку?

Детектив Вега. Да, мы называем ее то бутылочкой, то склянкой.

М-р Бек. Согласно инструкции, улики подобного рода должны быть переданы в хранилище вещественных доказательств под роспись заведующего, так?

Детектив Вега. (Молчание.)

М-р Бек. Но эта бутылочка с дозой кокаина так и не добралась до хранилища. Отчего-то пропала где-то в пути. Желаете взглянуть на журнал приема из хранилища вещдоков?

Детектив Вега. (Молчание.)

М-р Бек. Детектив, что же вы молчите?

Детектив Вега. Иногда, когда мы захватываем наркотики, мы их просто выбрасываем – чтобы никто не смог их использовать. Сама по себе покупка одной порции «крэка» не имела для нас ни малейшего значения, она только открывала дорогу к обыску, который дал бы нам по-настоящему весомый материал для судебного процесса против Брекстона Никто не собирался предъявлять эту несчастную бутылочку в качестве улики. День был тяжелый, напряженный. Очевидно, я просто раздавил и вышвырнул эту дрянь.

М-р Бек. Раздавили и вышвырнули! Как интересно! Вы всегда так поступаете с вещественными доказательствами или только в тяжелые, напряженные дни?

Детектив Вега. Вещественные доказательства я никогда не уничтожаю, какой бы день ни выдался. Но наркотики – довольно часто. Если наркотик оказался у нас, а обвинить в судебном порядке по той или иной причине некого, то наркотик нельзя назвать вещественным доказательством – дела-то никакого нет! Что же нам делать с наркотиком? Положить его на мостовой – пусть какой-нибудь мальчишка использует?!

М-р Бек. Детектив Вега, я не стану сейчас вдаваться в разбор вашей порочной практики уничтожения наркотиков втихую, с целью избежать бумажной волокиты. Я хочу предложить вам подумать над гипотетической ситуацией. Давайте представим на минуту, что никакого Рауля на самом деле не существовало.

Окружной прокурор Бойл. Протестую, ваша честь!

Судья. Протест отклонен. Тем не менее позвольте заметить, мистер Бек, вы идете по тонкому льду!

М-р Бек. Понял, ваша честь. Детектив Вега, я просто хочу исследовать теоретическую ситуацию. Предположим, Рауля не существовало. Пара молодых детективов из отдела по борьбе с наркотиками прослышала о том, что кто-то продает наркотики прямо из своей квартиры. Есть такие разговоры. Кто-то кому-то про это говорил. Один обкуренный другому обкуренному. Вы понимаете ситуацию?

Детектив Вега. Да.

М-р Бек. Подобное случается постоянно. В воздухе постоянно носятся слухи о наркодилерах. А на самом деле это мыльные пузыри. Верно?

Детектив Вега. Да, чуть ли не все слухи оказываются полной ерундой.

М-р Бек. Замечательно! «Чуть ли не все слухи оказываются полной ерундой». Это не я сказал. Это вы сказали! Но, предположим, два молодых детектива точно знают – это не слух, а факт. Однако сам источник информации – настолько сомнительная личность, что никакой судья его слушать не станет. Два молодых детектива рвутся в бой, они хотят провести рейд, получить ордер на обыск и вломиться в квартиру, которую они считают преступным логовом наркодилера...

Детектив Вега. Все было не так!

М-р Бек. Возможно. Я пока говорю о гипотетической ситуации.

Детектив Вега. Все было совершенно не так!

М-р Бек. Не спорю, не спорю. Но мы продолжаем исследовать нашу теоретическую ситуацию. Два молодых детектива, не имея на руках убедительного свидетеля, все же хотят убедить судью выписать ордер на обыск. Поэтому вместо того, чтобы сказать честно: «Наша информация исходит от героинщика, у которого чуть ли не дюжина судимостей», они немного, совсем немножко подправляют образ информатора. Дескать, информация исходит от некоего Рауля, которому мы доверяем как отцу родному. Возможно, эти детективы в приступе вдохновения придумывают и покупку наркотика, которую совершил для них только что испеченный их воображением Рауль. В конце концов, кто их может на этом поймать? Информатор под защитой секретности. А судья разбираться не станет – он подписывает несметное число ордеров на обыск. Сколько, к примеру, ордеров на обыск получили вы лично в этом году?

Детектив Вега. Десятки, а может, и больше сотни.

М-р Бек. Идем дальше. Наши гипотетические детективы солгали, чтобы получить ордер на обыск. Невелика ложь – тем более ввиду благородной цели. Оба знают, что за красной дверью творятся нехорошие дела. Так что им упрекать себя не в чем. Это невинная ложь. Вы знаете, что такое невинная ложь, детектив Вега?

Детектив Вега. (Молчание.)

М-р Бек. Детектив, вы знаете, что обозначает понятие «невинная ложь»?

Детектив Вега. Да. Это если лгут с хорошей целью.

М-р Бек. Именно так. «Это если лгут с хорошей целью». Но вслед за невинной ложью происходит непредвиденное. Все идет наперекосяк. Один из молодых детективов убит. И неожиданно те подробности, которые были бы несущественны, закончись рейд полным успехом, – эти подробности вдруг оказываются в центре внимания. От того детектива, что остался в живых, требуют объяснений. «Где Рауль?» – спрашивают его. «А подать сюда Рауля!» – донимают его.

Окружной прокурор Бойл. Протестую. Если мистер Бек хочет задать вопрос, он должен сформулировать его точно, а не сбивать свидетеля с толку художественными отступлениями!

Судья. Протест поддержан. Мистер Бек, сформулируйте свой вопрос.

М-р Бек. Хорошо, формулирую однозначно. Детектив Вега, тот гипотетический сюжет, который я только что выстроил, объясняет все неувязки в этом деле или нет?

Окружной прокурор Бойл. Протестую, ваша честь!

М-р Бек. Детектив Вега, вы в состоянии объяснить нам, почему никто не может найти вашего Рауля? Почему даже внятного описания этого человека из вас невозможно вытянуть?

Окружной прокурор Бойл. Протестую, ваша честь!